Крест на Крест (СИ) - Янов Алексей Леонидович - Страница 47

Глава 13

Весна достигла своего пика, покрыв улицы Смоленска, его пригородов и монастырей, раскинувшихся на десятки километров в окружности зелёным ковром.

Над гладкой поверхностью Каспли кое — где ещё клубились обрывки утреннего тумана.

В грузовые дощаники, рабочие Касплянской верфи, завели лошадей ратьерской охранной сотни, а портовые грузчики быстро и профессионально загрузили в трюмы судов поклажу и станочное оборудование. Совмещая отдых на речных просторах с инспекционной поездкой, я намеривался посетить города расположенные по берегам Западной Двины, а потом и Новгородскую область.

В преддверии Большой войны необходимо было крепить свои тылы. После столицы и некоторых городов Смоленской области, именно Витебск и Полоцк, присоединённые к Смоленску раньше прочих территорий, быстро превращались в наиболее развитые в промышленной отношении города нового государства. Соответственно там, на местных предприятиях, росших, словно грибы после летнего дождя, размещались очень многие военные заказы. Бояро — купеческая прослойка Витебска и Полоцка, распробовавшая в собственных хозяйствах всю прелесть нового капиталистического уклада, стремительно богатела и обуржуазивалась. Современное промоборудование произведённое смоленской индустрией поступало в эти два нарождающихся промышленных центра с всё возрастающим из года в год, из месяца в месяц потоком, что не могло меня не радовать.

Флотилия отчалила от пристани, а ветер, с хлопающим шумом, оттопырил косой латинский парус с огромным государственным гербом Смоленска и вьющимся над ним флагом. Вместе со свитой я разместился на своей персональной государевой галере. Там у меня была устроена вполне комфортабельная каюта. Помещение изнутри обставлено мебелью, а стены оббиты красным бархатом. В такую замечательную погоду торчать внутри трюма было бы преступлением, я поднялся наверх. Мои сопровождающие уже расселись на открытой корме под балдахином, вскоре устроив пиршество, услаждая свои желудки алкоголем и яствами.

Во второй половине дня наш флот подхватило неспешное течение Западной Двины, куда Каспля вливала свои воды. Река лениво изгибала своё ровное и гладкое течение между плоских невысоких берегов. Они были заросши густыми лесами, верхушки которых рябью отражались в величественной водной глади. Так мы и путешествовали …

На подходе к Витебску стали всё чаще встречаться утлые лодчонки рыбаков. Кто — то известил городские власти, и весь Витебск при нашем приближении самозабвенно бил в колокола. Над крышами вились встревоженные шумом птичьи стаи.

Дощатые городские пристани, вбитые на сваях, далеко вдаются в реку, что позволяет нашему флоту сразу же начинать причаливать и выгружаться. Рядом с портом соседствуют плотбища с каркасами строящихся галер, дощаников и рыбацких лодок. Привычный пейзаж верфи — то тут, то там виднеются смолокурени, груды брёвен и досок под навесами, всевозможные склады, разбросанные бочки, тележные колёса и вытащенные на берег разборные старые суда идущие на слом.

Шёл уже третий год, как у нас была внедрена и успешно действовала система сборки галер и дощаников из предварительно изготовленных частей. Смоленские верфи превратились в огромный склад таких готовых деталей. Результатом внедрения системы сборки галер из заготовленных деталей стала стандартизация конструкции. Явление уникальное для доиндустриальной эпохи. Поэтому все наши галеры, независимо от города конечной сборки, будь то Смоленск, Витебск и прочие, были одного размера и похожи друг на друга во всех отношениях, словно братья — близнецы. Человек, перешедший с одной галеры на другую, едва ли заметит разницу. И вот сейчас у стапелей виднелись несколько новеньких, недавно спущенных на воду галер, внешне ничем не отличимых от уже причаливших смоленских систер — шипов.

Надолго сосредоточить своё внимание на судах не удалось, глаза невольно косились в сторону причалов и набережной, забитых под завязку голосящей людской толпой. По городу, словно пожар, разнёсся слух о прибытии государя, заставивший людей выйти на улицы и радостно приветствовать причаливающую к порту флотилию.

