Ни слова о войне (СИ) - Ильина Ирина - Страница 37

С этим Гарри не мог не согласиться, но несколько мгновений он всё равно стоял в проходе и смотрел вслед Дину, сжимая и разжимая кулаки.

***

В следующий раз Гарри увидел Кэролайн Ли на уроке Зельеварения. Она пристроилась в самом углу класса на табурете и с живым любопытством рассматривала каждого заходящего в аудиторию студента. Те, в свою очередь, с легким подозрением косились на неё и её ярко выделяющуюся среди школьной формы лазурную мантию, но ничего не говорили. Слизнорту же, очевидно, её присутствие вообще не мешало, он, как ни в чём не бывало, поздоровался с ней полным достоинства кивком, и начал занятие.

В отличие от Амбридж, Кэролайн ничего не записывала, и её, кажется, очень интересовал рассказ преподавателя. Она была молода и сама походила на вчерашнюю студентку, но прелестным невинным видом Гарри не обманывался. Добавляя в котел с Амортенцией тот или иной ингредиент, он нет-нет да посматривал украдкой на рыжую ведьмочку. Рядом Рон был увлечен своим отваром полностью: в прошлый раз он чуть не взорвал котёл, и теперь пытался как-то заслужить у Слизнорта хорошую оценку.

Ближе к концу занятия тот подошел к их столу, чтобы изучить содержимое котелков, и, похвалив Гарри и одобрительно кивнув вспотевшему от усилий Рону, как бы между прочим заметил:

— Вы снова пропустили вечеринку, мой мальчик!

— Я… у меня были тренировки по квиддичу, — соврал Гарри. Его зелье угрожающе пузырилось и немного пованивало — рассеянное внимание ещё ни одному зельевару не шло на пользу. Слизнорт, впрочем, предпочитал этого не замечать; он сокрушённо покачал головой и отечески улыбнулся.

— Но я надеюсь, вы все же придете на следующую, перед Рождеством. Это будет небольшой бал, так что я ожидаю, что вы приведете с собой молодую леди, Гарри. Мистер Уизли, вы и мисс Грейнджер, разумеется, тоже приглашены, — Слизнорт похлопал себя по выдающемуся животу, глядя как-то заговорщицки. Гарри натянул на лицо улыбку и почувствовал, как в желудке неприятно сжалось. Уж куда ему определённо не хотелось — так это на сводническую вечеринку Слизнорта.

— Это твой шанс помириться с Джинни, — громко прошептал Рон, стоило зельевару отойти. Гарри сглотнул и уставился в лениво булькающее зелье, которое на Амортенцию походило разве что впечатляющим запахом — если бы только Гарри нравился запах вареных носков. Конечно, они с Гермионой рассказали Рону о вчерашних событиях и случае в библиотеке, хотя и, не сговариваясь, деликатно обошли предмет ссоры Дина и Джинни. Но Рон теперь все равно посматривал на Дина с еще большей злобой.

Подняв голову, чтобы найти на столе плошку с цветами папоротника — крайне редкая штука — Гарри пересекся взглядами с Кэролайн. Она ослепительно ему улыбнулась и помахала рукой, но Гарри не ответил на улыбку. У него болела голова от всего, что связано с Министерством, а ещё — от цветного пара, заполнившего учебный класс.

Когда Слизнорт объявил, что урок завершен, а зелья попросил расставить по шкафам — настояться до окончания рождественских каникул, — Гарри вдруг заметил, что Кэролайн вышла из аудитории вместе с Дином. Отмахнувшись от Невилла, он попытался догнать их, но у самой двери его снова перехватил Слизнорт, чтобы ещё раз попросить появиться на вечеринке. Гарри был готов пообещать ему что угодно, лишь бы отстал, но профессор и не думал: вкрадчиво и ласково он принялся излагать, что весьма опечален провалами Гарри по части зельеварения, но прекрасно понимает, как тяжело ему приходится, и если понадобятся какие-то зелья… Гарри кивал головой как болванчик, а когда Слизнорт, наконец, сделал паузу, бросил быстрое «обязательно-спасибо-до-свидания» и выскочил за дверь.

Но никакого Дина тут уже, конечно, не было, зато был Малфой: он как раз шёл к лестнице, когда Гарри едва не налетел на него.

Опять.

— Тебе очки пора сменить, — едко заметил Малфой. Гарри очумело завертел головой, пытаясь найти взглядом Кэролайн и Дина, но коридоры наполнились учениками, галдящими, и движущимися слишком быстро, чтобы кого-то среди них разглядеть.

— Ты не видел эту, из Министерства?

