Испорченный ребенок (СИ) - "MMDL" - Страница 30

— У меня… нет никакого магнетизма…

…что бы это ни значило…

— Вот видишь, — печально усмехнулась она и припала лбом к моей шее, — ты этого даже не замечаешь: не ощущаешь, что делаешь с окружающими тебя людьми. Ты просто такой, какой есть!.. Надежный, уверенный, смелый… заботливый, страстный, порой непредсказуемый… — Ее руки тесно оплели меня, пальцы вжались в лопатки. Синди держалась за меня так крепко, будто могла пойти ко дну без опоры. А я даже не мог найти в себе силы, чтобы легонько ее приобнять… — Мне кажется, я теряю тебя, — выдохнула она свою боль мне на ключицы. — С каждым днем ты все больше отдаляешься от меня, постоянно занят чем-то… Я ни в коем случае не стремлюсь мешать твоей работе, но можешь хотя бы сказать, что ты собираешься делать?.. Мы ведь планировали посмотреть вместе фильм…

— Мне нужно сделать кое-что, — ответил я первое, что пришло на ум, и ничегошеньки этой фразой не прояснил для нее. — Мне нужно помочь одному ученику…

— Этот ученик — Вельт?..

На имени соседского ребетенка голос Синди предательски дрогнул, а ногти впились мне в кожу спины. Я не хотел ей лгать, но и промолчать не мог — не тот случай. А что сказать — не знал…

Она поняла все сама. Жалобно шмыгнула носом в мой джемпер, выпустила из рук и откинулась на спинку дивана. С минуту она сидела так, без движения, только чуть вздымалась ее грудь, взгляд был прикован к потолку. Мне же не позволяла вернуться к ноутбуку вина, подкармливаемая пустотой в голове… Этой напряженной тишины первой не выдержала Синди: с усталым вздохом она поднялась с дивана, выключила телевизор и положила пульт рядом с наполовину полной миской попкорна.

— Спокойной ночи, Дэмиен… Не засиживайся допоздна…

Когда она почти уже дошла до двери спальни, я разбавил молчание ребяческим:

— Даян хочет быть мне другом. Или, по-твоему, мужчина и женщина не могут просто дружить?

— Не могут, если они привлекательны друг для друга, — остановилась у порога Синди и ответила, не повернув головы.

— Но я же дружу с Шерон.

— Нет, Дэмиен, это я дружу с Шерон, а ты дружишь с Полом. Так устроена дружба парочек: мальчик общается с мальчиком, девочка — с девочкой.

— Даян — лесбиянка, — прибегнул я к последнему имеющемуся у меня на руках козырю.

— Надеюсь, что так. Но не будь слишком наивен: люди на многое готовы пойти, лишь бы заслужить внимание такого, как ты. Уж поверь мне…

Она скрылась из вида, но дверь в спальню не успела еще полностью закрыться.

— И на что пошла ты? — бросил я Синди вдогон.

— Все это время молчала о Вельте — до сего дня…

Дверь тихо захлопнулась, экран ноутбука погас. Я остался один в синеватых сумерках — слушать, как под кухонным окном зло стрекочут сверчки.

***

Утром мы с Синди попрощались как всегда, пусть ночь и провели раздельно: я практически не спал, все рылся в бесконечных личных делах учеников, хотя вроде просмотрел из них не так уж и много… Зато все изученные сразу отмел — среди тех школьников не нашлось никого с сестрой подходящего возраста. Но в ноутбуке меня ждал еще десяток файлов с чужой конфиденциальной информацией. Положив его в сумку, я ушел на работу, а Синди отправилась в очередной рейс с недельным пребыванием в Париже. Это даже к лучшему, что какое-то время мы не будем видеть друг друга: по возвращении все станет как раньше, потому что весь негатив Синди растеряет по пути; переступит порог нашего дома веселая, отдохнувшая, с массой впечатлений, которыми тут же захочет поделиться, и безделушками-сувенирами, коими будет радостно одаривать всех близких друзей.

Уроков в классе Вельта у меня в расписании не стояло; в середине дня, к счастью, имелось «окно»! Этот свободный часок я хотел провести в каком-нибудь тихом уголке школы, может быть, захватив кружку крепкого кофе. Звонок на урок отголосил свое, дети и взрослые распределились по классам, и я пружинистой походкой преодолевал один пустынный светлый коридор за другим. Под мышкой — сумка, в пальцах — стаканчик кофе, потому как купить его оказалось куда удобнее сегодня, чем делать в учительской и наливать в кружку. Мне оставалась всего пара минут пути до конечного пункта, когда слева под лестницей, ведущей на крышу, дверь на которую закрыта всегда, зашуршала одеждой невысокая тень. Я остановился куда раньше, чем понял, свидетелем чего стал в тот момент.

