Глаза смерти (СИ) - "Omega-in-exile" - Страница 113

- Вот сука! – с чувством произнес Энди.

- Ага. Так он потом еще деньги от принца получил. В качестве платы за донос, – мрачно усмехнулся Лим.

- И… как вы его тут терпите?

- А что нам остается? У него контракт. Он один из немногих, кто сумел второй год тут себе устроить. В общем, держись от него подальше.

Контрабандный телефон и симку Энди получил уже через несколько дней. Разумеется, проверить, действует ли симка, он не мог: в Эль-Касабе сигнал тут же засекли бы. Ему нужно было выбраться в город. И он стал просить Али, чтобы тот позволил ему посмотреть столицу. Но оказалось, что в первый месяц пребывания в гареме наложнику не полагалось покидать дворец. Считалось, что сначала он должен познакомиться с жизнью гарема, а также местными обычаями, и лишь потом выбираться в город.

- И кто это придумал? Али? Или сам Ахмад? – в сердцах спросил Энди у Лима.

- Энди, не будь тупым. Просто в первый месяц за тобой внимательно следят, изучают привычки, поведение и прочее. Ну, мало ли что ты можешь выкинуть, если в город выберешься. Тут же все-таки исламская страна. Через месяц, если ты ничего такого не отмочишь, разрешат в городе бывать. Хоть каждый день. Даже за границу летать сможешь, в Европу, например.

Месяц… Энди затрясло от злости. Месяц неизвестности, месяц полного отсутствия связи с Лешкой. Рискнуть и связаться через тот почтовый ящик в интернете? Нет. Пусть ящик и анонимный, но вычислить все равно могут. Лучше не рисковать.

И Энди запасся терпением. Внешне он вел расслабленный образ жизни изнеженного наложника. Ахмад вызывал его к себе регулярно, как только спина и задница Энди проходили после очередного бурного секса, в котором по-прежнему незримо присутствовал Лешка-Алверт. Ахмада завораживал секс с русским парнем. Ему казалось, что Энди – это наваждение, которое вдруг растает и перед ним появится вожделенный Артур. А Энди во время секса с Ахмадом все время ощущал лешкино присутствие, и ему казалось, что сам он является даже не заменой, а защитой Лешки от похотливого принца.

Между тем Энди не только не стыдился багрово-фиолетовых следов на спине и ягодицах, но с наглым удовольствием демонстрировал их другим наложникам, расхаживая в стрингах вдоль бортика бассейна.

Сейчас он лежал под тентом, позволяя массажистам и слугам работать над своей исполосованной задницей. Наконец, они закончили, и Энди отпустил их лениво-небрежным движением холеной руки, украшенной перстнем.

От скуки он решил почитать новости на своем официальном, проверенном службой безопасности планшете. Вообще-то, он читал новости пару часов назад, но делать все равно было нечего. Болтать о всякой фигне с парнями не хотелось, тем более что слева от Энди лежал чертов стукач Арман, бросавший на него пристальные, цепкие взгляды.

Энди перевернулся на умащенную целебными мазями задницу и стал тыкать в экран, прокручивая ленту новостей. Заголовки не вызывали у него интереса, пока он не наткнулся на следующий: “Покушение в Канкале: тяжело ранен любовник британского аристократа Ферренса”. Энди замер. Он не верил своим глазам. Ему было страшно открыть файл с новостью. Но ведь тяжело ранен – это не убит… Энди кликнул заголовок. Новость открывалась мучительно долго, Энди казалось, что прошла целая вечность. Наконец, страница открылась. Энди буквально проглотил сообщение. Потом перечитал. Еще. И еще. Лешка! Лешка! Его Лешка! Лешка!

Он вскочил словно подброшенный пружиной и взгляд его встретился с удивленным взглядом Армана.

- Мне надо в город, – пробормотал Энди по-русски. – Немедленно. Сейчас!

====== ГЛАВА 38. СПАСТИ ПОГИБАЮЩИЙ МИР ======

Канкаль (Бретань) – Лондон, ноябрь 2013 года

Артур очнулся по дороге в больницу. Он лежал на руках у Джеймса, над ним склонился Томпсон, с озабоченным видом перевязывавший ему плечо. Плечо жгло, но не сильно. Артур испытывал странное спокойствие. Не было ни ужаса от того, что он мог погибнуть, ни радости от того, что он выжил. Было удовлетворение от того, что Джеймс не пострадал. Пусть даже Ферренс строил безумные планы, которые могли стоить жизни миллионам людей, и единственным способом сорвать эти планы было убийство Ферренса. Артур это осознавал. И все равно хотел, чтобы Джеймс жил. И чтобы Джеймс его отпустил. Тогда Артур сможет выйти из лабиринта смерти, по которому блуждал долгие годы. Да, Артур знал, что это бред. Но этот бред был реальностью для его сознания.

