Глаза смерти (СИ) - "Omega-in-exile" - Страница 36

И, конечно, герцогиня была просто на седьмом небе от счастья от того, что этот мальчик, улизнув с арабским принцем, утер тем самым нос Ферренсу. Негодяй теперь стал всеобщим посмешищем. Ах, надо было видеть лицо этого расчетливого мерзавца, когда он понял, что остался ни с чем! Всегда самоуверенный, надменный, теперь он выглядел как побитый пес! Герцогиня получила огромное удовольствие! Ей так давно хотелось сделать этому мерзавцу какую-нибудь пакость, но она, увы, должна была ему целых два миллиона фунтов, и он уже не раз угрожал пустить ее по миру… Мальчик отомстил за герцогиню, он просто милашка!

И герцогиня решительно набрала номер телефона. Тем временем Молтон, засевший в своем кабинете и отключивший мобильный телефон, приказал секретарше отвечать всем, что его нет на месте, в том числе и для самого мистера Ферренса. Особенно для мистера Ферренса. Да, он, Молтон, уехал в неизвестном направлении по весьма срочному и конфиденциальному делу. Грег знал, что если Ферренс потом начнет задавать вопросы, он сошлется на то, что решал проблему Алтухина-старшего, которого надо было доставить в Лондон, нейтрализовав возможные угрозы. А сейчас с Джеймсом лучше было не встречаться.

Ферренс кусал себе локти от ярости и вопил, что виноваты все вокруг. Ага, ехидно и раздраженно думал Молтон, разумеется, не может же Ферренс быть виноватым в том, что сам себя перехитрил. Приволок на вечеринку к старой герцогине арабского принца и этого шлюшонка Алверта с его любовником. Думал убить двух зайцев сразу: избавиться от любовника Алверта и заодно сделать одолжение арабу, введя его в лондонский высший свет. А в итоге сам остался ни с чем. Шлюшонок, лишившийся прежнего любовника, немедленно бросился в объятия горячего араба и укатил вместе с ним прямо из-под носа Ферренса! Теперь весь высший свет Лондона потешается над ним. Джеймс вне себя, слуги в доме и сотрудники в офисе прячутся от него по углам, и правильно делают.

Молтон понимал, что Ферренс загнал себя в патовую ситуацию. Он не мог себе позволить поссориться с сыном ормузского эмира: от этого принца целиком и полностью зависело, будет ли реализован с таким трудом заключенный контракт на поставку торпед. А кроме того, у Ферренса были и еще какие-то дела с принцем Ахмадом, в которые даже Молтон не был посвящен. Между тем шлюшонок Алверт по-прежнему был неприкосновенен: Ферренс упрямо продолжал твердить, что мальчишка должен прийти к нему сам.

Молтона все сильнее тревожило психическое состояние босса. Алверт стал для Ферренса наваждением, и непонятно, как он в таком полубезумном состоянии вообще сумел провести сделку по торпедам! А впереди были сложные переговоры в США, ибо иранская проблема оставалась нерешенной. И все более серьезные проблемы начинала доставлять KGN Group, за которой стояла империя Крейга – лютого врага Ферренса. Дело шло к открытому столкновению, на кону стояли миллиарды долларов и политические судьбы, а Ферренс был занят идиотской погоней за похотливым шлюшонком.

После финта, который шлюшонок выкинул в Форсборо, Джеймс, разумеется, в ярости принялся названивать Молтону. Следить, не выпускать из виду! Есть, босс, как же иначе? Разумеется, люди Молтона следили за бронированным “Бентли”, в котором укатил арабский принц с белокурой тварью, а также за автомобилями охраны. Как и следовало ожидать, принц повез красавчика в Four Seasons, где для него на время пребывания в Лондоне сняли целый этаж. Хорошо, что Джеймсу хватило ума не требовать видеозапись того, чем там занимались принц Ахмад и Артур Алверт. В конце концов, что там могло быть, кроме банального порно с участием горячего араба и изнеженного блондинчика?

