Я буду нежной, мой принц (СИ) - Островская Ольга - Страница 18

Сначала Корим сурово заявил, что запрещает мне участвовать в создании портала. А потом и брат с Рэном дружно стали на его сторону, напомнив мне, что я вроде как пострадала от магического удара пару часов назад, так что нечего мне к ним лезть, они и без меня справятся.

Ну раз так… Сделав вид, что сдалась под натиском неоспоримых аргументов, я с достоинством и тщательно скрываемым облегчением уступила место в связке хали Юзэфу, и лицо сохранив, и новый обморок не заработав.

Мои планы на эту ночь с беспамятством плохо сочетаются.

Глава 11

Соглашаясь приехать к Кориму во дворец, я уж никак не думала, что одновременно со мной, у него будут гостить и мой брат с внезапно случившейся невестой, и лучший друг с новообретённой женой, и даже мои король с королевой. Последние, кстати, прибыли даже раньше нас.

Но увидеть мне их не довелось, поскольку ещё в портальном зале Корим, выслушав доклады своих людей, подозвал одну из служанок и сообщил мне, что я должна идти с ней. Та мол покажет покои, в которых он решил меня расположить. А когда я попыталась возражать, напомнив, что всё ещё нахожусь на службе, тут же поинтересоваться у Тайрэна, отпускает ли тот свою раненную боевую подругу отдыхать и лечиться. Решил проблему по-своему, что называется.

В результате против меня в порыве властной заботы объединились уже оба принца, к которым конечно же из мужской солидарности примкнул мой брат. И меня отправили прочь тройным напором мужского диктаторства. В общем пришлось идти. Лечиться. Ага.

Интересно, а всё то, что мне на эту ночь пообещали, тоже лечением можно считать? Надо будет спросить у его тиранистого высочества.

То, что меня приводят в личные покои самого Корима, я понимаю практически сразу, как только переступаю порог. Потому что на гостевые они уж точно никак не похожи. Как и на женские. А меня вряд ли бы отправили в спальню к другому мужчине.

Писчие принадлежности на низком столике будто только оставлены хозяином. Старинное оружие на стене. Огромная кровать с резным изголовьем. Мебель из красного дерева, бордово-коричневые тона, роскошные ковры, ажурные светильники, тонкая ювелирная вязь заклинаний… И воздух пропитанный едва ощутимым древесно-пряным ароматом и магией. Такими знакомыми, что даже сомнений не возникает в том, кто здесь обитает.

– Госпожа, позвольте позаботиться о вас, – передо мной бесшумно возникают две служанки в одинаковых белых строгих платьях и хариджи и сгибаются в низких поклонах.

– Позаботиться? – удивлённо вскидываю брови. Интересно, что под этим имеется в виду?

– Господин так велел, – слышу полный благоговения ответ, не оставляющий сомнений в том, как к господину относятся его слуги. – В купальне для вас уже всё готово. Мы вам поможем расслабиться и искупаться.

– Ну раз господин так велел, то позволяю, – хмыкаю я. Посетить купальню я уж точно не откажусь. Понежиться в горячей воде и привести себя в порядок после дороги и боя будет просто замечательно. А если мне вдруг ещё и массаж с маслами и благовониями положен, то это и вовсе счастье.

Получив моё согласие, служанки тут же подступают ко мне, чтобы помочь снять обмундирование и одежду. Поначалу мне хочется отмахнуться и раздеться самой, как привыкла уже за долгие годы службы, но усталость и последствия ведьминского удара дают о себе знать – мышцы ноют, да и голова такая тяжёлая, что лишний раз шевелиться не хочется. Так что в конце концов я сдаюсь и позволяю девушкам делать, что им велели.

Раздев меня догола, они накидывают мне на плечи шелковый халат и чуть не под руки ведут в купальню, примыкающую к покоям принца. А там… я на пару часов полностью забываю обо всём, с удовольствием расслабившись и отдавшись в умелые руки служанок, одна из которых ещё и целительницей неслабой оказалась.

И когда меня разомлевшую после купаний-притираний-разминаний и расчёсываний отводят обратно в спальню и одевают в полупрозрачное восхитительное нечто из тончайшего и нежнейшего золотистого шёлка, я лишь мельком отмечаю, что выгляжу весьма соблазнительно, отказываюсь от предложения подать мне ужин и иду спать. В Коримовой кровати, да.

