Крест на Крест (СИ) - Янов Алексей Леонидович - Страница 29

С первых дней вторжения в Прибалтику войско стало активно «обрастать» местными добровольцами. Жители освобождённых от немцев городков, замков и деревень не только присягали на верность, но и слёзно просились в моё войско, им страсть как хотелось поквитаться с недавними хозяевами. Рассудив, что совместно пролитая кровь скрепляет народы лучше любой демагогии, я разрешил им присоединиться. Русские воины подкармливали прибалтийских голодранцев своими съестными припасами, учили латышей с эстонцами русскому языку, посмеиваясь над их произношением. В общем, межнациональные контакты налаживались. Ничего подобного в том году в Литве и близко не было, потому, как не успели ещё немцы озлобить литвов своим «орднунгом», и нас, соответственно, литовцы воспринимали отнюдь не как освободителей.

При войске эстонцы и латыши выполняли вспомогательные функции, действую в качестве проводников и «пушечного мяса». Зачастую бездоспешные, одетые в лохмотья и вооружённые дрекольем прибалты, первыми врываясь в пробоины крепостных сооружений, принимая на себя удары агонизирующих защитников. Вдоволь насмотревшись на «горячих латышских и эстонских парней» я решил их начать потихоньку призывать на службу. Пускай Батыю свою удаль покажут, не всё же им за русскими спинами отсиживаться.

Масштабных ожесточённых сражений с немецкими крестоносцами не происходило. Обычно заняв без боя латышскую деревеньку, мы разбивали в ней лагерь и рассылали во все стороны конные дозоры — узнать о наличии поблизости противника. Вернувшиеся разъезды, как правило, ничего подозрительного не обнаруживали, наоборот, иногда возвращались в лагерь подвыпившими, так как латыши в соседних деревнях встречали их хлебосольно — большими кадками пива.

Так, тихой сапой, войска заняли замок Вольмар, войдя в него без боя, освещаемые последними лучами заходящего солнца. Местное население отнеслось к нам настороженно, но без явных признаков испуга или агрессии. Наверное, начал сказываться заработанный авторитет дисциплинированной армии. С высоты крепостных стен я на следующий день рассматривал виднеющиеся бурые клочки возделываемой земли, припорошенных снегом. По обе стороны полей вдаль уходила узкая, разбитая санями и телегами дорога. Случившая внезапно, не по сезону оттепель, притормозила наше наступление. Пользуясь случаем, служба снабжения принялась спешно закупать корма с провиантом для лошадей и людей, по ценам немногим ниже рыночных. Незачем дополнительно озлоблять крестьян, партизанские отряды, со всевозможными народными ополчениями нам сейчас совсем не к чему.

Вот рядом послышалась перебранка, спустившись со стены, я узнал, что сторожевой взвод, зарылся на ночлег в стог соломы, чем вызвал неудовольствие своего ротного. Всю минувшую ночь от деревни доносился лай собак и подозрительное кудахтанье кур. В сумерках, дома крестьян казались беспорядочно разбросанными чёрными холмиками, озаряемыми лишь скудным лунным светом.

Наконец утром первые лучи морозного солнца сковали воду в лёд, значит, пришла пора двигаться дальше, прочь от восхода, навстречу закату.

Весь день нам на пути попадались немногочисленные конные разъезды немецких рыцарей. По всей видимости, где — то около замка Турайда враг скапливал силы, при этом начав активно следить за перемещением наших войск. Жаль, что мы не успели обзавестись летающими шарами, как они там звались, монгольеры что ли? С их помощью хорошо было бы разведывать обстановку. Но мечтать в данной ситуации как раз таки вредно, придётся усиливать конные дозоры.

— Немцев надо не пугать, а ловить! — ратьеры при начавшемся разносе сразу подтянулись, приняв максимально серьёзный вид. — Вы же не первый день замужем, что вы мне тут хвастаете, дёру от вас рыцари дали! И что же из этого?! Этих немецких голубчиков надо не пугать, а хватать и допрашивать, ясно?

— Ясно государь, — ответил командир конного дозора, — схуваем супостата, дай только время!