А Джеймс, поняв, что вновь остался без предмета своего вожделения, потребовал, чтобы ему на ночь привели двух парней из эскорт-услуг. На сей раз его не интересовали сладкие юноши, ему понадобились крепкие парни для участия в бдсм-сессии. Да, два парня в качестве нижних. Сам Джеймс по такому случаю облачился в сбрую, вооружился хлыстом и удалился в особую комнату, где у него было полно специальных приспособлений и игрушек, от которых даже у видавшего виды Молтона кровь стыла в жилах. После этой сессии два мускулистых проститута не вышли, а буквально выползли из гребаной комнаты! Телохранители говорили, что на них было страшно смотреть: тела исполосованы, покрыты синяками, задницы кровоточили. Конечно, заплатили им просто по-королевски, хватило бы не только на лечение: они теперь едва ли ни целый год могли позволить себе вообще не работать. Молтон надеялся, что у этих парней хватит мозгов не подавать на Ферренса в суд и не писать заявление в полицию: дело тухлое, но возиться не хотелось. Это ведь такая морока: привлекать свору адвокатов, заметать следы, запугивать пострадавших, давить на прессу, задействовать связи в полиции и так далее.

Да, Джеймс, конечно, сорвал на несчастных эскортниках свою злость из-за упущенного белокурого красавчика. Но Молтону было плевать на шлюшонка, главным было чтобы Джеймс не отдал приказ организовать покушение на арабского принца. Молтон опасался, что двинувшийся рассудком босс вполне на это способен. Хорошо еще, что араб провел вместе со шлюшонком только одну ночь, а наутро улетел в Ормуз на личном самолете. Шлюшонка же доставили в роскошном лимузине прямо к его квартире в Бэйсуотере. Интересно, сколько времени эта похотливая тварь проведет без секса? Хотелось бы подольше. Молтону надоело направлять Джеймсу отчеты о сексуальных похождениях развратного мальчишки, у которого в заднице уже должна зиять вселенская черная дыра! И смотреть, как босс от этого становится все более неадекватным, терпеть вспышки его ярости, хотя вины службы безопасности тут ни на грош!

Молтон с тревогой думал о том, что Джеймс снова что-то затеял. Опять какую-то “комбинацию”? Скорее бы уже он заволок белокурого шлюшонка в свою постель и успокоился. Хотя шлюшонок опасен, и его темное прошлое очень тревожило Молтона.

Раздался звонок от секретарши.

- Мистер Молтон, вас разыскивает мистер Ферренс.

- Джулия, я же сказал, что меня нет на месте.

- Боюсь, сэр, что мистер Ферренс мне не поверил и пришел в ярость.

- Ничего страшного. Он давно в ярости. Всем пора привыкнуть.

- Возможно, сэр. Но мистер Ферренс заявил, что раз вы не хотите к нему идти, то он сейчас сам к вам придет, и что вы… очень пожалеете об этом, сэр.

- У вас есть пистолет, Джулия?

- Нет, сэр, – невозмутимо отвечала секретарша. – Но я могу спрятать вас у себя под столом.

- Боюсь, я там не помещусь, – вздохнул Молтон.

*** Артур был уверен, что Ферренс снова что-то задумал. Этот человек был упрям как сам дьявол, и Артур чувствовал, что тот все плотнее стягивает свою сеть вокруг него. Мысли его постоянно возвращались к Ферренсу. Он вызывал в Артуре ужас и одновременно притягивал его словно магнит. Так преступника тянет на место преступления. Артур чувствовал себя преступником, и в нем росло извращенное желание подчиниться Ферренсу. Он словно погружался во тьму, и ему хотелось раствориться в этой опьяняющей тьме без остатка. Артур знал, что будет сопротивляться этому противоестественному желанию, сопротивляться до конца, но так же знал, что конец наступит. Ферренс победит. Юноша жалел, что принц Ахмад улетел так быстро. В какой-то момент он подумал, что принц может стать его новым защитником… К тому же, Ахмад был хорош, очень хорош. Артур впервые в жизни оказался в постели у самого настоящего принца! Кстати, еще и адмирала. Да еще и араба. Да еще такого молодого и красивого, ему же всего 25 или 26 лет. Все это было похоже на сказку из “Тысячи и одной ночи”.

Невероятная церемонность слуг, отношение к принцу почти как к божеству… И к Артуру, кстати, тоже. Ахмада и Артура вели едва ли не под руки, им кланялись и чуть ли не падали ниц. Принц воспринимал это с величаво-равнодушным видом, Артур старался держаться естественно, как будто всю жизнь провел в окружении слуг, сдувающих с него пылинки. Ему было не по себе, и в то же время он едва сдерживался, чтобы не отпустить ироничное замечание по поводу восточных нравов или же просто глупо захихикать.