Глаза смерти (СИ) - "Omega-in-exile" - Страница 27

- Если так, то нельзя допустить, чтобы Алтухин был арестован в России. Мы должны вывезти его из страны.

– У нас есть такие возможности? – Еще несколько лет тому назад это было элементарно сделать. Снабдить его фальшивыми документами и посадить на лондонский рейс. Но теперь русские резко ужесточили все виды контроля, в том числе пограничного. Да, мы можем вывезти его. По правде говоря, я уже начал подготовку. Но мне нужна твоя санкция. – Она у тебя есть, – отрезал Джеймс. – Действуй. И поскорее.

====== ГЛАВА 10. КЕНСИНГТОНСКАЯ ВЕЧЕРИНКА ======

Лондон, январь 2013 года

Прошел почти месяц со встречи Артура и Ферренса на злополучном концерте, а Артур все клял себя за слова, которые у него тогда вырвались. «Вы обязательно захотите меня убить…» Он не должен был этого говорить. Ни при каких обстоятельствах. Никаких намеков на прошлое. Слишком опасно. Но Артур тогда просто не выдержал. Ферренс так наседал, да ещё его проклятый поцелуй! «Проклятье, ну почему, почему? Почему мне встретился тот, кого мне нельзя было встречать?» – с отчаянием думал Артур. Ему было страшно. Ферренс все больше завладевал его рассудком, давно порванным в клочья.

Юноша стискивал кулаки, пытался не думать о Ферренсе, но мысли всё время возвращались к этому человеку – живому воплощению прошлого, взывающего о мщении и притягивающего к себе дьявольским магнитом. Артур знал, что скоро окажется во власти Ферренса, и страсть этого человека к нему однажды обернется ненавистью.

Между тем уже месяц Ферренс не пытался с ним встретиться. Но трижды присылал подарки, в том числе на Рождество. Артур отсылал их обратно, даже не распечатав. Люди Ферренса продолжали ходить за ним по пятам, и юноша уже не обращал на них внимания. За исключением двух случаев, когда ему надо было уйти из-под наблюдения. Один раз Артур ловко запрыгнул в закрывающиеся двери поезда подземки, второй раз просто сбежал через окно в здании колледжа (этот побег люди Ферренса так и не засекли, поскольку спустя несколько часов юноша как ни в чем не бывало вышел из дверей колледжа, словно никуда и не уходил). Телохранители не пытались вмешаться в личную жизнь Артура, и тот даже начал подумывать, что их присутствие не так уж и плохо, поскольку он регулярно шлялся по сомнительным гей-заведениям, где легко было нарваться на кого угодно. Но его беспокоило то, что сам Ферренс не появлялся. Почему? Хотел измотать Артура неопределенностью? Если так, то у него это вполне получалось. Артур подумывал о том, чтобы исчезнуть. Ему было, куда бежать. Но он не хотел. Однажды его уже нашли, и это уничтожило всю его прошлую жизнь. А ему хотелось убить в себе воспоминания, жить обычной жизнью, развлекаться, ходить на вечеринки… В колледже Артура часто приглашали на вечеринки, но он принимал далеко не каждое приглашение, заработав из-за этого репутацию высокомерного сноба. А он просто боялся с кем-то слишком сблизиться. Боялся раскрыться. И боялся потерять кого-то.

Между тем три девицы из колледжа откровенно его домогались, еще пара-тройка вела себя скромнее, но не было ни малейших сомнений насчет их намерений. Артур открыто говорил, что является геем. Но его каминг-аут привел лишь к тому, что за ним начали ухлестывать еще и несколько парней, в том числе Харви. А от домогательств девиц это его нисколько не избавило.