Джеймс не отходил от Артура ни на шаг. Врачи сказали, что раны неопасные, а сознание Артур потерял от болевого шока. Юноша лишь пожал плечами. Он знал, что дело не в боли. Он любил боль, черпал в ней силы. Здесь было другое. Ужас от того, что он навеки будет заточен в лабиринте смерти. Этот ужас лишал его сил.

Сразу после больницы они вылетели в Лондон. Джеймс стал требовать, чтобы Артуру приготовили носилки, но тут юноша вскипел:

- Может быть, ты меня еще в паланкин уложишь и приставишь рабов с опахалами? Я сам дойду!

Он и вправду чувствовал себя более-менее нормально. Ну да, ныло плечо и предплечье, голова слегка кружилась. В итоге Джеймс отказался от идеи уложить его на носилки, но все равно буквально тащил на руках.

В Лондоне вместо обычных двух машин сопровождения Джеймса и Артура ожидали сразу три машины. В бронированном лимузине их доставили в особняк в Челси. В особняке уже находились врачи, которые снова принялись осматривать Артура. Они настаивали на том, чтобы тот лег в клинику на обследование, их поддержал и Джеймс, но Артур лишь зашипел, а в черных глазах появилась такая лютая злость, что Джеймс сразу сник, а врачи предпочли ретироваться.

Юноше дали ему успокаивающих средств, но он встал с постели и позвонил Энди. Абонент был по-прежнему недоступен. В почтовом ящике тоже не было писем. Артур почувствовал тревогу, но лекарства уже начали действовать, и он быстро уснул, утонув в мягких подушках, укрытый невесомыми, теплыми одеялами. А ночью проснулся от прикосновения Джеймса. Тот осторожно касался губами повязки на раненом плече своего возлюбленного. Артур невольно замурлыкал, прижимаясь спиной к Джеймсу.

- Нет, мой маленький развратник, – услышал он теплый смешливый шепот. – Тебе пока не стоит двигаться. Ты ранен.

- Джеймс, я же теперь не усну…

- Мы сегодня сделаем по-другому.

Он аккуратно уложил Артура на спину, стараясь не тревожить раненое плечо, навис над ним, его чувственные, резко очерченные губы медленно и ласково начали покрывать поцелуями лоб, щеки, впились в губы Артура и стали спускаться ниже, ниже – по шее к груди. Джеймс ласкал грудь любовника, стараясь не задеть раненое плечо, нежно покусывал сосочки, а тот постанывал от удовольствия, мечтая о том, чтобы Джеймс вошел в него – сильно и резко. Тот спускался ниже и ниже, и вот его язык уже играл с пупком Артура, а тот изнывал от нестерпимого желания, и, наконец, его томительное и сладкое ожидание было вознаграждено. Он чувствовал внизу язык Джеймса, чувствовал, как тот берет все глубже и глубже, до самого основания, и ощущал блаженство в этом горячем, влажном раю прикосновений и ласк. Тело Артура стало содрогаться, извиваться, а любовник прижал его сильными руками к постели, не давая пошевелиться.

Осознание того, что этот сильный, властный человек, привыкший быть жестоким топом, теперь ласково и нежно берет у него, приводило Артура в экстаз. Это были мгновения не любви, но нежности, доверительности и упоительного ощущения власти – власти маленького принца над влюбленным в него драконом. Артур почувствовал, как разряжается, и как Джеймс жадно и с упоением глотает и долго-долго не размыкает губ.

Наконец, он приподнялся, лег на Артура, стараясь не задеть раненое плечо, и тот впился в его губы. Солоноватый вкус заводил, и Артур прямо сейчас готов был снова, снова… Его ноги раздвинулись сами собой, он умоляюще взглянул на Джеймса.

В темных глазах Ферренса полыхал хищный огонь, Артур видел, что тот изнемогает от желания и страстно хочет тоже утвердить свою власть над любовником. Однако Ферренс с улыбкой покачал головой.