— Как в следующий раз заметите разъезды немцев, то не давайте им уйти, преследуйте их, как и чем угодно, но языков твоя служба добывать обязана, вы называетесь разведчиками, чтобы помимо всего прочего ещё и важные сведения добывать, а не пугалами! Свободен!

Разведчик, как полагается, козырнул и слегка пригнувшись, выскочил из палатки. Нагоняй его подчинённые сейчас получат знатный. Правильно, а то совсем нюх потеряли.

Внушение подчинённым не пропало даром. Вечером того же дня удалось захватить вражеских оруженосцев. Сами рыцари, благодаря прекрасным коням смогли ускакать, а вот их слугам не повезло. Как и ожидалось, поведали они моим ратьерам о стягивании вражеских войск к Риге.

Впереди, не смотря на морозец, местность была заболоченная, и пришлось продвигаться по уже кем — то заботливо проложенным гатям. Наверное, рыцари считали ниже своего достоинства разбирать подобные «дорожные покрытия», потому мы преодолели эту многокилометровую болотную дорогу относительно комфортно.

И вот уже передовые ратьерские части вышли к замку Турайда. Стремительным наскоком ратьеры сумели в него ворваться. Внутри крепости, на улицах в беспорядке были брошены обозы с поклажей и припасами, а немецкие вояки уже привычно обратились в бегство. Что им поделать, если на нашей стороне и сильный численный перевес и высокий, как никогда, боевой дух? Правильно, быстро по коням, и бежать от русских куда глаза глядят! А глаза их глядели в сторону Риги …

Глава 9

Занесённые снегом и овеянные ратной славой полки вышли к главному торговому городу немецкой Прибалтики — к Риге. Арьергард войска на подходе к столице меченосцев слегка потрепали внезапно налетевшие несколько десятков всадников. Серьёзного боя так и не завязалось. Рыцари подскакали, укусили, разрядив десятки своих арбалетов, с далёкого расстояния, ранив нескольких человек, и ускакали обратно в густо заросший перелесок. Скорее всего, просто пытались таким наивным способом спровоцировать противника преследованием, заманивая в ловушку. Знаем, что это такое, проходили, поэтому на подобные провокации не поддавались. Захотят товарищи рыцари принять бой — всегда, пожалуйста, а гоняться за ними по лесам и полям, на вражеской территории — нет, увольте! Подобные уловки русским знакомы не одно столетие, заманить отряд притворным бегством, а потом из засады перебить — любимая потеха у степняков.

Тем не менее, подобные вылазки подвижных остатков немногочисленной рыцарской конницы делали своё дело, замедляя продвижение войск, их приходилось по тревоге волей — неволей, выстраивать и изготавливать к бою. С другой стороны, лишний раз потренироваться из походных колонн разворачивать войска, тоже не помешает, подобный опыт никогда не лишний.

Из авангарда прискакал вестовой со срочной новостью — обнаружилась орденское войско, судя по знамени, во главе с самим рижским епископом. Пехоты при нём обнаружено не было, только конница.

— Видать пехоту припрятали за Рижскими стенами, — прокомментировал услышанное Клоч, я с ним мысленно согласился.

Тут же был отдан приказ разворачивать войска в боевые порядки, если появился сам Николаус фон Науэн, как пить дать, предстоит сражение. Перестроив войска из походных в боевые колонны, мы не спеша двинулись но направлению к противнику. Через два часа с начала движения, перед глазами предстала «картина маслом» — рыцарское воинство во всём своём буйном и высокомерном великолепии. Оно выстроилось на ровной, как стол, местности, а в тылу, на вершине балки, — сам епископ с гвардией состоящей сплошь из европейских наёмников. За спиной ставки, за балкой, можно было скрыть всё, что угодно — и пехоту, и конный резерв, и чёрта лысого. Поэтому сходу атаковать я не решился.

Завидев нас, немцы даже не шевельнулись, вероятно, предлагая нам подойти к ним поближе. Оно и понятно, мы всё ещё двигались по не самой ровной и частично заросшей местности, весьма затруднительной для слитной и быстрой атаки рыцарской «свиньи». Ну что же, не желаете нас атаковать — и не надо, мы тем временем разобьём лагерь и передохнём, а потом и вас начнём угощать из пушек.