О каретах и тыквах (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 59

Если речь идёт о том, что я считаю справедливостью, игра по правилам перестаёт быть одним из моих приоритетов.

- Сам понимаешь, что новым порядком довольны не все, - вздохнул Доминик. - Особенно - в древних колдовских семьях. Сам подумай: каких-то пару сотен лет назад они могли безнаказанно прирезать на улице любого, взять простую девушку... или парня, которые понравятся, изнасиловать, превратить в раба - и им бы ничего за это не было. Колдовская неприкосновенность! Им не надо было платить налоги, и вообще... Короче, для тех, кто был рождён в семье знатных колдунов, то были шоколадные времена. Теперь всё поменялось: проверки, контролирующие органы, Стража во всех трёх её ипостасях, Служба Внутренних Расследований, Тайная Служба... Опять же, рабство официально запрещено, даже по отношению к военнопленным. Ещё можно что-то проворачивать, но теперь это серьёзный риск: попадаешься - по головке не гладят. Вообще никогда, потому что не по чему будет гладить.

- И это не нравится родовитым колдунам...

- Не всем. Но, сам понимаешь, они привыкли думать, что являются хозяевами мира. Что имеют право. И тут их этого лишают...

- Я сейчас заплачу от сочувствия. Это так ужасно: не иметь возможность унижать, насиловать и убивать!

- Эй, - вздохнул Доминик. - Я с тобой согласен, хорошо? Всего лишь объясняю, как думают они. Им кажется, что их лишили законных привилегий, понимаешь?

О да, я понимал.  Среди Храмовой молодёжи тоже встречались такие - ярые приверженцы древних устоев, борцы за чистоту веры, крови... или чего-нибудь ещё. Такие люди просто помешаны на чистоте, если она значит возможность искоренять что-то огнём и мечом. При этом им обычно свойственно трактовать эти самые "старинные устои", которые они якобы отстаивают, в свою пользу, и прикрывать ими банальную жажду власти.

- Ты знал об этом, - сказал я полуутвердительно.

- Я... - его глаза забегали. - Я не имею никакого отношения к теракту!

- Эй, Доминик, - я старался говорить спокойно и мягко, потому что видел состояние приятеля. - Я знаю тебя и не думаю, что ты мог бы быть соучастником этого ужаса. Но ты знаком с теми, кто это сделал, верно? Знаешь, кто они?

- Нет... не совсем, - Доминик покривил губы. - Я знал, что у старшекурсников есть что-то вроде... элитного ученического клуба. Мне это было известно, потому что они хотели и меня туда пригласить - всё же, как ни крути, я объективно неплохой колдун.

Я понимающе кивнул.

Если честно, Доминик имел все шансы стать не просто "неплохим", а одним из лучших, если не просто - лучшим. Единственной преградой на его пути было как раз таки здоровье. И неуверенность в себе, связанная с его отсутствием. Но это, на мой вкус, было вполне решаемо. Светлый я или где?

- Да, они и решили меня пригласить, - вздохнул он. - Начали прощупывать почву, притом били по самому больному.

- И что же это?

- А сам не догадываешься? Деньги.

Что же, это очевидно. Наверное. Лично мне всегда было странно слышать подобное - но я, по правде, никогда и ни в чём не знал нужды. То же самое можно сказать о моём окружении. Я привык жить среди знати - в Светлой Империи слои общества практически не смешивались, даже в Храмах. Потому мысль о том, что у кого-то может не быть денег, казалась как минимум странной.

Даже перебравшись в Тёмную Империю, я не оказался на мели. Во первых, леди Адри позаботилась о моей судьбе, назначив стипендию и подработку в Страже. Во-вторых, я сам начал ходить к лекарям и делиться с ними по возможности навыками и жизненной силой; мне не нужны были деньги, но они всё равно отсчитывали мне часть выручки за так называемых "платных" пациентов. Опять же, мать позаботилась о моей судьбе (настолько, насколько у неё была такая возможность): через несколько дней мне в общежитие доставили конверт с ключиком от ячейки в банке Эди. Проверив содержимое, я без особенного удивления обнаружил там фамильные драгоценности матери. Продавать их, впрочем, не стал бы без крайней нужды: хочу отдать эти украшения Элин в честь нашей помолвки.