Со своих личных хором витебский уездный наместник притащил персидский ковёр и расстелил его на сходнях. Рядом с ним выстроились, нервно переминающие ноги, служащие городских управлений, а гарнизонные войска уже высвобождали от людей причалы и выстраивали в людской толпе широкий коридор для следования в город государева кортежа.

Под бурные возгласы народа я ступил на сходни, и уже на пристани был тут же облеплен местными чиновниками и командованием гарнизона. Последовали приветствия и доклады. Как только ратьеры охраны полностью выгрузились, мы тут же, под восторженный рёв толпы, последовали в город.

Витебский детинец, бывший некогда главной княжеской резиденцией, ныне был превращён в сугубо административное здание. Здесь базировались уездные управления, отделы и прочие службы. Купцы и бояре ломились в терем, спеша выразить мне свои верноподданнические настроения, а заодно получить и/или расширить госзаказ для собственного производственного или транспортно — торгового бизнеса. Но всех этих просителей, с их деловыми предложениями, я пока отфутболивал, необходимо было сначала разобраться с текущей обстановкой.

Весь день провёл в этом сосредоточии чиновничьего аппарата, разбираясь в отчётности, зарывшись по уши в бумаги и беспрерывно выслушивая в фоновом режиме доклады местных управленцев. Прежде всего, меня интересовала налоговая отчётность уезда и организация производств номенклатуры товаров военного назначения. Восемь часов я сверял данные приходно — расходных книг, книг складского учёта, сопоставляя со сведениями, поданными в столицу; выборочно направлял приехавших со мной проверяющих на отдельные военные производства и налогооблагаемые объекты. Требовалось срочно увеличить выпуск зимнего обмундирования, валенок, снегоступов. Во всех городах моего государства ремесленные мастерские переходили на круглосуточный режим работы, расширяя штаты и нанимая новых сотрудников. Деньги для этого в бюджете были, правда, мало кто знал, что драгметаллами в массе своей они не были обеспечены. То есть, если люди вздумают все сразу менять дензнаки на золотой или серебряный эквивалент, то банковско — финансовая система страны просто рухнет. Но желающих конвертировать бумажные деньги на серебро было мало, действовал крайне невыгодный обменный дисконт. Я сознательно шёл на этот риск, так как целенаправленно готовил армию к предстоящей зимней кампании. А там уж, как говорится, или пан или пропал.

Резкий рост бюджетных расходов, вследствие расширения территорий и скачкообразного увеличения численности армии, вынуждали меня практически полностью отказаться от серебрено — золотого обеспечения рубля. Это событие особо не афишировалось, просто соответствующий внутренний циркуляр был спущен в банковскую систему, всецело мне подконтрольную. Большинство населения данные мероприятия практически никак не затрагивали, разве, что купцам, особенно тем из них, что завязаны на внешние рынки, продолжали исправно менять смоленские дензнаки на серебро. Но с нашим проникновением на территорию Карелии и Финляндии, имеющих богатые залежи цветметаллов и прочих руд, потребности смоленской промышленности во внешнеторговых связях, а конкретнее в импорте меди, олова, свинца и железа вскоре упадут практически до нуля.

Эмиссия денег теперь практически не зависела от наличия или отсутствия драгметаллов, серьёзно ограничивающих рост денежной массы. Количество денег потребной экономике не должно сдерживаться размерами резервов серебра в банковских хранилищах. Да и сами наши латунные монеты являются неким аналогом драгметалла, поскольку такой сплав пока что нигде в мире не выплавляется.

Теперь, например, для строительства тех же крепостей в Прибалтике нужно будет ориентироваться на количество кирпича, извести, дерева, железа и рабочих рук, а не как раньше — на отсутствие или наличие в казне обеспеченных серебром денег для покупки всех этих товаров и услуг. Ведь напечатать банкнот можно столько, сколько потребно растущей экономике страны. Главное не вызвать всплеск инфляции, соблюдая в эмиссии денег разумную осторожность и строгую финансовую дисциплину. Наличие выстроенной пирамиды банков с госучастием, отсутствие в стране многочисленных частных банков позволили моим банкирам провести эту денежную реформу быстро, безболезненно, предельно эффективно и самое главное незаметно.