Ни слова о войне (СИ) - Ильина Ирина - Страница 54

Гермиона сосредоточенно кивала, а Гарри почувствовал, как его сердце упало в пятки от самых дурных предчувствий.

— Может, у них просто… Что-то вроде группы поддержки? — неловко предположил он. С пониманием к этому отнеслась только Гермиона, и Гарри поспешил пояснить: — Это маггловское. То есть, они собираются, чтобы выговориться, или… — Но он сам в это не верил. Интервью в статье Скитер, монета Невилла, тот факт, что многие члены ОД действительно собирались за столом Гриффиндора отдельно от Гарри, Рона и Гермионы – все это внушало серьёзные сомнения. — Ладно, хорошо, кто из них остался в школе? Джинни была в Норе, и Дин…

— Парвати и Падма были здесь, — ответил Невилл. — И Деннис. И Симус…

— Ещё Захария Смит и Терри Бут, — подала голос Ханна.

При упоминании Смита Рон поморщился.

— Почему бы им звать его обратно в ОД? То есть, он вел себя, как му… — Гермиона кашлянула, и Рон торопливо исправился: — Полный придурок.

— Скользкий тип, — согласился Невилл. — Но он всегда умел выкручиваться.

— Что такое это ваше «ОД»? — впервые подала голос робко молчавшая всю дорогу Софи.

Пока Невилл торопливо объяснял историю возникновения «Отряда Дамблдора», о которой Софи знала лишь слухи, Гарри спросил Рона и Гермиону:

— Почему вы не позвали Малфоя сюда? Его это тоже касается.

— Гарри, — Гермиона помялась, — но ведь, в основном, проблема именно в нём. Я не совсем понимаю, что у вас там происходит, но… скажи честно, вы действительно с ним общаетесь?

— Я учу его Патронусу, — быстро выпалил Гарри, но Гермиона никогда не была дурой.

— Я не об этом, — настойчиво сказала она. — Послушай, это очень важно. Если наши догадки — правда, значит очень многие студенты, пострадавшие в войне, встанут на сторону профессора Баркер и Кэролайн. Я пыталась связаться с Кингсли во время каникул, но сова прилетела обратно с запиской о том, что он сейчас в отъезде по делам Азкабана.

— Папа говорит, там с дементорами большие проблемы, — вставил Рон.

— Я не хочу сказать, что дементоры это не важно, но в таком случае мы должны решать проблему самостоятельно, — продолжила Гермиона. — Я ожидала чего-то подобного от «Пророка», просто, может быть, не так скоро. Я еще до Рождества запланировала выпустить свою статью, но редактор «Пророка» сразу дал понять, что мне нужно искать другие варианты. Теперь я ещё сильнее хочу дать волшебникам другую точку зрения на все произошедшее. В том числе, и на факультет Слизерин. Я хочу написать об этом исследование.

— Думаешь, тебя станут слушать? — вновь вспылил Гарри, но Гермиона только плечами пожала.

— Я сделаю всё для этого. И поэтому мне нужен ты.

На сердце у Гарри потяжелело. Ему захотелось развернуться и уйти, закрыв на всё происходящее глаза. От попыток оправдать себя он уже устал – да пусть хоть заживо закопают, лишь бы оставили в покое… Если бы только это не были такие взаимоисключающие вещи!

— Зачем? — спросил он мрачно. Гермиона набрала в грудь побольше воздуха:

— Я хочу, чтобы ты рассказал всё, что знаешь про Тома Реддла.

— Что?

— Гарри, я серьёзно! Если собрать много разных историй, окажется, что вовсе не учёба на факультете сделала его тёмным волшебником…

Гарри потер глаза под очками. Это имело смысл. Кстати вспомнилось, что и его самого шляпа хотела отправить на Слизерин… и он отказался, в основном, из-за Драко Малфоя.

— Думаю, мы с Малфоем… наверное, мы приятели, — признался он с тяжелым вздохом. Рон скривился, будто съел лимон, а Гермиона понимающе кивнула.

— Ладно. Тогда в следующий раз я приглашу Малфоя тоже. Спасибо за честность, Гарри.

