Я буду нежной, мой принц (СИ) - Островская Ольга - Страница 47

– Шпионка, значит? – роняет лишённым эмоций голосом.

– Разведчица. Бывшая, – хмыкаю я. Миссию не провалила и не вскрылась. Так что… разведчица, а не шпионка.

– Дядя знал об этом, когда замуж вас звал?

– Конечно, – киваю рассеянно, полностью сосредоточившись на происходящем в круге.

Иего, чувствуя, что обречён, бросается в бой первый, явно намереваясь застать противника врасплох. Корим, с небрежной лёгкостью отразив его заклинания, атакует в ответ. И поединок мгновенно превращается в смертоносный танец смерти. Как бы я ни относилась к аргандийцу, недооценивать его было бы огромнейшей глупостью. Особенно с учётом свойств его магии. Поэтому не переживать за любимого попросту не получается.

Впервые в жизни мне приходится вот так со стороны наблюдать, как кто-то бьётся вместо меня. Защищая меня.

И он бесподобен.

Я никогда не пряталась ни за чьи спины, из шкуры вон лезла, лишь бы быть наравне с братом и Рэном. Чтобы стоять рядом с ними плечом к плечу. На остальных я даже не ровнялась. И не позволяла никому быть моей стеной, считая, что мне это не нужно. Но сейчас, несмотря на тревогу, вынуждена признать – что-то невыразимо сокровенное и глубокое есть в этом ощущении, в понимании, что стена у меня всё-таки имеется. Да такая, что не проломить никому.

Наверное, ещё никогда я не испытывала себя настолько женщиной, как сейчас, когда мой мужчина вместо меня крушит моего врага. Жёстко и беспощадно. Ломая и калеча в кровавое месиво. Расплачиваясь за мою боль и страдания, за сутки пыток так, как мне бы, возможно, не хватило сил.

И когда последние хлипкие щиты Иего разлетаются в щепки, и его буквально сметает с ног шквальной огненной атакой, я уже знаю, что поединок завершён.

– Пощады, – хрипит бесформенная обгоревшая груда мяса, валяющаяся в ногах принца Босварии.

Корим имеет полное право отказать и добить противника, но, презрительно поморщившись, отдаёт сухой приказ яншарам.

– Унесите это. Позовите лекаря, мне нужно, чтобы к вечеру он был в сознании. Нам ещё многие вопросы предстоит обсудить.

– Почему ты его не добил? – спрашивает Азим у Корима, как только тот подходит к нам. – Живой он может принести нам неприятности. Гельмут потребует выдать ему своего министра.

– Он тёмный, как и Рифат. В Арганде снова возродился культ Тёмного Навия, и, как правильно заметила моя невеста, нам не нужен оплот тёмных под боком. Сначала допросили, что он знает об этом, – объясняет мой жених своему племяннику, в то время, как я с тревогой оглядываю его с ног до головы,

Услышав имя человека, уморившего одну его сестру и ставшего причиной самоубийства второй, Азим мгновенно подбирается, хищно сужая глаза.

– Если Иего причастен к культу, то Гельмут, вполне вероятно, тоже, – замечает он после минутной напряжённой паузы. – Я обратил внимание, что его доверие к своему советнику, почти безгранично. В любом случае король Арганды не пойдёт на сотрудничество с нами. Не после союза с Сэйнарами, – сын Гедаша бросает на меня мрачный взгляд.

– А Федерик? – спокойно встречаю его взгляд.

Мне наследный принц Арганды показался хоть и довольно закрытым человеком себе на уме, но не лишённым понятий чести и благородности, в отличии от отца. Ни для кого не секрет, что король Арганды и его наследник не особо ладят. Его высочество в своё время открыто отказался жить со своей семьёй во дворце и не скрывает своего резко негативного отношения к приближённым Гельмута.

– Федерик сейчас занят расследованием попытки убийства его жены, – задумчиво изрекает Азим. – И по слухам в этом деле тоже замешаны тёмные. Возможно, и Иего там отметился.

Хм. Радует, что племянник мужа способен вести себя адекватно, несмотря на вспыльчивый горячий нрав и неприязнь к моему происхождению. Сведения об его уме и преданности общему благу Босварии, кажется, вполне правдивые.

– Значит, по идее Федерик будет более чем заинтересован в сотрудничестве с нами, – подводит итог Корим. Смотрит на племянника: – Свяжись с ним и поделись информацией насчёт Иего. Гельмуту я сообщу, что его посол напал на мою невесту, обознавшись и приняв её за другую женщину. И сейчас лежит в госпитале после нашего поединка.