Так что, можно сказать, я - типичный светлый сноб, который никогда не знал бедности и привык, так или иначе, вращаться в кругу равных. А вот у тёмных всё иначе... справедливее, если честно. И мне достаточно сложно привыкнуть к тому, что некоторые из соучеников вполне могут оказаться детьми, например, фермеров, мельников или даже бывших рабов... как Доминик.

- Ты знаешь, что меня нашёл лорд Саннар, - говорил он, глядя в окно. - И включил в число своих личных учеников, хотя высокородные колдуны типа Кристиана от этого были в бешенстве.  Собственно, больше всех злился Кристиан...

- Потому что ты обошёл его, - улыбнулся я понимающе.

- Не во всём, - покачал головой мой друг. - Но в зельеварении и высшей магии я действительно показываю лучшие результаты. И, можешь не сомневаться, его это ужасно бесит. Потому-то я так и удивился, когда они позвали меня на ту вечеринку... и начали говорить, что я, если разобраться, почти такой же, как они. Пусть и выполз из грязи, но - колдун. А значит, имею право на привилегии колдуна. Владеть магией - это же как быть сверхчеловеком! Или что-то в этом роде. Я пил в тот вечер слишком мало для того, чтобы воспринять подобное всерьёз. То есть... они, конечно, добавили мне зелья внушаемости, да. Но и сами должны были понимать: я не приму от них ни глотка, не имея при себе нейтрализатор.

- Ты пытаешься сказать, что они хотели накачать тебя зельем, чтобы потом надавить? И ты никому не сказал об этом?

Доминик тихо рассмеялся и как-то странно посмотрел на меня.

- Брось. Мы - колдуны. Манипулировать друг другом - обычное дело, а если и зазевался, то сам дурак. Я предпочитаю не быть дураком.

- И ты просто так спустил то, что они пытались манипулировать тобой, используя магию?

- Ты же манипулируешь мной сейчас, - сказал он просто. - Используешь свой дар, чтобы услышать правду. И я это спускаю. Потому что так работает волшебный мир - хоть белый, хоть чёрный, хоть зелёный в крапинку. Если уж обладаешь сверхчеловеческим могуществом, то наверняка пустишь его в ход, ради того, что сам считаешь правильным. Так это работает.

Это был удар в цель, и мне нечего было ему ответить. Даже злость поутихла немного. Мне хотелось бы сказать, что я лучше их, но...

- Прости.

- Забей. Мне надо рассказать кому-то, кроме Тайной Службы. И мне почему-то кажется, что ты отлично подойдёшь. Не зря ведь твой Бог наделил тебя именно этим талантом, так ведь? В этом должен быть смысл, Высшие ничего не дарят просто так.

Я удивлённо посмотрел на Доминика. Интересно, почему мои соотечественники упорно считают колдунов поверхностными и мелочными? Впрочем, снова - к разговору о стереотипах.

- Ты прав, - отозвался я. - Мне нужна эта правда. На моих глазах умер друг, ещё один потерял брата. Я хочу знать всё и готов использовать ради этого любые методы.

- Вот-вот, - усмехнулся он. - Мы не так и отличаемся, верно? Но вернёмся к нашим бесам. На вечеринке для элитных колдовских отродий меня сначала попытались опоить, заколдовать, внушить свои идеи, - продолжил он. - Я тактично намекнул, по какому анатомическому адресу всё это видел. И тогда они сказали мне про деньги. Что не придётся работать в Страже, среди изменённого отребья (это цитата, если что, а не моё мнение). Они назвали мне сумму. И этого бы хватило на то, чтобы жить припеваючи - в том числе маме... Ну ты понимаешь. Они не требовали ничего сверхъестественного. Я должен был готовить иногда некоторые зелья для их уютного элитного клуба, не задавая вопросов... И я почти согласился, серьёзно. Не почуял подвоха. Подумал: нравится им торговать зельями из-под полы, вещать о чистоте колдовской традиции и прочей расисткой мути - и пускай развлекаются. Мне-то что? Я могу бы просто заколачивать деньги. Много денег. В итоге... меня позвали на собрание их общества. Но прежде я должен был принести клятвы. И почти на это пошёл. Но тут вылезло эго Кристиана. Его всегда задевало, что лорд Саннар выделяет меня, потому он вздумал устроить мне вступительный экзамен для вхождения в их элитный клуб: я должен был поцеловать ему ботинки.