Хозяин моего тела (СИ) - Ангелос Амира - Страница 16

Господи, ну о чем я только думаю!

Задираю стопу, разглядываю рану на ноге. Щиплет. Открываю ящик возле зеркала, нахожу перекись, лейкопластырь. Заклеиваю. Все будет хорошо. Обязательно. О другом и думать не буду…

Пора выходить, пока босс сам не пришел за мной, раздраженный. Лучше его не злить…

Осторожно открываю дверь. Перед порогом стоят тапочки. Какая забота.

Длинный коридор и я понятия не имею куда идти, оглядываюсь. Хозяин дома появляется из темноты. На Тимуре только полотенце, видимо он тоже принимал душ, в другой ванной. Волосы влажные, с них капли воды стекают по мощной шее. У меня пересыхает в горле от вида смуглого обнаженного по пояс тела. Бугры бицепсов, идеальный пресс с кубиками. Никогда не залипала на мужские фигуры, всегда считала это чем-то неважным… Но сейчас это на меня произвело сильнейший эффект. Я почувствовала себя замарашкой рядом с богом Олимпа. Настолько хорош обнаженный Юсупов.

— Готова? — звучит короткий вопрос.

— Да…

— Тогда иди за мной.

Семеню следом, низко опустив голову, боясь споткнуться. Пытаюсь подбодрить себя — Юсупов заботлив. Даже тапочки принес, это хороший знак…

Минута — и мы уже в спальне. Большая комната, посреди огромная кровать, застеленная бежевым покрывалом. Лаконичная обстановка, ничего лишнего. Все строго и функционально. Изысканная мебель, необычный дизайн светильников. Абстрактная картина на стене.

— Раздевайся.

Я должна ему сказать… Но что он сделает, когда узнает, что я еще ни с кем… В кино или книгах мужчины реагируют по-разному. Иногда отказываются быть первыми. Не всем нравятся девственницы… Что если скажу, а Юсупов выгонит меня? Или вызовет полицию?

Это проносится в голове, прежде чем снимаю с себя халат.

Глава 12

Халат падает на пол и от пронзительно пристального взгляда мужчины мне становится ужасно не по себе. На меня никогда и никто не смотрел вот так… словно уже касается, всюду. Для него нет запретов. Хочется обхватить себя руками, хоть немного прикрыться, но я понимаю, что так только навлеку на себя лишнюю грубость. Нужно дать ему что он хочет, то, что сама пообещала. Отступать нельзя…

— Подойди.

Вспыхиваю от нового приказа. Неужели обязательно давать вот такие короткие команды? Наверное, в его понимании иного я не заслужила.

Подхожу вплотную. На Тимуре все еще полотенце, тогда как я абсолютно голая, беззащитная. Сердце колотится бешено, выпрыгивая из груди. Поднимаю взгляд, чувствуя, как все тело, от макушки до пяток, наливается липким холодом.

Юсупов вдруг протягивает руку и чуть касается кончиками пальцев моей щеки. Не ожидая этого, испуганно отшатываюсь.

— Ты не должна каждый раз изображать перепуганного насмерть кролика, когда я прикасаюсь к тебе, — хмуро бросает Тимур.

— Да… Хорошо. Я пока не привыкла. И мне нужны гарантии, — добавляю срывающимся шепотом. Хочет, чтобы смелой была? Отлично. Тогда должен понимать, почему я здесь. Ради чего. — Я не хочу в тюрьму.

Нет ответа. Сволочь…

Вздрагиваю от неожиданности, по телу пробегает электрический разряд, когда горячие мужские ладони касаются моих обнаженных грудей. Напрягаюсь, как натянутая струна, ожидая грубости. Сжимают довольно бесцеремонно, но не грубо. Взвешивают в руках, гладят уверенными, по-хозяйски наглыми движениями. У меня небольшая грудь, но меня устраивает полностью. Точнее, устраивала до этого момента. Почему-то сейчас я ужасно стесняюсь своих форм, думаю о Наде, сравниваю себя с ней, разумеется, не в свою пользу.

Не обращая внимания на мое напряжение, ладони Тимура скользят ниже, проходятся по животу, по бедрам. У меня перехватывает дыхание от абсолютно новых, непривычных, захватывающих ощущений. В крови словно разгорается ответный огонь, жажда, которую этот человек пробуждает во мне. Соски становятся напряженными, твердыми, как острые пики. Колени подгибаются, разум все еще пытается сопротивляться, но тело требует, жаждет мужских прикосновений…

Это ужасно неправильно, так не должно быть. Я абсолютно растеряна такой реакцией.

