Глаза смерти (СИ) - "Omega-in-exile" - Страница 59

“Высокопоставленный российский чиновник Сергей Алтухин, объявленный на родине в розыск по обвинению в коррупции, убит в пригороде Лондона Уокинге, сообщил официальный представитель Скотланд-Ярда. По его словам, Алтухин получил огнестрельное ранение в голову на пороге дома, в котором проживал после отъезда из России. Телохранители Алтухина не смогли защитить его от выстрела, который был сделан снайпером с большого расстояния. По предварительным данным, Алтухин погиб на месте.

Во дворе дома напротив была обнаружена винтовка с оптическим прицелом, из которой, предположительно, был сделан выстрел. Полиция провела опрос жителей близлежащих домов, однако те не смогли ничего сообщить о приметах киллера.

Источник в Скотланд-Ярде сообщил, что Алтухин практически безвыездно жил в доме в Уокинге, несмотря на то, что владел недвижимостью в престижных районах Лондона. Дом он покидал лишь в сопровождении охраны. Есть данные, что незадолго до смерти он обратился к британским властям с просьбой о предоставлении политического убежища, однако официальные представители властей эти сведения не комментируют.

Источник подтвердил, что “русский след” рассматривается в качестве одной из версий убийства Алтухина. По данным британской полиции, погибший имел запутанные финансовые отношения с русскими криминальными группировками, действующими в Испании, где, по некоторым данным, он владел крупными объектами недвижимости.

Все банковские счета и имущество Алтухина на территории России арестованы в рамках расследования дела о коррупции. Российские власти направили запрос на арест счетов и имущества Алтухина властям Великобритании, Испании, Италии и США.

В России у Алтухина остались жена и двое детей от второго брака. Известно, что сын Алтухина от первого брака сейчас учится в Великобритании, однако, по имеющимся сведениям, отношений с отцом в последние годы не поддерживал”.

Сын Алтухина от первого брака перечитывал это сообщение уже в двадцатый раз. Сказать по правде, Энди не испытал ни ужаса, ни даже грусти. Он давно переболел и надеждой на возвращение отца, и обидой на него, и ненавистью. Осталось тупое безразличие. Нет, он не желал отцу смерти. Тем более такой. Просто отец давно стал для него чужим. Деньги на обучение в Лондоне Энди принимал без брезгливости, но и без благодарности. Судьбой оставшихся после отца миллионов (или миллиардов, хрен их знает) он тоже не был озабочен, пусть другие грызутся за эти наворованные лямы и лярды. К тому же, папаша давно сказал, что не включил его в завещание, потому что не хочет видеть “пидора гнойного” своим наследником. Энди тогда ответил ему: “Был и буду пидором гнойным, и ебал я в рот тебя с твоим баблом”. И был совершенно искренен.

Озабоченность Энди вызывала лишь последняя строчка сообщения, где упоминалось, что сын Алтухина учится в Великобритании. Ему совсем не хотелось светиться в новостях. Не хотелось, чтобы в университете к нему начали приставать с расспросами (пусть даже с университетом ему вскоре предстояло расстаться). Энди отключил телефон и три дня не выходил из квартиры, питаясь фастфудом, которым его снабжали Сэм и Дракула. Эти полезли было с расспросами, но Энди быстренько их отшил. Парни же, быстро сообразив, что причиной затворничества Энди, стала вовсе не скорбь по убиенному папаше, стали на него наседать уже с иной целью. Энди не возражал, и у них втроем случилось несколько перепихонов. Сэм был доволен, Дракула, в последнее время откровенно пускавший на Энди слюни, был в восторге, а Энди… он думал не об этих двух парнях. И уж конечно не о папаше. Из головы не шел Алверт и его слова: “Я люблю тебя!” На самом деле Энди не хотел идти в университет не только из-за убийства отца. Он боялся снова встретиться с Алвертом. Там, в кафе, все длилось две-три секунды… Внезапные слова Алверта, взгляд черных глаз. А потом Алверт вскочил и стремительно ушел. И Энди хотелось, чтобы эти две-три секунды длились, длились… всю жизнь. Он боялся, что новая встреча все разрушит. Уничтожит, сотрет в пыль те две-три секунды, которые стали самыми счастливыми в его жизни.

