Рок-звезда академии. Книга 1 и 2 (СИ) - Кравцов Артур - Страница 39

— Будущее, — ответил я.

Глава 19

Когда собираешься сообщить кому-то неприятную новость, то очень важно после неё сразу же рассказать что-нибудь хорошее. Человек переключится на последнее, что он услышал, и уже не будет так расстроен из-за той самой неприятной новости. Этот трюк я использовал в разговоре с группой.

После того, как я сообщил ребятам, что мне не удалось найти компромисс с Гуном, и нам теперь придётся репетировать после занятий, в мой адрес посыпалась волна упрёков. Но затем я развеял обстановку новостью о том, что уже завтра нам предстоит запись песни в студии.

Реакция ребят оказалась более, чем положительной. Они уже, казалось, тут же забыли о том, что мы теперь будем вынуждены репетировать после занятий, а Шэн и вовсе нашёл в этом свои плюсы. Например, что теперь нам не нужно будет ездить несколько раз с академии домой и обратно.

Наверное, не стоит и говорить о том, что все до единого на следующий день решили пропустить занятия после обеда ради записи песни в студии. У меня в этот день после обеда должен быть урок боевых искусств. И я был даже рад, что его пропущу, ведь снова пересекаться с тем неприятным учителем Ао мне не особо хочется. Главное, чтобы он не подумал, что я избегаю его уроки.

Я договорился с нашим водителем о том, чтобы он подъехал к воротам академии после обеда и отвёз нас в студию. Но что-то он опаздывал, нечасто такое за ним наблюдается.

Пока мы ждали водителя, Шэн решил спросить у меня:

— Хао, а где мы будем записывать нашу песню?

— Сейчас посмотрю, — я открыл сообщение, в котором Хувэй написал название и адрес студии звукозаписи. — Студия «Рассвет».

У Шэна тут же округлились глаза. Как и у Лили, и у Фэй. Чего это они?

— Это же самая крутая студия Гонконга! — воскликнул Шэн.

— Ага, там записываются почти все топовые музыканты Китая, — подтвердила Лили.

— И даже зарубежные звёзды, я слышала, приезжали туда записывать свои хиты, — добавила Фэй.

Значит, Хувэй не врал про свои связи. Сами мы бы точно не сумели выбить для себя запись песни на такой, как оказывается, именитой студии. Интересно, выставит ли нам менеджер потом счёт за эту запись? Какую-то выгоду он ведь должен будет получить, я не думаю, что он такой прямо меценат. Как минимум, процент с продаж уж точно запросит.

Пока я над этим размышлял, водитель уже подъехал к главным воротам. Мы с ребятами сели в машину и направились в студию звукозаписи.

Оказалось, что она находится в самом центре Гонконга, но при этом как бы спрятана от посторонних глаз между оживлённых улиц. Уже по одному только внешнему виду можно было понять, что студия высшего класса.

У самого входа нас уже ждал Хувэй. Как обычно в своём длинном чёрном пальто и чёрной ковбойской шляпе. Ладно ещё вечером, но вот днём не жарко ли ему в таком прикиде?

— Опаздываете, — с ходу предъявил нам менеджер.

— Просто…, — я уже начал придумывать отмазку, но Хувэй меня перебил.

— Ладно, ладно. Не парьтесь, там всё равно другая группа только заканчивает запись. Как настрой, ребят?

— Отличный! — гордо сказал Шэн. — Уже руки чешутся сделать крутую песню. Тем более на такой-то студии!

— И то правда, — менеджер посмотрел вверх на надпись «Рассвет».

— Интересно, насколько дорого стоит сессия звукозаписи на такой студии? — задала Лили вопрос о том, о чём я думал ранее. Чтение мыслей, не иначе.

— За это можете не переживать, — Хувэй махнул рукой. — Мы со звукорежиссёром давние друзья, поэтому нам удалось договориться о приемлемой сумме.

Тем временем из студии один за другим начали выходить участники группы, которая записывалась здесь до нас. Когда уже вышли все, Хувэй обратился к нам:

— Идём внутрь.

Внутри студия оказалась ещё круче, чем снаружи. Сам интерьер внутри был хоть и довольно минималистичный, но каким-то образом словно настраивал на творчество. На стенах здесь были развешены золотые, платиновые альбомы других артистов. Такое не может не вдохновлять на работу и не придавать уверенности в себе. Раз другие смогли добиться подобных высот, то сможем и мы.

