Новый старый 1978-й. Книга десятая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 6

— Ты теперь можешь мне сказать, чем больна мама?

— Теперь могу. Её здоровье уже вне опасности. У неё давно были проблемы с печеньк и на этом фоне у неё началась онкология. Но теперь этот процесс остановлен и ты видела, какой твоя мама вышла после моего, всего лишь одного, курса лечения.

— Я тебя очень люблю, — сказала Наташа и поцеловала меня, перегнувшись с заднего сидения.

И остальные, конечно, сделали тоже самое. Количество поцелуев строго подсчитывалось, учитывалось, а потом обсуждалось. Вот так мы и жили. Нам было интересно друг с другом, хотя все мои подруги были абсолютно разные.

— Я не стал давать сейчас Марии Григорьевне денег на продукты, — сказал я, обращаясь к Наташе. — Завтра ей выдадут аванс в размере оклада, а потом мы его проведём отдельно, как материальную помощь или подъемные.

— Это ты здорово придумал, — ответила она. — Сейчас она бы точно денег не взяла, а так получится всё официально.

Дома девчонки сразу стали помогать собирать Наташе вещи. В результате они набрал два чемодана.

— Вы что, обалдели? — спросил я этих четверых тряпичниц. — Она едет, считай, на один день. Двух костюмов в чехлах и сумки от Dior ей хватит за глаза. Она же бизнес леди, а не торговка с рынка. У неё номер забронирован в гостинице Marriott, там есть несколько вещевых бутиков известных фирм. Понадобится, в них всё себе купит. Денег: ей с собой дам. Сама в обменном пункте валюты на местные баты доллары поменяет. Кстати, я вечером к ней собираюсь телепортироваться. Кто со мной желает прошвырнуться на другой конец материка и прогуляться по экзотическому Бангкоку?

Девчонки от радости подняли сразу шесть рук. Короче, получился неожиданный и очень приятный подарок всем от меня. И Наташа была счастлива, что с нами будет постоянно вместе.

— Вольфсону, пока, ничего не говори, — сказал я ей строго. — Когда появлюсь в Бангкоке, сам ему всё расскажу.

Глава 2

Сегодня утром я решил устроить пробежку не по набережным Ниццы или по аллеям в Гайд-парке, телепортировавшись в Лондон, а на местном любительском стадионе, который располагался у нас в Черемушках рядом с моим домом и на котором я давно не был. Лучше бы я этого не делал. Вместо «Москвича», который раньше меня охранял, появилась чёрная «Волга», из которой вышли три пассажира комитетовской наружности и направились в мою сторону. Я их сразу просканировал, во избежание вчерашней ошибки, чуть не приведшей к нашей гибели и понял, что это «не чужие». «Своими» я их перестал называть после попытки подстроить мне автокатастрофу, испортив тормоза, и выпущенных затем по мне десяти пуль.

Так что для меня они с сегодняшнего утра являлись врагами. Чтобы им служба мёдом не казалась, я направил волну боли в их мозг, после чего их даже отбросило на несколько метров назад. Ого, мои возможности растут или я просто очень сильно зол на комитетчиков. Они попытались встать, но я второй волной боли заставил их схватиться за головы, упасть на землю и сжаться в позе эмбриона.

Я в это время продолжал бегать. Когда они очухались и стали подниматься, я крикнул:

— Убирайтесь отсюда и не вздумайте здесть больше появляться.

— Юрий Владимирович хотел с вами связаться, но телефон у вас не отвечает, — сказал старший этой группы, ошарашенно смотря на меня и понимая, что то, что с ними только что произошло, напрямую связано со мной.

— А мне наплетать на него, так ему и передайте. До десяти я занят. Вам напомнить, кто я? Я с ним потом сам свяжусь.