Молча кивнув, Азим наконец уходит, оставляя нас с Коримом наедине. Яншары уже тоже удалились, забрав то, что осталось от Иего.

– Ты не ранен? Я видела, он тебя пару раз зацепил, – даю я волю своей тревоге.

– Пустяки, отделался синяками и парочкой ожогов, – небрежно отмахивается мой принц.

Подступая ко мне, за талию притягивает в свои объятия. Снимает с моего лица карилью и нежно целует в губы, наплевав на традиции и приличия.

– Иего единственный твой враг, или есть ещё кто-то? – уточняет спустя маленькую сладкую вечность.

– Единственный, кто был для меня реально опасен, – уверяю с улыбкой. – Как он, кстати, попал во дворец? Ты же говорил, что аргандийцы сегодня не приглашены.

Представляю, сколько придворных сейчас на нас пялятся из дворцовых окон. Наверное, и Иего меня вот так из какого-то окна в саду углядел. И узнал же. С этими тёмными точно нужно разобраться. И в ближайшее время.

– Он через Азима попросил отца об аудиенции. Уже после того, как я узнавал, кто будет присутствовать во дворце. Если бы ты сообщила мне раньше, кто тебе угрожает, я бы не допустил вашей встречи, – взгляд вишнёвых глаз снова сурово темнеет.

– И он бы дальше разгуливал безнаказанно, – качаю головой. – А ещё я бы не получила возможности посмотреть, как ты его размазываешь подчистую. Это было незабываемо, мой принц. Я удовлетворена, и рада, что всё произошло именно так.

– Тогда я рад, что удовлетворил твою кровожадность, бестия моя обожаемая, – довольно ухмыляется Корим. – Пойдём во дворец, там мама волнуется. Её из сада по приказу Азима сразу же увели, и она не знает, в порядке ли ты. Как вы поговорили, кстати?

– Хорошо. Она призналась, что волнуется о тебе из-за проклятия. Я ей рассказала, что очень давно тебя люблю. На том и сошлись. А, и ещё она собирается закатить нам грандиозную свадьбу. Страшная женщина.

– Очень страшная, – со смехом кивает любимый. Взявшись за руки, мы идём к ступенькам и неспешно поднимаемся к дворцовой террасе. – Как ты смотришь на то, чтобы уже послезавтра отправится в Сэйнар? Хочу поскорее решить вопрос с твоей семьёй и уже официально объявить тебя своей.

– Если ты хочешь ехать послезавтра, то Иего надо колоть как можно быстрее. Один ты можешь не управиться, – замечаю небрежно.

– Сомневаешься во мне? – с наигранной угрозой рычит Корим.

– Нет. Напрашиваюсь в помощники. У меня к нему много вопросов накопилось. Ответы и тебе будет интересно услышать.

Пару минут мой мужчина молчит, явно разрываясь между прагматичными соображениями и чисто мужским желанием оградить меня от такого не женского по его мнению дела.

– Я подумаю, – изрекает наконец.

В ответ я лишь улыбаюсь. Знаю, что уступит. И не потому, что не может мне отказать. Ещё как может. Но не станет. Мой обожаемый властный и доминирующий принц принимает меня за равную себе. И это самый большой подвиг, на который может пойти босвариец ради своей женщины.

Когда однажды ночью поддалась своему неистовому желанию хотя бы раз испытать, каково это принадлежать тому, кем столько лет грезила, я даже подумать не могла, чем это обернётся. Что мой любимый сам сметёт все препятствия и границы между нами. Что подарит мне то, во что я так долго боялась поверить. Свою любовь и безграничное счастье быть вместе.

Эпилог

– Смотри, вон он идёт. Красивый, как сам Явар, – с восхищением шепчет сестре на ухо принцесса София Сэйнар.

– П-ф, скорее на Навия похож, – фыркает её близняшка Николь. – Смуглый, черноглазый, угрюмый, высокомерный. И смотрит на всех волком. Фу. Не понимаю, что ты в нём нашла.

Пятнадцатилетние сёстры Тайрэна спрятавшись от всех за колоннами, так увлечённо обсуждают показавшегося в другом конце коридора Азима, как всегда мрачного и сурово-угрюмого, что даже не замечают меня у себя за спиной. А я вот много интересного услышала о племяннике мужа.