Наконец, мы дошли до главной комнаты всей студии — комнаты, где сидел звукорежиссёр и управлял всем процессом. Это был пухленький китаец лет пятидесяти (а может и больше, китайцы ведь хорошо сохраняются). Короткая причёска, круглые очки и простенькая одежда. Такого встретишь на улице и даже внимания не обратишь.

Хувэй зашёл в комнату первым и познакомил нас с ним:

— Знакомьтесь, ребята, это Юй Цзин — звукорежиссёр, с которым вы будете сегодня работать.

— Можно просто Цзин, — улыбнулся звукорежиссёр.

Хувэй представил нас всех ему, и мы по очереди пожали руку Цзина.

— Цзин, ты посмотрел выступление ребят, которое я тебе отправлял? — спросил менеджер.

— Как-то закрутился, не успел. Можем его сейчас посмотреть? Хочется понять, с чем мы имеем дело.

— Да, секунду, — Хувэй достал свой смартфон и включил видео с нашего выступления в актовом зале, снятое кем-то из учеников.

Я ни разу ещё не смотрел выступление со стороны. Звучали мы очень клёво, с этим вопросов не возникало. А вот выглядели при этом как-то нелепо. Нужно работать над движениями на сцене.

— Понял, спасибо, — сказал звукорежиссёр, а затем обратился к нам: — Знаете, ребята, довольно-таки неплохо! Вы мне напоминаете молодых «Ангелов». Помню свою первую сессию записи с ними. Они тогда были такими же талантливыми, с какой-то искрой. Но вот немного неуверенными в себе.

— Что? «Ангелы» тоже записывались в этой студии? — спросил я. Уж эту группу я знаю, недавно ведь пел их песню в клубе.

— Ага, а вы думаете, что их самый первый золотой альбом просто так висит у нас в коридоре? Они записывали его здесь.

— Но зачем им нужно было лететь из Америки аж сюда, чтобы записать альбом? — спросила Лили. — Не проще бы было это сделать дома?

— В те времена цены на запись в американских студиях были заоблачными, ты даже не представляешь себе насколько. А наша студия уже на тот момент зарекомендовала себя, как качественная, но в то же время не такая дорогая по сравнению с американскими. Американским исполнителям было дешевле прилететь в Гонконг, пожить здесь месяцок и записать за это время альбом, чем делать это дома.

— Блин, круто! Мы будем записываться на той же студии, где записывались «Ангелы»…, — сказал мечтательным голосом Шэн.

— А вы ещё поддерживаете контакт с группой со времён той записи? — спросила Фэй.

— Конечно, я так или иначе поддерживаю контакт со всеми артистами, которые записывались у меня. С кем-то больше, с кем-то меньше. Вот с вокалистом «Ангелов» я примерно раз в месяц стабильно общаюсь.

Звукорежиссёр так спокойно об этом говорит, словно это обыденное дело. Общаться с вокалистом одной из самых популярных мировых рок-групп.

— Кстати, «Ангелы» ведь совсем скоро дают концерт в Гонконге, — продолжил Цзин. — Могу их с вами познакомить, если хотите.

— Конечно, хотим! Вы ещё спрашиваете? — усмехнулся Шэн.

— Эх, Цзин, испортил мне весь сюрприз, — Хувэй покачал головой.

— Ты о чём? — удивился звукорежиссёр.

— После сегодняшней записи я хотел сделать ребятам подарок — билеты на ВИП-места на предстоящий концерт «Ангелов».

— Что-о-о? — воскликнули мы хором.

— Ага, уже договорился там с кое-какими людьми, они смогли выделить мне билеты, — сказал менеджер.

— Это же круто! Спасибо, Хувэй! — сказал Шэн. Помнится мне, он первым выражал свои сомнения по поводу нашего менеджера. Сейчас же Шэн просто сиял и смотрел на него с восторгом в глазах.

— Ладно, что-то мы заболтались, — сказал Цзин, посмотрев на часы. — Время-то не резиновое, пора бы уже начать запись. Надеюсь, сегодня успеем записать песню за одну сессию.

— Вы уж постарайтесь, а то придётся дописывать её через месяц, — вставил Хувэй.

— Это точно, — Цзин захохотал. — У меня сейчас время полностью забито.