По моему, от второй моей выходки, касающейся их шефа, они обалдели даже больше, чем от первой. Но послушно развернулись и пошли назад к машине. А я побежал домой. Но они разозлили меня со своим Андроповым так, что я дал мысленную команду одному из летающих надо мной высоко в небе ЛА уничтожить их «Волгу». Как они попытались вечера уничтожить мой Роллс-Ройс, так и я их транспортное средство уничтожу. Око за

око…

Через секунду после моей команды раздался взрыв и от автомобиля гостей осталась только ямка и небольшие потёки металла на её краях. Троица обернулась в мою сторону с полностью офигевших видом и я им повторно крикнул:

— Пешочком пройдётесь, а лучше трусцой. Член Политбюро вот бегает по утрам, а эти лентяи на машинах ездят. Даю вам пять секунд и если вы ещё после этого будете здесь отсвечивать, с вами случится тоже самое, что и с вашей «тачкой». Время пошло.

Я демонстративно посмотрел на часы и эти крутые, на первый взгляд, комитетчики бросились в сторону дороги, как наскипидаренные. Вот так, я теперь буду с ними предельно жёстким. Они, естественно, всё расскажут Андропову, чего я и добиваюсь. Мне, если честно, наплевать на то, отдавал он приказ о моём устранении или нет. Я знаю, что не отдавал. Но я отдал ключи от машины его людям и он своим звонком поручился за них. Поэтому этот косяк только его.

Дома я сполоснулся, налил в джакузи воды и отмокал минут пять. После чего пошёл будить девчонок, так как было уже пора провожать в аэропорт Наташу. Естественно, никто вставать не хотел, так как было очень рано. Лететь Наташе предстояло больше десяти часов, потому, что расстояние между Москвой и Бангкоком было около семи тысяч километров. Плюс часовые пояса не в нашу пользу, а это дополнительно четыре часа. Из-за этого получается, что Наташа с Вольфсоном там будут где-то в пять часов вечера по Москве, но по местному уже будет девять.

Я на днях связался с нашим послом в Тайланде, который дал команду и сотрудники посольства договорились о предварительной, я бы даже сказал ознакомительной, встрече с Чалео Йювидья, создателем тайского энергетического напитка под названием «Кратинг даенг», из которого я буду делать всемирно известный Red Bull. Помимо всего прочего, этот энергетик помогает вылечить джетлаг, что по-русски означает «синдром смены часового пояса». Синдром связан не с затраченным на перелёт временем и расстоянием, а с разницей между временем в пунктах отправления и прибытия. То есть он возникает только тогда, кода мы пересекаем несколько часовых поясов и именно в пределах плюс-минус 12 часов.

С девчонками я был строг и суров и они это сразу поняли.

— Ты чего сегодня такой резкий? — спросила зевающая Солнышко и, проходя мимо меня, потерлась голой попой об мою ногу, зная прекрасно, что это мне нравится и меня подобное возбуждает.

— Вы сами напросились все вместе провожать Наташу, — ответил я, привычно шлепая её рукой по подставленному мягкому месту. — Так что подъём. Я сегодня не был ни в Ницце, ни в Лондоне, поэтому я пошёл на кухню делать мой фирменный омлет и варить кофе.

— И бутерброды, — крикнула пробежавшая мимо меня голая Маша.

— В джакузи долго не плескаться. Времени у нас в обрез.

Пока они принимали водные процедуры, я приготовил омлет, сварил на всех кофе в двух турках и сделал десять бутербродов. Наверняка каждая моя жена съест по «бутику», а то и по два. Как в воду глядел. Два съела Маша вместе со своей порцией омлета. И куда в неё столько влезает? Метаболизм, значит, у неё такой или беременность уже сказывается.

— Ди, — обратился я к будущей английской принцессе, — тебя когда в замок Лидс перемещать?

— Когда вернёмся из аэропорта, — сказала та, допивая кофе. — Я же в Москве нигде за это время особо и не была. Хочется посмотреть, как здесь обычные люди живут.

— Хорошо. Нам надо будет завтра, обязательно, вырваться в Паттайю и искупаться в океане. Если нам там всем понравится, то купим виллу или большой дом.

Девчонки были только «за». Они уже себе мгновенно представили, как они смогут за несколько дней побывать сразу в нескольких местах отдыха в разных точках земного шара.