Богатый, сильный, одинокий (СИ) - Черногорская Ксения - Страница 33

- Позвольте представиться: Роман Станиславович, уполномоченный по вашему делу в Клубе. Эта папка, - он приоткрыл её, показывая документ, на котором значились мои фамилия, имя и отчество, - бумаги, которые подтверждают расторжение с вами договора о взаимном сотрудничестве с Клубом. Расторжение в одностороннем порядке, разумеется.

Кровь отлила от моего лица и я почувствовала накатившую слабость. Едва ноги не подкосились.

- Я что-то не так сделала? - тихо спросила я.

- Если возможно, Юлия Сергеевна, я предпочёл бы продолжить беседу в другом месте, не здесь. Здесь много лишних ушей.

Несмотря на то, что вокруг нас никого не было и только метрах в ста от нас удалялся прохожий, я кивнула:

- А где вы хотите поговорить?

- Предпочёл бы в машине, если вы, конечно, не против. Я отпустил шофёра погулять.

- Предпочитаю не садиться в автомобиль к незнакомым людям. Имеется опыт. Не самый приятный, надо сказать.

- Понимаю. Тогда, быть может, в парке? Сейчас правда заморосит, но у меня есть зонт.

Я посмотрела на серое небо. Действительно, судя по всему, дождь не заставит себя ждать.

- Давайте в машине, - сказала я. - Но предупреждаю, в случае...

Покачав головой, он перебил меня ровным и спокойным тоном: - Вам не о чем волноваться. К тому же эта беседа прежде всего в ваших интересах.

Мы прошли к автомобилю, он галантно открыл заднюю дверь, я поблагодарила и села. Просторный, приятно пахнущий салон со столиком между сиденьями.

- Водички? - предложил Роман Станиславович, усевшись рядом со мной.

- Да, благодарю вас, - ответила я и спустя минуту в несколько глотков осушила прохладный бокал, куда он щедро налил из при мне открытой бутылки "Перье", которую достал из миниатюрного бара.

- Ещё? - предложил он, всё так же внимательно глядя на меня.

- Нет, спасибо, - покачала головой я. - Перейдём к делу.

Он кивнул и протянул мне папку.

- Ознакомьтесь, пожалуйста.

Несколько минут я просматривала бумаги, некоторые из которых подписывала полгода назад, когда впервые приехала вместе с Люси в Клуб. Действительно, со мной расторгали контракт в одностороннем порядке.

- Я хотела бы узнать о причинах... - сказала я. - Здесь какие-то невнятные формулировки...

- Единственная причина - приказ сверху, - сказал мой собеседник. - Но это не всё. Вот, пожалуйста.

Он достал из внутреннего кармана пиджака конверт из крафтовой бумаги, скреплённый сургучной печатью, и протянул его мне.

- Что это? - спросила я, принимая конверт.

Едва заметно пожав плечами, он сказал:

- Раскройте и узнаете.

Я повертела конверт в руках (на нём не было ни единой надписи, ни штемпеля, ни картинок, ничего, кроме сургучной печати), аккуратно надорвала его сбоку и вынула сложенный вдвое белоснежный лист. Развернув его, прочитала:

"Здравствуйте, Юлия!

Вы не знаете меня и оттого может возникнуть некоторая неловкость, учитывая обстоятельства, при которых Вы читаете это письмо. Конечно, я мог бы позвонить Вам, но простите мне мою старомодность в подобных вопросах, я всё же предпочитаю сообщить Вам то, что желаю сообщить, в письменной форме. Это позволит мне остаться инкогнито в случае, если Вас не заинтересует моё предложение, о котором пойдёт речь ниже и также даст вам возможность для отступления, если, опять же, оно Вас не заинтересует.

Итак, в силу ряда причин, моё отношение к Вам не является стандартным. Это просто надо принять. Раскрывать карты в этом письме я не стану, поскольку мы не общались тет-а-тет, но можете верить, у меня было достаточно оснований для того, чтобы сразу обратить на Вас внимание. Признаюсь, я пристально наблюдал за Вами с того момента, как Вы пожелали поучаствовать в моём проекте. И несмотря на то, что Вы вели себя достойно, мне не хочется, чтобы Вы продолжали участие в нём. На это тоже есть причины. Прошу извинить, что нарушил Ваши возможные планы, но третьей попытки Вам не предоставят.

Однако у меня к Вам есть совершенно неформатное предложение.

