Глаза смерти (СИ) - "Omega-in-exile" - Страница 110

- А почему купил телефон, а не просто сим-карту?

- А он со скидкой продавался. Где я еще такую модель на сто евро дешевле куплю? А мой основной телефон – просто говно, вон, сами посмотрите…

Али бросил на телефон Энди брезгливый взгляд. Действительно, телефон Энди, которым он пользовался еще в Лондоне, был изрядно покоцанным, побитым, так что непонятно было даже, как он вообще работал.

- Действительно, проверка показала, что ты с нового телефона ни разу не звонил. Сим-карта даже не активирована. На твоем основном телефоне и ноутбуке никаких подозрительных контактов нет. Но учти, мой юный друг, что ты ходил по краю пропасти. Уже сейчас ты мог лежать с камнем на шее на дне нашего прекрасного пролива.

Энди состроил приличествующую случаю испуганную физиономию.

- Ладно, – усмехнулся Али. – Но учти, что в этот телефон тоже вставлено соответствующее устройство. Сим-карта поставлена под контроль.

Энди радовался, что легко отделался. Но как теперь установить связь с Лешкой? Оба его телефона и ноутбук под контролем местного гестапо, или как оно тут называется. И вообще, Али говорил, что в зоне дворцового комплекса прослушивается и фиксируется любая связь. Что делать? Энди скрипел мозгами, но ничего придумать не мог.

Между тем Али похлопал его по плечу и поволок знакомиться с парнями из гарема. Энди не то чтобы робел, просто он не очень представлял себе, что за парни его ждут. Гарем ему представлялся помещением с бассейном в центре, вокруг которого сидят накрашенные существа в полупрозрачных одеяниях, увешанные драгоценностями, и обязательно в огромных тюрбанах.

Бассейн в гареме действительно имелся, но не в помещении, а в саду. Возле него под тентом лежали несколько парней – преимущественно европейской внешности, но совершенно разных типажей: от миловидных хрупких красавчиков до накачанных самцов и пухлых “медведей”. Не было ни одного полностью обнаженного парня: на всех были плавки той или иной степени открытости. Парни оценивающими взглядами пялились на Энди. В этих взглядах было и любопытство, и похоть, и скрытая враждебность по отношению к новичку и потенциальному конкуренту. Однако эти взгляды лишь придали Энди уверенности. Во-первых, он понял, что сам ничуть не хуже этих красавчиков – и лицом, и фигурой. А во-вторых… здесь не было никого красивее его Лешки. Да, была пара-тройка блондинчиков лешкиного типа, но им было до его утонченной красоты далеко как до Луны. А уж таких глаз, в которых таился космос, здесь не было ни у кого.

Женоподобные милашки, холеные жеребцы, откормленные “медведи”. Энди наскоро со всеми поздоровался, пытаясь запомнить имена. В конце концов, с этими парнями ему предстояло коротать время в сексуальном раю. И даже трахаться. Тут у Энди не было сомнений. Он вовсе не собирался просиживать недели в ожидании, когда принц пригласит его, чтобы вставить в его скучающую задницу свой сиятельный агрегат.

Али провел его по помещениям гарема. Трое парней занимались в спортзале. Как и говорил Али, на руках у них были особые перчатки, на ногах – специальные гольфы. Ну да, ну да, у наложников должна быть нежная и гладкая кожа. Там же, в спортзале Энди познакомился с Лимом. Он чем-то напомнил ему Сэма, с которым Энди жил в одной квартире в Лондоне – такой же высокий, темноволосый, подкачанный. Только, само собой, гораздо более ухоженный и куда более манерный. В нем не было недоброжелательности, которой были полны другие обитатели гарема. Лим был открыт и дружелюбен. И Энди не преминул сказать это ему уже на третьей минуте их беседы.

- О, я тебя умоляю! – рассмеялся Лим, снимая с рук чудо-перчатки и небрежно роняя их на пол (к ним тут же бросился слуга, который безмолвно их подобрал). – Мы с тобой не конкуренты, потому что мой контракт заканчивается уже через месяц. Я возвращаюсь в Канаду. Пошли, посидим на террасе.

Они уселись на большом и мягком диване, к ним тут же подбежал слуга с прохладительными напитками.

- С выпивкой здесь беда? – осведомился Энди, беря стакан с морсом.

