Седьмая звезда (СИ) - Риз Лаванда - Страница 53

Высвободив одну руку, Илай покрепче прижал к себе спящую девушку, следуя за ней даже во сне. На его спокойном, умиротворенном лице, застыла блаженная улыбка, всё чего он хотел — было уже рядом с ним.

Распахнув глаза, Энн обнаружила над собой упавшую, в звёздных россыпях теплую ночь. Её голова покоилась на груди спящего Илая, рядом томно вздыхало море, и в пряной траве ненавязчиво трещали насекомые. Она даже боялась дышать, чтобы не спугнуть это прекрасное мгновение мироздания.

Автоматически, её взгляд переместился туда, где далёкой, еле заметной точкой, ниже созвездия Змеелова, светился Химер, моментально связывая его с её душой. Импульсивно, её душа послала ему всё своё восхищение и всколыхнувшуюся нежность, а мысли о Зуре, ещё добавили и тоску.

Энн позвала его, как он звал её когда-то. В ответ … пульсирующая тишина внутри, но уже через какую-то минуту её обдало жаром, напоминая ей то состояние, когда он прикасался к ней. И в шуме волн, ей уже слышалось дыхание Зура, а в ночном небе она видела его чёрные глаза, поблескивающие от радости. Она словно сидела в кресле нейроптси, реально ощущая его присутствие. Его странная власть над ней распространялась даже невзирая на время и расстояние, даже на то, что рядом с ней лежал другой человек, которого она тоже по-своему любила. Зур смотрел на неё с далёких небес и шептал: «ты моя, Энн».

Представив перед собой его человеческий облик, она печально улыбнулась ему, посылая воздушный поцелуй. Он уже знал, что она простила, она всегда ему всё прощала, потому что это было выше её сил. А Энн почувствовала, что по-прежнему нужна ему, но расстояние пока будет оставаться для них преградой, Зур пока ничего не собирался менять.

Илай шелохнулся, и видение развеялось. Виновато улыбнувшись, Энн ласково погладила его по щеке, наблюдая, как он просыпается.

— Энн, поцелуй меня, … пожалуйста, — прошептал он. И склонившись над ним, она нежно поцеловала его только в лоб.

— Прости, … не могу. Я же говорила, что не смогу дать тебе счастья, — быстро оправдываясь, прошептала она, — А ты обещал мне быть просто другом.

— Обещал, — растроенно произнес Илай, — А знаешь, в чем ирония судьбы? Когда твой брат Натан доложил в главный департамент, о возможности прекращения войны, там согласились на все его условия, в том числе и моей реабилитированной чести военного, но в спешке они восстановили все данные, даже те, которые свидетельствуют, что ты являешься моей законной женой. Интересно, правда? Мы всё ещё женаты.

— Поразительно! — удивленно, протянула Энн, — Второй раз нас назначили супругами. Какой настойчивый рок, … но даже ему не под силу справиться с …привязанностью к моей семье. Не смотри на меня так! — взмолилась она, поднимаясь на ноги, — Как только я приближаюсь к тебе, я начинаю испытывать жуткое удушье! И как это контролировать, тоже не спрашивай!

— Это нервы, Энн. Тебе необходимо успокоиться и всё станет на свои места. Внезапное изменение твоего образа жизни вызвало у тебя глубокий стресс, … я так думаю, но не мешало бы поговорить об этом с Натаном.

— О, только не нужно вмешивать сюда ещё и моего брата! Я не хочу, чтобы кто-то копался в моём душевном мире! Я против, против, против! — запротестовала Энн, снова сжимаясь в нервный комок, от нахлынувших общих эмоций.

— Он прилетит завтра, вернее уже сегодня. И я не уверен, что Натан не заметит твоего состояния, — в раздумье, покачал головой Илай. — Впереди у нас ещё целая ночь, что будем делать? Заранее предупреждаю, в Сити Клаб я не хочу! Может, поплаваем?

— Идёт! — сорвавшись с места, крикнула Энн, направляясь к воде.

Ласковые морские волны, с состраданием вбирали в себя её мятежные чувства. Вода освобождала её от напряжения и волнения, открывая перед ней могучие и бескрайние просторы, своего подводного мира. Казалось, море чувствовало бушующую стихию, внутри неё, созвучную со стихией бушующих волн во время шторма, поэтому принимало Энн как свою, по-дружески утешая и успокаивая девушку. Плавала Энн долго. Затем, сидя на берегу, утопив стопы в морской пене, вдвоем они встречали рассвет, в молчании, задумчиво глядя в просыпающуюся даль. А потом Илай потащил её в бунгало, пообещав накормить самыми сладкими фруктами.