Не знаю, заинтересует ли оно Вас, но думаю, что цель Вашего участия в Игре была в некоторой степени с ним схожей. Я приглашаю Вас к себе. Напрямую. Без всяких жребиев. В гости. Просто в гости. Не в сезон, когда мы устраиваем эти пафосные балы, но в межсезонье, когда кроме меня и слуг на острове никого нет. Приглашаю Вас для того, чтобы пообщаться. В силу ряда обстоятельств последние несколько лет я предпочитаю не покидать свой остров. Но буду очень рад видеть Вас здесь, а не через экран одного из своих мониторов.

Если Вам интересно, просто скажите "Да" человеку, что дал Вам это письмо. Просто "Да". Одно лишь слово. Услышав Ваш ответ, он организует всё, что нужно для того, чтобы через два дня Вы были здесь желанной гостьей.

Если же Вас не заинтересовало моё предложение, просто скажите ему "Нет". Этого достаточно для того, чтобы больше ни он, ни я не побеспокоили Вас. Вы сможете вернуться к своей прежней жизни без каких-либо препятствий с нашей стороны.

Благодарю Вас за внимание.

С уважением, N.

P.S. В случае Вашей заинтересованности моим предложением, все расходы, разумеется, я беру на себя".

Сказать, что прочитав это, я запаниковала, значит не сказать ничего. Множество мыслей разом затрубили в моей голове: "Неужели это тот, о ком я думаю?!", "Не очередная ли это проверка на вшивость?", "Как на это приглашение отреагирует Люси?", "Нужно ли ей говорить о нём?", "Будет ли честным по отношению к ней о нём не сказать?", "Не она ли это, собственно, устроила?", "Если я не соглашусь, то всё, прощай Клуб, прощай Остров?", "Почему он пригласил меня? Зачем?", "Что вообще происходит?".

Этот мыслепоток был прерван вопросом сидящего рядом со мной Романа Станиславовича:

- Ну-с, каков будет ваш ответ?

- Можно ещё водички? - сглотнув, попросила я.

- Конечно, - ответил он и налил мне ещё.

Выпив, я сложила письмо, убрала его в конверт и, указав на него, спросила:

- Могу ли я оставить его у себя?

Роман Станиславович медленно покачал головой и протянул руку. Я отдала конверт.

- Мой ответ: "Да", - сказала я.

- Хорошо, - бесстрастно сказал мой собеседник. - В таком случае, завтра в шесть пополудни я буду ждать вас у подъезда вашего дома. Возьмите только самое необходимое.

- Хорошо, - эхом отозвалась я.

Роман Станиславович открыл дверь, вышел из автомобиля и подал руку, помогая выбраться. Затем сказал:

- Приятного вечера и доброй ночи.

- И вам, - тихо ответила я.

Спустя минуту подошёл шофёр, грузный молодой короткостриженный брюнет в чёрном костюме, и они сели в машину. Роллс-Ройс тихо заурчал мотором, выехал на дорогу и вскоре скрылся за поворотом, а я осталась наедине со своими метущимися мыслями, где главной была "Говорить ли Люси о приглашении и о том, что я его приняла?". Честно говоря, мне было и несколько страшно и совестно, я понятия не имела, как отреагирует Люси на эту информацию, но понимала, что она очень вряд ли ей обрадуется. Я чувствовала себя несколько скверно оттого, что тот, кто пригласил меня - мужчина, которого она, как призналась мне накануне, любит.

С другой стороны, я не знала, зачем приглашена. Всё, что я помнила по этому поводу из письма - он хотел пообщаться со мной. И быть может о Люси. И тайком, чтобы она не знала. Но почему он тогда об этом не написал? Одновременно с тем в письме был явный акцент на его заинтересованности конкретно во мне, он признался в том, что несколько месяцев наблюдал за мной, что подтверждало слова Люси. Опять же с другой стороны кто там только не наблюдал за мной... что ж теперь... Я представила, что отказалась бы от этого предложения и мне стало откровенно не по себе. Охватила ужасная растерянность. С Клубом я однозначно была дамой, а вот без него? А чем бы я стала сейчас заниматься, если бы не мысли о предстоящем полёте на Остров? С другой стороны, если Люси рассердится или обидится на меня, то вся моя деятельность в Хорватии по понятным причинам прекратится и без неё и Клуба я стану безработной девчонкой со значительно выросшими теперь по сравнению с собой прежней запросами. Мда-а... Я остро ощутила свою зависимость от Люси. Намного большую зависимость, чем привыкла думать. Конечно прошло не такиуж и много времени, чтобы я, вкусившая более богатой жизни, не смогла вернуться на исходные позиции в плане, например, финансов, но зачем? Хотела ли я этого? Однозначно - нет.