Луч света, что окрашен в золотой (СИ) - "Just_Phellix" - Страница 36

— Чего надо? — грубо, с каким-то странным акцентом спросил незнакомый мужчина. Его толстые пальцы неумело сжимали ручку, быстро скользящую по бумаге.

— Я… меня послали к мисс Эммит, — едва только оправившись от шока, выпалил мальчик. В его голове была полная неразбериха, а мысли путались, терялись в панике и растерянности. — Скажите, пожалуйста, где я могу её найти…

— Эммит, значится… — тихо буркнул себе под нос мужчина, на мгновение прекратив писать. Его маленькие чёрные глазки быстро оглядели мальчишку, и Диппер вдруг остро почувствовал захватывающее его с головой отвращение.

— Не знаю я никакой Эммит! — раздражённо проворчал мужчина спустя долгие минуты раздумий.

— Н-но… она работает здесь уже давно, и… — растерянно начал мальчик, как вдруг был прерван прилетевшим в него пластиковым стаканчиком.

— Нет здесь таковой и не было. Я здесь работаю. Проваливай отсюдыть, а то начальнику расскажу, как лентяйничаешь! Нечего людям мешать!

Мальчик быстро отскочил назад, тут же захлопывая за собой дверь. Он не мог понять, почему вместо вечно недовольной всем, но очень доброй девушки за столом сидел незнакомый грузный мужчина. И Диппер принял бы эту ситуацию за нелепое недопонимание, если бы не одна только деталь:

На полочке возле стола не было ни одной коробочки с чаем, а на дверной панели остались едва заметные царапины от ногтей…

========== Часть 9. Вопросы и ответы ==========

***

Зима неотвратимо приближалась, и с каждым днём это было всё более заметно. Солнце теперь грело слабо и выглядывало из-за серых туч очень редко. Из-за частых дождей на нижних этажах всегда было мокро и грязно, ноги у работников быстро замерзали, а неуклюжие дети часто падали, поскальзываясь на влажном камне. Изредка сырость и холод прорезали тёплые лучи солнца, но одного-двух дней тёплой погоды совсем не хватало, чтобы сполна насладиться уходящей осенью.

Работы у детей прибавилось — взгляд то и дело натыкался на мальчишку или девчонку, которые с полным отсутствием эмоций убирали пожелтевшие листья. На некоторых этажах постоянно пахло дымом, из-за чего свободно дышать там было почти невозможно. Отовсюду доносились кашель и тихое шмыганье носом, а голубые фонарики, казалось, теперь светили ещё более тускло, чем раньше. И это всё никак не могло улучшить настроение людей, проживающих в этом каньоне.

— Твой ход, — оповестил мальчика Билл, лениво откидываясь на спинку кресла. Привычным движением он поправил чёрный плащ, окутывающий теплом его плечи. — Можешь не пытаться тянуть время. Если не успеем доиграть партию сейчас, мы продолжим завтра.

Мальчик поднял раздражённый взгляд на своего начальника и, тихо шмыгнув носом, передвинул чёрную фигуру.

— Я и не думал об этом, — недовольно ответил Диппер, получше кутаясь в мягкий плед. Он ненавидел эту самодовольную ухмылку Билла, когда тот заботливо наливал кипяток в опустевшую чашку и ненавязчиво подталкивал её в сторону мальчишки. Глаза мужчины сверкали удовольствием каждый раз, когда парень сдавался и принимал предложенные ему вещи.

Билл рассмеялся и недоверчиво покачал головой, явно не поверив мальчишке. Тот сразу же помрачнел и недовольно отвернулся, делая вид, что ничего не заметил. Не мог же Диппер признать, что действительно дольше обдумывает свои ходы! И дело не в том, что он так старается растянуть эту игру. Просто проигрывать с каждым разом было всё более опасно.

С тех пор, как Билл предложил «новую игру», не прошло и недели, а мальчик уже чувствовал себя выжатым и смертельно уставшим. Потому что условия, казавшиеся такими привлекательными при заключении сделки, теперь приносили только проблемы. Откуда он мог знать, что чтобы задать один единственный вопрос, ему придётся съесть не меньше двадцати вражеских фигур? И самое страшное, что за каждые три победы он получал право не отвечать. Почему это страшно? Разве это не выгодно для него? Да, с его стороны эти правила действительно казалось удобными. Однако как только Диппер вспоминал, что не только он обладает подобными возможностями — тут же становилось не до смеха.