Гарри, который вовсе не был честен — по крайней мере, не до конца, —кивнул. Гермиона хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

— Ребята! — крикнула она. — Послушайте меня, пожалуйста. — Все обернулись, Невилл, который как раз закончил свой живописный рассказ, солидно кивнул и приобнял Ханну. Гермиона заправила за ухо локон каштановых волос и продолжила: — Только все вместе мы сможем с этим разобраться. Я уверена в вас, уверена, что вы на стороне здравого смысла. Астория, Софи, я хотела бы попросить вас по возможности оберегать младшие курсы от провокаций. Я поговорю со старостами, но это может быть не так легко. К тому же, есть ещё одна вещь, которая, — она метнула взгляд на Гарри, — так уж вышло, стала мне известна. Я знаю, что Ма… Драко не скажет мне спасибо, но вы должны знать. Вы, наверное, в курсе, что на него напали перед Рождеством, но было ещё кое-что до этого. Кто-то проник в его комнату, и мы думаем, что это была Кэролайн, либо кто-то по её просьбе.

— Вот сучка, — прошипела Астория и сощурилась. Гарри подумал, что она сразу догадалась, в какой день это произошло.

— Мы все должны быть с ней предельно осторожны, — напомнила Гермиона. — Министерство Магии пока ещё не принесло нам ничего хорошего.

***

На своем первом уроке в новом году Слизнорт объявил, что результаты трудов над Амотренцией они рассмотрят через неделю, а затем добавил: каждый студент должен взять себе нечто вроде выпускного проекта. Выпускникам придётся написать сочинение о любом из зелий, обосновав, почему оно полезно для их будущей профессии, а затем сварить это зелье. Времени было чертовски мало, так что, вопреки обыкновению, Гарри бросился в библиотеку, как только выдалась свободная минута. Библиотека почти пустовала в это время, но мадам Пинс все равно бродила по рядам, как коршун высматривая тех, кто осмеливался недостаточно бережно обращаться с её драгоценными книгами. Под ее грозным взглядом Гарри набрал себе необходимых справочников по зельеварению и засел с ними в самый дальний угол. Он уже вовсю корпел над сочинением, когда над головой раздался знакомый, чуть растягивающий слова голос:

— Тут свободно?

Вскинув голову так резко, что заболела шея, Гарри обнаружил над собой Драко: тот держал в руках стопку разномастных учебников, пергаментов и перьев, и смотрел с едва заметной ухмылкой.

— А?.. Да, садись, — пробормотал Гарри и, едва не уронив чернильницу, отодвинул свои бумаги. У него закружилась голова и засосало под ложечкой, а Драко, паршивец, оставался предельно спокойным, пока раскладывал свои книги.

— Чем занят? — вежливо полюбопытствовал он и развернул перед собой пергамент. Гарри сглотнул, надеясь, что к щекам не подступит румянец.

— Пишу эссе об использовании «Феликс Фелицис», — пробормотал он. Предложение, уже начатое на его листе пергамента, вылетело из головы. Гарри сжал в пальцах перо, пытаясь вспомнить, но потом украдкой поднял глаза и уже не смог опустить. Драко, который в последний год избегал чьего-либо общества и, кажется, вовсе не появлялся в библиотеке, внезапно не только пришел сюда сам, но и сел именно к Гарри, несмотря на все проблемы, которые могли его настигнуть. Их обоих. Он открыл учебник, сосредоточенно нахмурился, и длинная белокурая челка покачивалась в такт движениям его головы; Гарри завороженно уставился на кончики белых прядей, а потом взглядом скользнул ниже, к шее, туда, где под белым наглухо застёгнутым воротником прятался злосчастный шрам.

Драко кашлянул, и Гарри поспешил опустить голову.

— Я тут выяснил, — сказал Драко, не отвлекаясь от своего учебника, — что Астория в курсе моего небольшого… инцидента. Не знаешь, кто именно мог ей сообщить?

Сердце Гарри упало. Он мог бы свалить все на Гермиону, вот только и Гермионе знать не следовало. Впрочем, ответа Драко не ждал, он перевернул страницу и обмакнул перо в чернильницу.

— Что ж, может быть, это даже неплохо. Ещё Астория дала мне почитать «Пророк». Занятная статейка. Что ты о ней думаешь?

— Я… — голос подвел Гарри, и он прочистил горло. — Я не читал её целиком. С меня хватило того бреда, что уже написала Скитер.

— Очень хорошо, потому что в конце статьи она упоминает о том, что уже пишет твою биографию, в которой, в отличие от бездарного мистера Вандроуза, обязательно подробнее раскроет глубинные причины твоей симпатии к темной стороне магии, — буднично сообщил Драко и, наконец, поднял голову. Гарри взглянул в его глаза, и желудок предательски свело от волнения. — Но хотя бы о том, что тебя в этой статье как минимум трижды назвали сумасшедшим, ты в курсе?