Греховная одержимость (ЛП) - Фокс Лиз - Страница 8

— Он умер, — отвечаю я просто. — Он был моим мужем.

— Черт, прости меня, — говорит Андреа. Она выглядит подавленной, и я поворачиваюсь, чтобы успокоить ее улыбкой.

— Все в порядке, — говорю я ей. — Я не против поговорить о нем. Я просто подумала, что должна освободить его и таким образом.

Она вздыхает. — Ну, тогда понятно почему незабудки.

Я не против боли при нанесении татуировок, и жужжание аппарата погружает меня в сон. Я чувствую лишь легкое царапанье иглы и сжимающие пальцы Райдера в моих. Кажется, что прошло всего несколько минут, но на самом деле прошло несколько часов, когда Андреа наконец выключила машинку.

— Все готово, — говорит она. — Хочешь посмотреть?

Я встаю на дрожащих ногах и подхожу к большому зеркалу, чтобы взглянуть на свою новую татуировку. С одной стороны, там, где изящная татуировка Августа украшала мое плечо, на моей загорелой коже просто обилие незабудок. Августа больше нет, но он живет в моих воспоминаниях.

Это казалось уместным.

А на другой стороне — новая татуировка, которую я сделала через несколько дней после того, как мы с Райдером впервые занялись любовью на водопаде. "Собственность Райдера". Но вместо колеса, увенчанного изящными крыльями, здесь сердце, разбитое и вновь исцеленное. Ни кто из нас не хотел делать похожую татуировку с Августом, поэтому мы сделали по-своему, для нового будущего, которое мы строим вместе.

— Это прекрасно, Андреа, — говорю я, глядя на цветы, рассыпавшиеся по руке. И я серьезно.

Когда Райдер позже занимается со мной любовью, он нежен, помня о свежей тату. Мы вместе уже несколько месяцев, но я по-прежнему жажду его очень сильно, как и раньше. И подозреваю, что так будет всегда.

— Я люблю тебя, — шепчет он мне в волосы, когда мы вместе достигаем потрясающего оргазма.

Он отодвигается и переворачивается на спину, притягивая меня.

— Я тоже тебя люблю, — говорю я ему, прижимаясь поцелуем к его груди.

Теперь мы живем в доме Райдера. Несколько месяцев назад я продала свой старый дом семье с детьми и собакой. Им понравился двор, и я была счастлива продать его людям, которые наполнят пустые комнаты любовью и смехом. Дом Райдера больше, с большим количеством спален, которые мы намерены заполнить в один прекрасный день. Я еще не сказала Райдеру, но такой день скоро наступит примерно через семь с половиной месяцев.

— Выходи за меня замуж, — неожиданно говорит Райдер. Он перекатывается на бок и проводит кончиками пальцев по моей попке. — Будь моей старушкой во всех отношениях. Нам не обязательно спешить, но...

Я смеюсь и прерываю его. — Да, если хочешь, хоть завтра.

Я хочу поделиться с ним своим секретом, о котором узнала только сегодня утром, но с этим придется подождать, после следующего раунда сплетенных тел и обжигающих поцелуев.

Но когда мне рассказать ему о крошечной жизни, которая растет внутри меня? Вряд ли я дотерплю до завтрашнего дня.

Второй эпилог

Райдер

5 лет спустя.

— Иди помоги маме с тарелками, хорошо, Эджи? — говорю я своему четырехлетнему сыну. Он торжественно кивает и убегает. Я беру два пива и направляюсь к барбекю, где Уорден стоит и тычет в кучу мяса над тлеющими углями.

— Спасибо, чувак, — говорит он, когда я протягиваю ему ледяную бутылку. Он открывает ее и отпивает большой глоток.

— Итак, не сегодня-завтра Эмма родит, — говорю я и киваю в сторону беременной жены Уордена, которая стоит и болтает с Зои, чей живот почти такой же большой. — Ты нервничаешь?

Уорден кивает. — Да. Очень. Я могу с завязанными руками надрать задницу пьяному байкеру, но новорожденный ребенок? Понятия не имею, что делать. Эмма говорит, что со мной все будет в порядке, но она не меньше меня нервничает.

Я легонько бью его по руке. — Расслабься. Никто не знает, что делать, и большинство людей прекрасно справляются. Просто будь готов к нескольким годам без сна.

Он вздыхает и кивает. — Мне все так говорят. Что насчет тебя? Готов ли ты все повторить?

Я широко улыбаюсь. — Да, черт возьми, чувак. Я хотел еще одного, как только родился Энджи, но Зои хотела немного отдохнуть. Это лучшее, что когда-либо случалось со мной, и когда они такие маленькие и милые? Черт возьми, я не могу нарадоваться всему.

Зои подходит ко мне, а Энджи плетется за ней, и я обнимаю ее за плечи и притягиваю к себе для быстрого поцелуя.

— О чем вы беседуете? — спрашивает она. Я провожу пальцами по ее пояснице, массируя уставшие мышцы, и она благодарно стонет. — Спасибо, детка.

— О детях, — говорю я ей. — Уорден нервничает, но я сказал ему, что у него все будет в порядке.

Зои согласно кивает. — Конечно, будет. Это... ну, трудно, но это не сложно, понимаешь? Ты просто делаешь все, что в твоих силах, любишь их всей душой, и все получается само собой.

Энджи крепко обнимает меня за ногу с другой стороны. Он копия Зои с его золотистой кожей и густыми темными волосами, но она клянется, что характером он похож на меня, такой же спокойный и с большим упрямством. Как только он чего-то захочет, то не сдаётся, пока не получит желаемого.

За прошедшие годы я многому научился у Зои. Например, как попрощаться с прошлым и принять будущее. Как любить яростно и всецело. И с самого рождения Энджи, как отдать все, что у тебя есть, за что-то драгоценное и хрупкое, чтобы ты мог лелеять и наблюдать, как он растет.

Это мы. Каждый день мы узнаем больше о любви — друг у друга, от семьи, которую мы создаем, и от жизни, которую мы разделяем. Прошлое всегда с нами, и мы всегда помним его уроки. Но наше будущее — это горизонт, с которого мы не сводим глаз. И каждый день я с нетерпением жду того, что нас ждет впереди.