Свет в океане (СИ) - "-Edelweiss-" - Страница 70

— За мной, — шёпотом скомандовал Регулус и повёл онемевшего скорее от наглости, чем из-за заклинания, Блейза куда-то наверх. Через пять минут стало ясно, зачем его вызвали.

— Мы можем хотя бы свет сделать ярче? — спросил Блейз, нанося мазь на марлевую повязку. — Я уже третий раз промахиваюсь и втираю мимо.

— Нет. И говори тише. Андромеда может пойти проведать Тедди и услышать тебя.

— Тогда…

— Нет, никаких оглушающих чар. Пупо чует всплески магии в доме. Он прилетит и начнёт царапать дверь.

— Но хотя бы…

— Нет. Кричер проснётся и поднимет вой. На кухню мы не пойдём.

Блейз выругался под нос. Он работал в чудовищных условиях. Пламя свечи освещало только жалкий угол комнаты: шкаф, часть кровати, стол и граммофон с трубой в виде лилии. Со своего места Забини не видел, был ли тот заряжен пластинкой.

— Когда ты сунулся в камин и передал, чтобы я срочно достал лекарственную смесь, мне представлялась немного другая картина, — проворчал Блейз. — Не знаю… кровь, кишки, мясо… кто-то серьёзно ранен.

Регулус воззрился на него, как на обретшего голос крильмара.(1)

— Я ранен. На моём теле не должно быть следов. Я не могу щеголять с синяками или рубцами.

— Под одеждой их всё равно не видно.

Регулус пожевал губу, казалось, размышляя над ответом.

— Нельзя загадывать, когда имеешь дело с рассерженной женщиной.

— Оу, — Забини широченно улыбнулся. — Это становится интересно.

— Никаких подробностей, — отрезал Блэк и заёрзал. Сегодня он был особенно нервным. — Как видишь, я и сам неплохо справился: порез затянулся.

— Но не зажил.

— Нет. У меня под рукой был только просроченный бадьян.

Блейз торжествовал.

— И поэтому тебе нужен я!

— Мне нужны твои баночки с мазями и зельями.

— То есть я.

Регулусу было нечего возразить. Блейз приложил к его плечу повязку с нанесённой на неё смесью.

— Не шевелись и не отнимай её, пока не подействует.

— Как я узнаю, что уже подействовало?

Блейз пожал плечами.

— Понятия не имею. Положись на внутреннее чутьё. А что ты хотел? Я не дипломированный колдомедик, а всего лишь талантливый самородок.

Регулус не соизволил ответить. Блейз закрутил пузырёк и повертел его в руках. На самом деле он диву давался: как Блэк мог так слепо ему довериться? До него Блейз лечил только пса дядюшки Чезаре, так что это своего рода дебют — людей ему исцелять ещё не доводилось. Nonna(2) утверждала, что Блейзу передался семейный талант, вот только Забини испокон веков варили яды, а не целебные настойки. Однако же, всё — яд, всё — лекарство.(3)

Nonna знала, о чём говорила. Её авторитет внутри семьи был непререкаемым, хотя однажды она чуть не убежала из дома с магглом.

— Что ты делал ночью в переулке?

Регулус громко сердито дышал — похоже, мазь щипала, но процедил в ответ:

— Наводил справки о нашем анимаге-убийце у кое-кого, с кем могу общаться только я один.

— Правда? — удивился Блейз. — Как успехи?

— В нашем деле никак, зато на обратном пути я случайно наткнулся на Петтигрю, улепётывающего после аврорской облавы.

Тут уж Забини вовсе обомлел.

— Ты встретил Хвоста?

— Встретил, — Регулус пугающе усмехнулся. Мышцы на его руках напряглись, глаза замерцали каким-то лихорадочным блеском, как бывало у чокнутой тётушки Драко. — Он хотел скрыться, юркнуть в сточную канаву к другим крысам, но я был быстрее. Я не позволил… Пришлось с ним драться. Я прикончил бы Хвоста, не подоспей авроры так некстати. Они мне помешали.

— Так вот откуда порез? — протянул Блейз, кивнув на повязку. — Так бы сразу и сказал. Для героических ранений у меня есть средство надёжнее.

— Какой же ты говнюк, Блейз.

— Теперь Хвост сгниёт в тюрьме. Для него понадобится крохотная камера, ведь перекинувшись в крысу, ему ничего не стоит сбежать. Его нельзя недооценивать.

Регулус выпустил воздух сквозь зубы.