И в этот раз Артур хотел было отклонить приглашение на вечеринку от Эли – девушки довольно милой, но явно положившей на него глаз. Однако когда он узнал, что на вечеринке будет Энди, то согласился. Русский парень по-прежнему был неприступен. Ничего кроме равнодушия и холодных, безразличных взглядов юноша от него не получал. Его тянуло к Энди, он очень хотел быть с этим парнем! Артур чувствовал, что Энди – это его будущее, путь к которому закрывал зловещий силуэт Ферренса. И он хотел прорваться к своему будущему любой ценой! Вечерника устраивалась в Западном Кенсингтоне. В огромную квартиру, где была уйма комнат, увешанных абстракционистской мазней, которую Артур не любил, набилось человек 30, а может быть и 40. Половину из них Артур знал по колледжу, остальные были ему незнакомы. Поначалу все было очень пристойно, даже скучновато-чопорно, но по мере потребления пива и вина языки развязывались, смех становился все громче. Артур держался по обыкновению слегка манерно и чуть отстраненно. Время от времени он вставлял в пустой треп собравшихся междометия и реплики, по большей части лишенные смысла. По его мнению, этого было вполне достаточно. Оделся он не слишком ярко: вишневая шелковая приталенная рубашка, узкие темные джинсы, в ушах – серебряные сережки с крохотными сапфирчиками, на пальцах два неброских кольца, на левом запястье – агатовый браслет. Артур тайком любовался сидевшим буквально в двух шагах от него Энди. Нет, он уже не надеялся, что русоволосый мачо сбросит ледяную броню равнодушия. Но он счастлив был видеть Энди, слышать его голос, видеть белозубую улыбку, пусть и адресованную другим, улавливать терпкий аромат его парфюма, мечтать о сильных руках и статном теле и даже о… поцелуе крупных, чувственных губ. При этой мысли Артур едва не застонал и опустил глаза, чтобы не выдать себя. Энди, впрочем, по-прежнему его игнорировал. – Тебя, правда, пригласили? – донесся до Артура как будто издалека голос Эли, сидевшей на диване с бутылкой пива в руке. – Да, – кивнул Энди. Он говорил коротко и односложно, явно стесняясь сильного русского акцента. – Как они на тебя вышли? – поинтересовался кто-то. – Подошли ко мне в одном клубе. – А, Энди, мы знаем, в какие клубы ты ходишь! – заржал кто-то. – Ерунда, – с досадой бросил Энди. – Мне это не нужно. – Что не нужно? Ходить в гей-клубы? Да ладно! – Нет. Я говорил, что не хочу сниматься в рекламе нижнего белья, – Энди выговаривал слова старательно и четко, словно опасаясь, что его опять не поймут. – Почему, парень? Это же круто! Заключишь контракт, потом еще один, потом еще. Станешь звездой, потекут денежки! Энди только хмыкнул в ответ. – Да не нужны ему деньги! – встрял в разговор Ян Ольшевский, который сидел тут же, рядом с Харви, не сводившим глаз с Артура. – Ему папаша из России наверняка присылает столько, сколько другим и не снилось! При упоминании о папаше Энди посмотрел на Яна волком, но промолчал. – Энди, тебе надо с Артуром напару сняться! – снова вступила в разговор Эли. – Вы офигенно будете смотреться вместе. Я так вас и вижу. Ты в красных боксерах, он в синих стрингах. Компания весело заржала. – Это сразу на обложку гей-журнала! – Нет, сразу в порно-журнал! – Отбоя от фанов не будет! – Снимешься со мной, а, Энди? – манерно вопросил Артур, кокетливо поправляя узкой рукой свои волнистые волосы. Черт, он совсем не хотел это говорить! Тем более таким блядским, пидорским тоном! Ну почему, почему? Почему при Энди он всегда теряется, ляпает что-то невпопад и только все портит?? Энди вздрогнул и уставился на Алверта. В его светло-серых глазах мелькнуло нечто, отчего у Артура перехватило дыхание. Нет, ему показалось. Показалось. Устремленный на него взгляд русоволосого красавца был полон ледяного презрения. Энди молча пожал плечами и отвернулся, не удостоив Артура ответом. Артур поднес к губам бокал вина. Его холеная рука чуть дрожала. Чего он добился? Его снова окатили ледяным презрением. Сам виноват. Лицо Артура стало скучающе отстраненным. Он отвел глаза от Энди, и его взгляд встретился с недобрым взглядом Яна Ольшевского. Еще и этот здесь! Артур тихо ненавидел этого скользкого типа, хотя и старался никак это не показывать. А Харви, сидевший рядом с Ольшевским, по-прежнему пялился на Артура. После проведенной вместе ночи шотландец стал считать красавца-блондина чуть ли не своей собственностью. Он преследовал Артура, едва ли не требуя, чтобы тот снова лег с ним в постель, подстерегал в коридорах колледжа, пару раз пытался зажать в туалете, дожидался после занятий, так что Артур уже начал подумывать, а не обратиться ли ему за помощью к гориллам Ферренса. Сначала Артур пытался отделаться от Харви деликатно, намекая, что не желает продолжать с ним сексуальные отношения, но шотландец воспринимал намеки с точностью до наоборот, поэтому Артуру пришлось прямо заявить, что у них был разовый секс, не более. Разумеется, Артура тут же обозвали “продажной шлюхой”, на что тот презрительно заметил, что “такая дорогая шлюха тебе не по карману”, рассчитывая, что Харви обидится и отвяжется от него раз и навсегда. Но Харви продолжал ходить за ним и смотрел то зло, то умоляюще, пытался неуклюже ухаживать. Вот и сейчас он буквально пожирал Артура взглядом, а тот делал вид, что ничего не замечает, продолжая тайком поглядывать на Энди, но при этом не упуская из виду других собравшихся.