Зеркало ее сновидений - Дональдсон Стивен Ридер - Страница 33

— Миледи, — вмешался он, — я нашел вас в комнате, полной зеркал! И поскольку это была комната, куда меня перенесло неконтролируемое мною воплощение, то только вы могли заставить меня воплотиться там. Вы сидели в кресле перед зеркалом и смотрели на меня, сосредоточиваясь на мне. Мне показалось, что вы зовете меня.

Миледи, — повторил он смущенно и виновато. — Я хочу поверить вам. Я хочу доверять вам. Но я не знаю, как.

У Теризы было слишком мало времени, чтобы привыкнуть к новым правилам и эмоциям в этой ситуации; мрачная серьезность Джерадина вызвала у нее удивление. Она не была подготовлена к тому, как сама реагировала на все это — не на его доводы, а на его печаль.

— Мне очень жаль. Я не знала, что вы будете рассуждать подобным образом. Идите сюда.

Повернувшись, она быстро прошла в спальню, направляясь к гардеробу с секретной дверью.

Она не собиралась выдавать Знатока Хэвелока и Мастера Квилона, не собиралась создавать конфликтные ситуации или осложнения с тем, что произошло с ней в Орисоне, не зная заранее, на чьей стороне она хочет видеть себя. Но то, что сделали для нее Хэвелок и Квилон, было гораздо честнее, чем то, как обращались с ней и Гильдией, и король; она не хотела платить за их благородство черной неблагодарностью.

Когда Джерадин последовал за ней, она открыла дверцу гардероба и показала ему кресло, которое затащила туда. Затем извлекла кресло, позволяя ему увидеть тайную дверь.

— Ох, — воскликнул он устало. — Вы нашли один из ходов.

— Я не знала, что он находится здесь, когда мне отвели эти комнаты, — начала она. — Но посреди ночи… — она сглотнула, надеясь, что сможет сказать достаточно, не говоря слишком много. — Знаток Хэвелок появился из этой двери. Я не думаю, что он хотел напугать меня, но он говорил об игре в перескоки и… — она на мгновение поежилась, — и страсти — до тех пор, пока я не захотела кричать. И он был здесь, когда произошло нападение. У него был кусок стекла, вроде бы зеркала, которое давало яркий свет. Когда этот человек расправился с Аргусом и Рибальдом, он бросился ко мне. Но Знаток Хэвелок направил свет ему в глаза. Он был ослеплен, забыл обо мне и ретировался.

Она спокойно встретила изумленный взгляд Джерадина.

— Наверное, мне следовало рассказать об этом Смотрителю. Я действительно не хотела навлекать на вас неприятности. Но Знаток Хэвелок спас меня. И он, похоже, хотел сохранить то, что делал, в секрете. Когда я поняла, что Аргус и Рибальд не видели его, я решила никому не рассказывать, что он был здесь.

Затем, решительно меняя тему разговора, Териза тихо сказала:

— Я не воплотитель. В том месте, где вы нашли меня, зеркала не делают того, что они делают здесь. — Она не могла побороть смущение и объяснить, почему украсила свою квартиру зеркалами; но у нее был наготове другой довод. — Когда вы появились в моей комнате, вы, наверное, заметили осколки стекла. Они валялись на ковре. И даже застряли у вас в волосах. Вы сделали это.

Его рот приоткрылся:

— Я?

— Два объекта не могут находиться в одной и той же точке пространства в один момент времени, — процитировала она. — Ваше воплощение перенесло вас на место моего зеркала. Если бы я пыталась воплотить вас, то все закончилось бы катастрофой. Зеркало было бы уничтожено, и я не смогла бы отослать вас назад или отправиться с вами. Но зеркала у нас совсем не такие, какие они у вас. В них нет ничего магического. Когда вы появились, оно попросту лопнуло.

Разве вы не понимаете? Я говорю правду. Воплощение производилось с вашей стороны. Я все время говорила вам правду.

Какое-то время он хмурился, переваривая то, что услышал. Затем медленно, начиная с губ и поднимаясь к глазам, улыбка залила его лицо.

— Ну конечно же, — выдохнул он, подмигивая ей. — Я не должен был допытываться у вас. Ну конечно же, я видел разбитое зеркало. Почему же я не подумал?.. — С каждой фразой его дурное настроение отступало все дальше, и бремя проблем, давящих на него, казалось все меньше. — Я должен был и сам сообразить.