— Надеюсь, Поттер окажет ему радушный приём. А уж потом свернёт мне шею.

— Тебе-то за что?

— Он найдёт за что. Мерлин! — Регулус застонал, съехав вниз по спинке кровати, на которую облокачивался. — О чём я только думал? Ни о чём! Я потерял голову! Какой же я… непорядочный человек, просто монстр… Монстр!

— Мне, безусловно, нравится, когда собеседник самоуничижается, но я должен знать, из-за чего, чтобы сыпать ему соль на раны. Колись быстрее! Зря я, что ли, квохчу над тобой?

Блэк вытащил из кармана брюк женскую шпильку и повертел её в руке.

— Я совершил нечто постыдное — причинил боль двум дорогим мне девушкам. Я предал доверие, нарушил слово… Но она сказала, что защищает любимых людей. Она сделала то, что ненавидит больше всего ради меня… Я негодяй, Блейз! Я поцеловал её и сбежал, пока меня не разоблачили.

— Секундочку. Эта загадочная «она» не знает, что её целовал ты? — уточнил Забини. Вот же распущенные девушки пошли.

— Нет. И для того, чтобы не узнала, ты как раз возишься с моим плечом.

— Чёрт, Блэк! Зачем ты темнишь до последнего? Скажи раньше, что тут замешана девчонка, и из мужской солидарности я бы достал самую лучшую мазь, от которой кожа не горит под повязкой.

Регулус, покачав головой, хрипло рассмеялся.

— Хотя бы напиши маме, какой я замечательный друг, — буркнул Блейз. — Книги, летучий порох, самое вкусное мороженое на свете… Она балует тебя, как будто ты её сын. Я вот тоже… заделался твоим личным тайным знахарем. С вами, Блэками, весело. Заскучать не даёте, вечно во что-то вляпываетесь, но я предпочитаю равный обмен ресурсами. Какая мне выгода? Что я получаю кроме чёрной неблагодарности?

— Возможность изливать на меня поток слов. И заметь, порой я на них отвечаю.

Прицельно в больное место. Блейз поморщился. Без собеседника он помрёт от скуки раньше, чем саламандра без огня. Он причмокнул губами — надо хоть что-то родить в ответ.

— А ещё ты задолжал мне волшебную палочку.

— Сколько стоила та? Галлеонов десять?

— Тут дело принципа. Я закрываю глаза на твой долг только потому, что у нас общее дело — поймать убийцу-анимага.

Работа. Они хотели поймать убийцу. Регулус в первую очередь желал обезопасить близких, а Блейз счёл дело выгодным. Да и Панси нельзя списывать со счетов, несмотря на то что она, казалось, была одержима Драко. Это задевало. Зачем вспоминать о жемчуге, когда в руках бриллиант?

На её отца напали. Её жизнь тоже может быть под угрозой. Так вышло, что Паркинсон знала Блейза с детства, и ей бы и в голову не пришло сдать его аврорам. Со временем даже это начинаешь ценить. С Блэком он пока не определился. После осечки с Ноттом Блейз не спешил изливать душу кому ни попадя. Теодор был единственным человеком за пределами семьи, который был в курсе, как Спинни Серпент отправился на тот свет. Ни тогда, ни сейчас Блейз не жалел об отчиме, не раскаивался. Спинни получил по заслугам, как и остальные — неподходящие для матери кандидатуры.

Сейчас Сирена Забини была счастлива с магглом.

Ей нравилось ходить на берег и провожать парусные яхты. К ней вернулось увлечение древними рунами. Мама с равенкловским упорством штудировала справочники и толкователи. Блейз подтрунивал над ней:

— Может, тебе удастся вывести формулу, которая посрамит саму Моргану и окончательно вернёт Драко магию.

— Кто знает? Я бы этого хотела.

— Но не торопись. Драко только-только стал нормальным человеком.

Блейз навещал Малфоя минувшим летом и едва узнал бывшего однокурсника. Драко загорел, записался на курсы «Скоромагии», перестал ныть при малейшей неудаче и научился кататься на велосипеде. Он с восторгом показывал Блейзу чудаковатый двухколёсный агрегат, о котором Забини знал только по заимствованным у Тео книгам. По-видимому, Драко нашёл в этой штуке замену метле, ведь полёты для него пока оставались недоступны.

Он заделался виноделом. У него и лаборатория своя была, где он выводил формулу идеального сусла, создавал купаж… Говорил, это похоже на зельеварение ещё больше, чем обычная кулинария.