— Вижу, вы здесь не скучали! — раздался за их спинами веселый голос Натана, заставив их обернуться как по команде.

— Приветствую вас, добросердечные хозяева! — искренне произнес, Илай, улыбаясь в ответ.

— Привет, Натан, — улыбнулась Энн, но тут же в её душе пошло отторжение этой радости, моментально делая её скованной и недружелюбной.

— Здравствуй, Энн! Давно не виделись! — добродушно воскликнула Мирра, — Сестра моего мужа — моя сестра!

— О, … здравствуйте, доктор Мирра, как раз сестры … мне и не хватало, — довольно сдержано выдавила Энн.

— Как обстановка? Химеры выполнили свои обещания? — тут же не выдержав, спросил Илай, напряженно ожидая ответа, потому что от этого витка в истории Империи зависела и его жизнь, и жизнь многих его друзей.

— Вместе со скворанами, они отозвали свой военный флот. Законный правитель Химера вступил в свои права, и такой долгожданный меморандум был подписан, четко оговаривая наши границы. Война окончена! — воодушевленно произнес Натан.

Пальцы Энн непроизвольно сжались, и стеклянный стакан, который она держала, лопнул в её руке, оставляя на осколках кровавый след.

— О, боже, Энн! — тут же забыв о радостной новости, Илай метнулся к ней, отбирая у неё остатки стакана. — Ты порезалась! Нужно остановить кровь.

— Ничего не нужно! — вырывая руку, холодно произнесла Энн, — Извините меня, сейчас мне лучше побыть одной! — с этими словами они вышмыгнула в сад, торопясь к морю.

— Что здесь у вас произошло? — нахмурился Натан, заподозрив ссору между влюбленными.

— Не у нас, …что-то происходит с Энн, — вздохнул Илай. — Она отгородилась от меня, избегает откровенных разговоров, прикосновений, настаивает лишь на дружбе. Иногда я её не узнаю, мне кажется, что у неё началось раздвоение личности. Ни с того ни с сего, её эмоции резко меняются, из спокойного состояния она впадает в гнев, затем в печаль и полное безразличие. Такое впечатление, что она с чем-то борется внутри себя, её что-то гнетет.

— Хорошо, я попробую с ней поговорить. Будем надеяться, что это всего лишь нервный срыв. … Было бы лучше, если бы это был обычный нервный срыв. — Ещё раз задумчиво повторил Натан, испытывающе взглянув на жену. — Давайте устроим семейный обед!

Наплававшись, Энн вернулась через несколько часов, держа свои эмоции под контролем, по крайней мере, ей так казалось.

— Ты как раз вовремя, — мелодично проговорила Мирра, украдкой наблюдая за ней, — Прямо к обеду. Садись, вода отбирает много сил.

— Тебе нравится здесь, Энн? — как бы, между прочим, поинтересовался Натан, изучая её такими же серыми выразительными глазами, напряженно думая о чем-то своём.

— Мне здесь очень нравится, но не нужно притворяться и делать вид, что ничего не произошло, — недовольно заметила она, присаживаясь на свободное место.

— Замечательно, тогда давай будем откровенными. Почему ты так холодно нас встретила? Я чем-то обидел тебя, Энн?

— Ты…, - Энн напряглась, выпрямившись на стуле, — Ты разлучил меня с моей семьей! — бросила она, опустив глаза вниз.

— А я вижу эту ситуацию с другой стороны, — заявил Натан, бросая салфетку на стол, — Мы нашли самый безопасный способ остановить кровопролитие, окончить войну! Было спасено тысячи жизней! И ты, наконец, вернулась в настоящую семью, освободившись от пут преступного и гиблого мира. Я вернул свою сестру в её естественную среду. И этим я страшно доволен!

— А мы этим не довольны! Это была не наша война, жизни имперцев не должны волновать пиратов! Гиблый, как ты сказал, мир навсегда останется в моей душе, как и моя семья! Я не могу дышать вашим воздухом! — в её глазах сверкали неподдельные искры гнева, а голос изменился до неузнаваемости.