Пока еще не замечая меня, Нэнси в закатанной до подбородка черной кофте с драными рукавами осматривала голые бока. На ребрах кожа синела, местами сливалась с ирисово-синим бюстгальтером. Нэнси осторожно пощупала левый бок и тотчас поморщилась от боли. Ее голова дернулась, я попал в поле зрения, и девочка с судорожным выдохом рывком опустила кофту.

— Какого х… дьявола Вы там стоите?! — прорычала она, обнимая себя за локти. — Это сексуальное домогательство!

— Я всего лишь шел мимо — а вот ты оголяешься в публичных местах. Здесь жертва — я.

Она цыкнула, поспешила удалиться — поравнялась со мной…

— Хочешь выпить чего-нибудь? — успел сказать я, и Нэнси остановилась, но глаза на меня так и не подняла. — Чая, сока, кофе… Посидим спокойно в какой-нибудь незанятом классе и просто попьем…

— Я упала, ясно?!.. — перебила меня девочка, тараня пол взглядом раненого зверя.

— На оба бока — ясно. Вероятно, совсем не повезло…

Она сделала шаг, я запаниковал:

— Ты ведь знаешь, что всегда можешь поговорить со мной? О чем угодно. Вообще на любые темы!.. Убила человека? Приходишь, рассказываешь — мы вместе закапываем труп…

Я услышал ее приглушенный смешок и следом увидел, наконец, блестящие темные глаза, подведенные виноградными тенями.

— Я знаю, что Вы нормальный мужик, мис­тер Хар­мон, без понтов. И пардоньте за фуфло. Но мне не по приколу разводить сопли-слюни и балакать по душам, как щелка-сявка. Лучше не лезьте — и не буду гнать.

— Прости, я… ничегошеньки не понял, кажется.

— В этом и подхер, — слабо, как после долгой болезни, рассмеялась она. — Бывайте! — и Нэнс махнула мне рукой на прощание. — И не подглядывайте больше ни за кем, пока фингал не схлопотали!

Я улыбался ее затылку, но весьма и весьма печально. Да, Нэнси не закрыта настолько, чтобы под ее броню мне было не пробраться, но я не хотел ее взламывать насильно, а на разгадывание этой зубастой головоломки потребуется много времени — сколько еще побоев Нэнс придется пережить до того момента? В первую очередь думаешь в сторону домашнего насилия, а во вторую — о неблагополучной компании…

Я дошел до рукава коридора, кончающегося тупиком, уселся на подоконник — стекло мгновенно овеяло правое плечо холодом, но в остальном здесь было довольно комфортно. Так я просмотрел еще пару личных дел — и задремал, привалившись виском к окну. Меня разбудил звонок с урока. Шея болела, как и спина с поясницей. Под веками будто скопилось по горсти песка, и они незаметно переместились в выразительные мешки под глазами, стоило мне потереть заспанное лицо. Кофе я, как оказалось, пролил, и рукав рубашки потемнел. В голове гремели барабаны, во рту словно кошки нагадили. Бессонная ночь не сказывается благотворно! Не будь у меня всех этих явных симптомов невозможности вести следующий урок, я бы никогда не отпросился домой. Но оправданий, как видно, у меня было с лихвой! Вот только домой я зашел лишь для того, чтобы привести себя в порядок, поспать несколько часиков до наступления вечерней темноты и переодеться. Мне не помогут попкорн, фильмы, плед и удобный диван. Не излечит работа и решение проблемы Вельта, о которой, видит Бог, я не забываю ни на секунду. Мне требуется отдых, что так давно обходил меня стороной…

…и отсутствие Синди — разве не знак свыше?..

***

Нас хватило на поездку до моего дома, на то, чтобы дойти до крыльца и даже отворить двери, но далее уже мое самообладание иссякло. Просовывая язык в рот — Рассела?.. Роджера?.. Родерика?.. — я прижимал его всем телом к входной двери, гулял пальцами по светлым волосам, облегающей одежде, до костей стискивал обтягиваемые тонкой тканью горячие мышцы. Мне нужно было не просто выпустить пар, а поддаться низменным желаниям, которые — будем откровенны — ни за что не смогла бы удовлетворить Синди, как бы ни старалась, как бы сильно я ее ни любил. Необходимо было раствориться в забвении: выкинуть из мыслей «Кролика во грехе», неизвестного ученика, угрожающего Вельту, и изменчивость Синди, ставящую под вопрос мои подобные вылазки в узкоспециализированные бары. Приближающуюся свадьбу… Поэтому…