- Почему? – ухмыльнулся Лим. – Все о’кей. Просто надо знать, когда можно пить, а когда нельзя. Если принц в отъезде, то выпивай. Главное, чтобы к его возвращению выглядел свеженьким и изо рта не пахло. Ну, и когда он сам угощает, само собой.

- А если он, например, уже взял кого-то из парней, другим в это время можно пить?

- Лучше не рисковать, – с серьезным видом ответил Лим. – Ахмад запросто может за полчаса оттрахать одного, потом вызовет другого… Иногда за ночь у него бывает до четырех наложников. И никогда не знаешь, кого ему взбредет в голову позвать.

- А жен-то своих он не забывает?

- Знаешь, – понизил голос Лим. – про жен тут не принято говорить. Их для нас не существует. А нас для них. Глухая стена, понял? Но, вообще, иногда Ахмад на женскую половину захаживает. Детей-то ему надо как-то делать.

- А тебе тут нравится? – Энди обвел рукой пространство.

- Да супер! – ответствовал Лим. – Но, сказать по правде, заебывает. Все время одни и те же физиономии. Все со всеми от нечего делать уже по сто раз перетрахались. А заняться по большому счету нечем. С меня хватит. К тому же, меня моя девушка ждет.

- Девушка? – Энди изумленно уставился на Лима.

- Я вообще-то би, – пояснил тот спокойно. – И мне женщины больше нравятся. Парня тоже, конечно, могу трахнуть, но это так, баловство скорее.

- А сам даешь? – поинтересовался Энди.

Лим заржал, обнажив отличные белые зубы.

- Только принцу, – бросил он. – До принца меня вообще никто не трахал. Меня и взяли в гарем как девственника с неразделанной задницей.

- А… твоя девушка знает? – осторожно осведомился Энди.

- Нет, – помрачнел Лим. – Я ей наплел про стажировку. Вообще-то я на архитектора учился. В Оттаве. Но деньги, деньги… Денег не хватало. Ни на учебу, ни на что вообще.

- Аналогично, – заметил Энди.

- Да? – с интересом посмотрел на него Лим. – И как они на тебя вышли?

- Я рекламе нижнего белья снимался.

- А! Понятно. А меня на обложке университетского журнала заметили. Слушай, – Лим заговорщически понизил голос. – А давай ты меня трахнешь, а?

- Так ты ж сказал, что только принцу даешь. И что ты больше по женской части.

- Ну… я привык, что принц меня сзади имеет. Мне понравилось. Просто он теперь редко вызывает к себе. Все сохнет по какому-то красавчику то ли в Лондоне, то ли черт знает где. Только, тсс! Это здесь считается государственной тайной! Я на полном серьезе.

Энди вздрогнул. Он понимал, о каком красавчике идет речь.

- Ну что? – спросил Лим. – Как ты?

- Прямо сейчас? – рассеянно спросил Энди.

- В саду есть одно местечко, – решительно произнес Лим.

- Я не против, – шестеренки в мозгу Энди заскрежетали, изготавливая некий план. – Лим… услуга за услугу. Я тебя трахну. С удовольствием. Но с условием.

- Каким?

- Мне нужен телефон и симка.

- А, чтобы местные секьюрити не засекли? – прищурился Лим.

- Именно, – произнес Энди.

Он нагло смотрел на Лима, запустив руку в узкие шорты, под которыми уже отчетливо проступала «ракушка». Лим плотоядно покосился на предмет гордости Энди.

- Парень, это опасно! – жалобно протянул он. – За это здесь знаешь, что бывает?

Энди еще более нагло усмехнулся и, приспустив шорты, продемонстрировал Лиму свое достоинство. Лим протянул было руку, но Энди решительно отвел ее.

- Мне нужны телефон и симка, – повторил он. – Ты знаешь, как их достать?

- Достать-то их можно, – с досадой проговорил Лим, не отрывая глаз от вожделенного сокровища, которым небрежно поигрывал Энди. – Но вся Эль-Касаба прослушивается. Надо отъехать километров на десять. А лучше на двадцать.

- То есть в столицу, в Эль-Ормуз, – сообразил Энди.

- Да, лучше всего так. Сказать охране, что хочешь новых тряпок прикупить. Или просто город посмотреть. А там незаметно позвонить из какого-нибудь туалета.

- Но где взять телефон и симку?

- Слушай, – зашептал Лим. – Я тебя сведу с одним человеком с кухни. Он связан с контрабандистами и часто парням кое-что доставляет, что вообще запрещено.