У него там очень-очень важные гости. Племянницу без спросу замуж взяли, старший брат дров наломал, больному отцу нужно все эти очень сложные новости как-то сообщить. Вряд ли его высочество в скором времени сможет уделить мне внимание. Наверняка придёт не раньше, чем через несколько часов. А я устала просто зверски. Разбудит, если захочет.

Так что с удовольствием забираюсь под шёлковые простыни и, обняв подушку, пахнущую Коримом, сразу же засыпаю. И уже почти не слышу, как тихо уходят из покоев служанки, оставляя меня одну.

Будит меня ощущение пристального взгляда. И чьё-то присутствие рядом. А потом сквозь дрёму я чувствую как нежно касаются моей спины мужские пальцы, прослеживая линию позвоночника. Гладят поясницу, чертя какие-то узоры. И скольжение стягиваемой с меня простыни я тоже чувствую.

– М-м-м, ваше высочество, я думала, вы уже меня не посетите этой ночью, – мурлычу сонно, когда он сжимает мою ягодицу. – В отведённых мне покоях.

– Лукавишь, кошечка, – усмехается Корим. – Уверен, ты знаешь в чьей кровати спишь. И догадываешься, насколько я голоден после столь длительного ожидания нашей встречи.

Открыв глаза, я облизываю пересохшие губы. И, затаив дыхание, рассматриваю лежащего рядом мужчину. Он устроился на боку, подперев голову ладонью. Обнажённый, с влажными волосами – видимо тоже посетил вначале купальню. И такой красивый, что дух захватывает от одной только мысли, что это всё для меня сейчас. И его большое мускулистое тело. И возбуждённая твёрдость подрагивающего члена. И эта обжигающая жажда в вишнёвых глазах. И по-хозяйски властная ласка умелых сильных рук.

– Как ты себя чувствуешь? – вскидывает он вопросительно брови, продолжая трогать и мять мою попу. – Ответ мне нужен правдивый, Мэл. Я хочу понимать, что могу себе с тобой сегодня позволить.

– Ого. Звучит устрашающе, – хмыкаю, переворачиваясь набок.

– Тебе понравится, поверь, – широко улыбается мой личный соблазн, скользя по мне собственническим восхищённым взглядом. – Так что насчёт самочувствия?

– К сожалению не могу сказать, что последствия удара Мирэн полностью прошли, но в общем физически я почти восстановилась. Судя по ощущениям, – признаюсь максимально честно, как он и велел. – Да и посланная вами целительница на славу надо мной потрудилась. Чувствую я себя хорошо.

Насчёт целительницы я ничуть не преуменьшаю. За тот потрясающий лечебный массаж, который она мне сделала, я бы её озолотила, но подозреваю, что девушка, служа второму наследнику босварийского трона, и так неплохо зарабатывает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Я очень рад. Тогда пойдём, у меня есть для тебя сюрприз, – улыбка Корима становится предвкушающей. Даже хищной.

И у меня мурашки по коже бегут.

И он первый поднимается с кровати, застывая у подножия этого гигантского ложа и протягивая мне руку.

Ну раз сюрприз…

Я неспешно поднимаюсь следом, плавно перетекая сначала в сидящее положение, а потом становлюсь на четвереньки и ползу к нему. Смотря снизу вверх и дурея от того, как возбуждённо расширяются зрачки в вишнёвых глазах, как заостряются хищно черты мужского лица, и как учащается дыхание Корима.

И да, я откровенно стараюсь двигаться так, чтобы он глаз не мог отвести от моего тела, едва прикрытого золотистым шёлком, чтобы представлял в красках всё, что хочет сделать со мной. Мне хочется быть красивой и самой желанной для него, быть его наваждением. Хочется пробудить в моём принце такую острую потребность во мне, какую пробудил он в моём теле и в… моём сердце. Хочется, чтобы ради обладания мной, мой любимый мужчина сократил разделяющую нас пропасть самое меньшее вполовину.

Берусь за его руку, и мой порочный принц, помогая мне встать с кровати, притягивает меня в свои объятия. Обхватывает ладонью затылок, прихватывая немного волосы и пресекая любые мои попытки увернуться. Как будто я буду пытаться. И награждает жадным, даже жёстким поцелуем, словно клеймя, овладевая мною. Вторгаясь языком в рот и заставляя подчиняться. Но когда моё тело послушно обмякает в его руках, а из груди вырывается прерывистый стон, неожиданно отстраняется. Всматривается в глаза, явно изучая мои эмоции, смакуя их.