Отпускает меня так внезапно, что едва не падаю. Резким движением сдирает с себя полотенце, и у меня сбивается дыхание. Нервно сглатываю, не в силах отвести взгляда. Стыдно признаться, но я еще не видела мужской член вживую. Никогда особенно не интересовалась этим. Достоинство у Юсупова, как и следовало ожидать, внушительное. Он возбужден, член, опутанный как жгутами толстыми венами, покачивается, словно требуя моего внимания. Одна мысль о том, что сейчас эта огромная штука должна войти в меня, становится дурно. Возбуждение, если я его и чувствовала, как волной смывает. Мне страшно, неуютно, меня передергивает от отвращения. Этот мужчина абсолютно чужой мне. Я не хочу… не смогу.

Инстинктивно отшатываюсь, хочу убежать, но реакция Юсупова молниеносна. Он хватает за шею сзади, запрокидывает мне голову.

— Больше никаких ужимок. Это случится в любом случае. Будет лучше, если ты успокоишься.

Он предупреждает, что готов даже к насилию? От этих слов меня сотрясает озноб.

Тимур едва заметно усмехается, подталкивая меня к постели. Все перемешивается в жуткий коктейль, возбуждение и ужас, под его взглядом не могу шевельнуться. Он снова накрывает ставшую слишком чувствительной грудь ладонью, тянет сосок, медленно, потирает между пальцами. Ощущения невозможно терпеть, кажется, что даже кости в моем теле плавятся, превращаясь в желе. Издаю стоны, всхлипы.

— Ты блядски чувственная девочка, — хрипло посмеивается Юсупов. — Пожалуй, я не прогадал с покупкой.

Вздрагиваю. У нас сделка. Но он не покупал меня. Я не его собственность. Рабства давно нигде нет, и эти замашки дикаря мне не нравятся… Но взглянув ему в лицо, понимаю, что он и есть дикарь. Сейчас Тимур похож на дикого зверя, тихого, молниеносного, смертельно опасного, хотя заметно, что сдерживает себя.

Самое безумное, что мое тело отвечает на каждое его движение, на каждый чувственный импульс. В этом человеке неукротимая, пугающая сила и я не могу не реагировать на нее.

Снова дергаюсь, почувствовав прикосновение горячей набухшей плоти к своему животу. Это я на него так действую — волнующая мысль. Чтобы показать свою решимость пойти до конца несмотря на страх, провожу рукой по животу Тимура и скольжу ниже, касаясь очень большой, твердой, набухшей плоти. Его размер пугает, я даже зажмуриваюсь… и слегка сжимаю пальцы.

Юсупов захватывает мою нижнюю губу и втягивает в рот, прикусывая. Это не поцелуй, не ласка. И все равно возбуждающе чувственно.

— Сожми крепче, — хрипит мне в рот.

Мужские пальцы скользят по внутренней стороне бедер, все выше.

— Хватит дрожать. Я не кусаюсь, ты ведь это уже поняла?

Не понимаю, что я должна ответить. Путаюсь в ощущениях. Между ног так странно тянет, там горячо и влажно. Даже неловко от такой реакции. Болезненная пульсация пугает. Зачарованно смотрю как Юсупов зубами рвет упаковку презерватива и раскатывает его по члену. Это зрелище заставляет меня задрожать крупной дрожью. Тимур нависает надо мной, раздвигает коленом мои бедра и начинает толкаться в меня, не дав времени привыкнуть, осознать… Выгибаюсь, это единственное что могу сделать, но это ничего не дает и через несколько бесконечных, напряженных секунд, ощущаю его жар, твердость, чувство дискомфорта, легкую боль от проникновения…. Еще и еще, глубже, он входит в меня медленно и осторожно, но все равно растяжение нестерпимо, у меня вырывается стон. Глаза широко распахиваются от безотчетного страха потому что он заполняет меня, растягивает, он все глубже, такой большой что кажется способен разорвать меня…

Кожа пылает. Губы дрожат. Толкаю ладонями его грудь, царапаю, пытаясь хоть немного ослабить давление, которое невыносимо. Твердые мышцы живота под моими ладонями напрягаются, еще один толчок разливается внутри невыносимой болью. Вскрикиваю и Тимур замирает.

— Посмотри на меня.

Его член кажется мне огромным. Ощущение, что в меня проникает большая горячая палка, причиняя острую боль.