От избытка чувств он положил ей руки на плечи и притянул ее к себе, стараясь поцеловать в щеку. Но его энтузиазм сыграл с ним злую шутку; он не рассчитал движение и ударил ее скулой.

— Ох, простите, простите, — тут же пробормотал он с огорчением. Отклонившись назад, замахал руками, словно стараясь уверить ее, что не хотел причинить ей вреда. — Простите меня, миледи. Я прошу вас простить меня. — Затем поднес руку ко рту. — О, я потрясен. И, похоже, прикусил язык.

Териза потерла щеку; удар больше поразил ее, чем причинил боль. Втайне она хотела, чтобы он попытался поцеловать ее снова. Но, как и он, испытывала неловкость. Она не придумала ничего лучшее, чем сказать с оттенком насмешки:

— Пригодник Джерадин, если вы не начнете называть меня Теризой, я скажу Смотрителю Леббику, что вы силой ворвались в мои комнаты и пытались нанести мне травму.

Услышав это, он рассмеялся. Его смех был звонким и громким, огорчение его улетучилось.

— Миледи, — сказал он наконец. — Я за всю свою жизнь никогда не называл женщину по имени, данному ей родителями. У меня есть по меньшей мере три брата, которые считают, что я еще достаточно юн для порки, — и я уверен, они тут же выпорют меня, если услышат, что я обращаюсь к вам как-нибудь иначе, чем «миледи», и не важно, насколько плохо вы будете обращаться со мной. Будьте терпеливы. Вы, например, можете считать, что я еще многому должен научиться.

Она была счастлива, видя, как он доволен, и от того, что ей с такой легкостью удалось умолчать о Знатоке Хэвелоке.

Мгновение он стоял и смотрел на нее в молчании, радуясь тому, что видит, — ее улыбке, пряди волос, лежащей на плечах. Затем помотал головой, внутренне собираясь. Он провел рукой по волосам, коснулся своей скулы и сказал:

— Собственно говоря, у меня есть официальная причина появиться здесь. Я должен передать вам сообщение. Это я на случай, если кто-то спросит, почему я вообще пришел.

Гильдия хочет сообщить вам, что вы наверняка не захотите присутствовать на их сегодняшнем заседании. Это вежливый способ сказать, что вы не приглашены. Они хотят говорить о вас и не хотят, чтобы вы, — Джерадин юмористически скривился, — своим присутствием как-то повлияли на их решение. Откровенно говоря, я тоже не приглашен. Они не хотят потратить целое заседание на споры с каким-то пригодником.

Пока он говорил, его тон и манеры стали более серьезными. Потом он замолчал, делая паузу, словно не знал, как Териза будет реагировать на то, что он собирается ей сообщить.

— Миледи, — начал он медленно, — я и так уже не подчинился приказу короля — как вы правильно заметили. И потому не думаю, что могу нажить более серьезные неприятности. Поэтому подумал, — взгляд Джерадина уткнулся в пол, хотя он заставлял себя смотреть на нее, — что раз все Мастера будут на заседании, то никто, похоже, не станет препятствовать нам… — его глаза невольно снова встретились с ее глазами, и она увидела в них тревогу и колебания. — Я мог бы ответить на некоторые из ваших вопросов, показав вам рабочие помещения. Где хранятся зеркала, сделанные Гильдией.

Его предложение заставило Теризу задуматься. Нарушать запреты было очень опасно, она прекрасно знала это. Людей, которые нарушают запреты, как правило, наказывают. Она с трудом перевела дух и спросила:

— А вы уверены, что это будет правильно? — Затем, чувствуя, что он может посчитать ее неблагодарной, быстро добавила: — Я хочу сказать, что это будет слишком серьезно. На вас и так уже злится много людей. Если вы делаете это для меня… — она замолчала.

— Я хотел бы использовать такую возможность. — Его открытое лицо выражало решимость, выдававшую, что ему нелегко было принять подобное решение — что он продумал все гораздо глубже, чем она. — Я начал думать об этом, когда король Джойс приказал прекратить расследование. Если он не хочет побеспокоиться даже отдать гвардейцам приказ попытаться найти мужчину, напавшего на вас… — Его голос сник, и он неловко пожал плечами. На его лице было ясно написано, как он разочарован в своем короле. — В любом случае это вовсе не так опасно, как кажется. Ведь, несмотря ни на что, я не предоставлю вам никакой информации, которую вы могли бы использовать, если являетесь врагом Морданта. Если вы — воплотитель, то вы и так знаете все, что я покажу вам. А если нет — то вы все равно не сможете ничего сделать с тем, что увидите.