— Ли? — лицо Драко скривилось. — Нет. А что? Она была у вас на занятии? — Гарри быстро кивнул и вытянул шею, бесплодно высматривая лазурную мантию, а Малфой плотнее перехватил свою учебники. Вид у него был изнуренный. — На Алхимии она тоже вчера была. Все время на меня пялилась.

— Я думаю, это она, — наконец, бросив свои попытки, Гарри обратил все свое внимание на Драко. — Ну, ты понимаешь…

— Что-что? — ворвался в разговор Рон, его рука опустилась Гарри на плечо. — Что это у вас тут?

За его спиной маячила подошедшая Гермиона, Малфой обменялся с ними настороженными взглядами, но не ушёл. Впрочем, заговорив, он обращался только к Гарри:

— Я тоже так подумал. Без пароля войти в гостиную Слизерина могут только преподаватели… ну, и ты.

— Мы думаем, что это была Ли, что это она проникла к Малфою, — пояснил Гарри, посмотрев на Рона. Тот в ответ закатил глаза.

— Почему нас вообще это волнует?

— Потому что это грубое нарушение всех мыслимых и немыслимых правил, в том числе и правил приличия, — упрекнула Гермиона. — И мы уже решили, что будем следовать словам профессора Макгонагалл и держаться друг друга. Идея расформировать Сли… — она прижала ладонь к губам, понимая, что сболтнула лишнего, но глаза Драко расширились, а потом неожиданно потускнели.

— Стоило этого ожидать, — хмыкнул он бесцветно. — Ладно, у меня всё равно нет на вас времени. Следующий урок через пять минут.

Гарри хотел схватить его за рукав, не дать уйти вот так, но это было бы слишком, а потому он просто остался стоять столбом, сжимая и разжимая кулаки.

— Нет, я, конечно, против всей этой движухи, но Малфоя мне, честно говоря, не жалко, может, он у себя тёмные артефакты хранит, — пробурчал Рон, а потом махнул рукой, будто смиряясь с тем, что лучшие друзья к нему не прислушиваются. — Ладно, что у нас там дальше по расписанию?

***

На тренировке по квиддичу Джинни вела себя как обычно, и Гарри подумал, что взросление в компании старших братьев научило её быть очень сдержанной. Она ни словом, ни жестом не намекнула на то, что ей плохо или грустно, и на то, что чувствует себя в чём-то виноватой перед Гарри. В общем и целом, она общалась с ним теперь так же, как с любым другим членом команды, и относительно игры это было идеально. Правда, попытавшись поговорить с ней после, Гарри наткнулся на непрошибаемую стену игнорирования, и, сдавшись, да и толком не зная, что сказать, попрощался и ушел вместе с обеспокоенным Роном.

Вернувшись в спальню, Гарри опять застал там Гермиону: она сидела на кровати Рона и что-то быстро-быстро строчила в длиннющем куске пергамента.

— Выглядите паршиво, — заметила она, и Рон потер мокрый нос.

— А ты попробуй полетать на метле в такую вьюгу!

— А я всегда говорила, что квиддич того не стоит, — безжалостно парировала Гермиона, на что Рон только глаза закатил. Гарри торопливо избавился от хлюпающих талым снегом ботинок и, махнув рукой, поспешил в душевые. Ему очень хотелось остаться одному и совершенно не улыбалось опять смотреть, как Рон и Гермиона обнимаются.

К счастью, в душевых в такое время никого ещё не было. Гарри давно привык ко всем прелестям жизни в общей спальне (это, в любом случае, было лучше, чем у Дурслей), но всё равно было приятно остаться одному хотя бы ненадолго.

Избавившись от одежды, он шагнул в душевую кабину и дернул золотой кран. Вода, брызнувшая сверху, пахла чем-то душистым, похожим на хвою и мяту, и Гарри закрыл глаза и замер, зарываясь пальцами в волосы.

Он беспрестанно крутил в голове мысль о присутствии Кэролайн в школе, не понимая, что именно ей здесь нужно. Было, наверное, прискорбно, что он пропустил её появление, впрочем, Гермиона сказала, что оно было довольно скромным. Но всё, о чем она говорила, и о чём говорила профессор Баркер, пугало. Нет, Гарри и сам никогда не пылал любовью к слизеринцам — впрочем, он и познакомиться с ними не пытался. Вражда с Драко ещё острее разделила их, поставила по разные стороны баррикад, но теперь Малфой не влиял на поведение своих однокурсников (которых у него, впрочем, и не осталось), а Астория и Софи были довольно милы с ним, да и та маленькая девочка с камерой не казалась ни злодейкой, ни уродиной.