— О, девятнадцать, — довольно прокомментировал Билл, подхватывая чёрную ладью и с удовольствием рассматривая её со всех сторон. От его слов мальчишка моментально побледнел и принялся усиленно вспоминать, набрал ли он нужные три победы.

«Так, Диппер, не волнуйся. Ему всё ещё не хватает одной фигуры. Если ты не будешь ошибаться, то сможешь оттянуть этот момент до завтрашнего дня и у тебя будет достаточно времени на обдумывание. Да и необязательно ведь отвечать сразу же, верно?» — за последний час подобные мысли посещали мальчика всё чаще, и с каждым разом недостающих фигур становилось всё меньше…

Диппер судорожно вздохнул и быстро оглядел доску, выискивая фигуры, которые были под угрозой. К его ужасу, таких оказалось явно больше одной, и он никак не мог обойтись без потерь. Дрожащими руками парень передвинул пешку на клетку вперёд и на мгновение зажмурился, словно надеялся, что мир вокруг исчезнет, стоит ему только закрыть глаза. К его сожалению, этого не произошло. Билл лениво потянулся, подался чуть вперёд и лёгким движением поднял белую фигуру, опуская её на свободную клетку. Ту самую, что находилась позади чужого коня.

— Двадцать, — с наслаждением протянул он, не обращая внимания на полный паники взгляд мальчика. — Итак, что же мне спросить… Хм, дай-ка подумать…

Он тянул это мгновение невероятно долго, наслаждаясь ужасом на лице мальчишки. И спустя, казалось, вечность он широко улыбнулся и всё же задал свой вопрос.

— Так, сколько тебе, говоришь, лет?

Диппер тяжело вздохнул и пожелал убиться головой о стол. Потому что столь выгодную возможность Билл использовал… невероятно глупо…

С первого же дня парень получал только подобные вопросы. Каждый раз Диппер задерживал дыхание и впивался ногтями в лакированные подлокотники кресла, не решаясь пошевелиться. Каждый день он с ужасом ждал момента, когда мужчина вдруг вспомнит, что может узнать все подробности о других, не облучённых детях, что может уничтожить все надежды мальчишки одним словом. Диппер был уверен, что все эти глупые вопросы начальник задаёт для вида, лишь для того, чтобы ослабить его бдительность. Он был твёрдо убеждён в том, что в этот раз уж точно придёт конец всем его надеждам, что один лишь вопрос полностью разрушит всё, чего он добился. Однако вместо этого Билл каждый раз с широкой улыбкой спрашивал о подобных глупостях и был явно доволен полученными ответами.

— Чёрт, ну почему вы спрашиваете именно это? — не в первый раз ворчал мальчик, рассказывая о том, какие школьные предметы ему нравились и что он любит делать больше всего.

— Если я буду спрашивать о чём-то другом, эта игра будет слишком скучной и быстрой, — пожимал плечами Билл, невозмутимо осматривая ряд из чёрных фигур перед собой. И как бы ни старался парень, он не мог до конца понять смысла этих слов…

Впрочем, пока эти вопросы не были слишком уж личными, он не был против. Лучше так, чем сходить с ума каждое мгновение, в панике подсчитывая фигуры и боясь сделать лишний шаг.

— Шестнадцать, — наконец ответил Диппер, крайне раздражённый тем, что тратит своё время попусту. Он отвернулся, стараясь не смотреть в сторону Билла, единственный глаз которого сверкал от удовольствия. — Исполнилось в конце лета. За день до того, как я оказался здесь.

— Значит, я всё же успел с подарком на твой день рождения, — рассмеялся Сайфер под неодобрительный взгляд мальчика.

Тот недовольно пробормотал что-то себе под нос и, спешно оглядев доску, передвинул очередную фигуру. Диппер ненавидел упоминания о своём доме, друзьях, да и в целом всего, что находится за пределами каньона. Потому что каждый раз его глаза щипало от сдерживаемых слёз, а костяшки пальцев бледнели, когда он до боли впивался ногтями в ладони. Он ненавидел своё любопытство, которое привело к таким ужасным последствиям. Парень так часто хотел, чтобы всё происходящее вокруг оказалось затянувшимся кошмаром. Ведь с каждым днём ему было всё сложнее справляться с игрой в бездушную марионетку. Диппер чувствовал, что справляться с тяжёлой работой становится всё сложнее.