Когда же он, наконец, явился в университет, то заметил, что Алверт его отчаянно избегает. Не смотрит на него, старается сесть подальше, выскользнуть из аудитории пораньше. Словом, делает все, чтобы не пересечься с Энди. А парень тоже не знал, как себя вести. Подойти к Алверту? Но его охватила робость. Страх, что блондин окатит его своим фирменным ледяным презрением. Скажет, что там, в кафе, он над ним просто посмеялся… Нет, он не смеялся, всё было сказано всерьез, Энди же это видел! Но… вдруг? А сам Энди? Он-то что скажет? “Я люблю тебя”? Да, это так. Это же так! Но Энди хотел держать эти слова в себе. Чтобы они сожгли его дотла. Глупо, черт, как же это глупо! Почему он ведет себя как рохля? Он, которому на шею бросаются и бабы, и парни??

- Что, всё по блондинчику сохнешь? – услышал он шепоток Яна Ольшевского.

Блядство! Эта падла всегда всё замечала.

- Ну, он уже не для тебя, – продолжал хихикать Ян. – Он тут похвастался, что любовник везет его на Кипр. А летом они собираются в Японию, в Австралию…

- Отъебись, а? – ласково попросил Энди.

Алверт уезжает. Энди знал, что тот досрочно сдал экзамены и особых дел в колледже у него не было. Ну, и хорошо, что Алверта не будет.

Но тут до Энди дошло… Ведь скоро и он уезжает. В Москву. А значит, они больше не увидятся. Никогда. Никогда. Почему-то эта очевидная мысль до сих пор в голову Энди не приходила. И эта мысль буквально пригвоздила его к месту. Он сидел неподвижно, уставившись в стенку. А рядом тихо посмеивался Ян.

Энди посмотрел на Ольшевского с недоумением, как будто пытаясь понять, кто он и что тут делает. Затем поднялся и, не спеша, с удовольствием врезал Ольшевскому по морде. После чего неторопливо вышел из аудитории.

Гаага, май 2013 года

Джеймс только что закончил конфиденциальные переговоры с министрами финансов и иностранных дел Нидерландов. В переговорах участвовал и помощник госсекретаря США. Формально американец прибыл в Гаагу, чтобы добиться отказа правительства Нидерландов от содействия поставкам продукции в Иран. На деле же помощник госсекретаря США, принадлежавший к сети Ферренсов, обговаривал новый механизм этих поставок с целью сбить с толку сенатский комитет по разведке, который упорно продолжал расследование. Теперь Джеймсу предстояло лететь на Кипр, чтобы на уединенной вилле близ Пафоса провести тайную встречу с секретарем Совета национальной безопасности Ирана и обговорить детали соглашения.

Он уже садился в автомобиль, чтобы ехать в аэропорт, когда позвонил Молтон.

- Джеймс, это защищенная линия. Вкратце. Мы контролировали обыски, которые проводились в доме в Уокинге и в квартире Алтухина в Лондоне. Наши люди тайно посетили его виллы в Испании, Италии и квартиру в Майами. Интересующих нас документов не обнаружено.

- Значит, тайну он унес в могилу, – задумчиво произнес Джеймс.

- Получается, что так. Джеймс…

- Что?

- Я хотел задать вопрос. Скажи прямо: это ты отдал приказ?

- Какой приказ?

- О его ликвидации.

Джеймс нажал на кнопку, подняв стекло, отделявшее его от водителя.

- С чего ты взял?

- Я все-таки глава твоей службы безопасности…

- Не буду врать. Да, я поручил одному из твоих сотрудников решить проблему.

- Какого черта, Джеймс? Зачем??

- У меня были причины.

- Почему ты действовал через мою голову?? Ты мне не доверяешь?

- Доверяю, и тебе это хорошо известно. Но в данном случае я не хотел, чтобы ты знал. Впрочем, ты все равно узнал.

- Тогда зачем мы его вытаскивали из России?? – Молтон буквально орал. – Мы затратили кучу сил, ресурсов, чтобы спасти этот кусок дерьма…

- Вот потому я и не хотел, чтобы ты знал. Ты возражал бы. Но…

- Что?

- Его ликвидировал не наш человек.

- Что? Не наш? А чей тогда?

- Не знаю. Кто-то нас опередил.

- Русские?