Раса значения не имеет (СИ) - Васильева Алиса - Страница 42

Я вспомнила колючую проволоку и двухметровых охранников. Гном прав.

— Но мне кажется, с Гвоздиком что-то случилось, — продолжала настаивать я.

— У меня есть старое удостоверение. С ним пустят, если вести себя убедительно, — Мария снова отложила вязание и посмотрела на меня, — могу провести. Только в удостоверении даты устарели.

— Ну, это без проблем, — понял намек Урфин, — но я с вами не пойду, у меня работа.

— Тебя и не надо, ты гном, а в миграционной службе только люди, — сказала Мария, — как быстро сделаешь?

— Да что там делать? Неси документ.

Все действительно было готово задолго до того, как Тики закончил есть кашу с изюмом.

— Вот, держите, — Урфин вручил мне флейту, а Марии — маленькую красную книжечку. — Опаздываю я из-за ваших выдумок, — ворчал он, одеваясь.

Зараза унесла его тапочки в комнату и аккуратно пристроила под дверью.

— План простой, я представлюсь сотрудником миграционной службы, потребую встречи с Гвоздиком, а ты будешь молчать и везде ходить за мной, — изложила мне Мария.

— Ага, — я почувствовала себя суперагентом, но радости или уверенности мне это не придало, — а когда пойдем?

— Вечером. Нужно, чтобы Гвоздик был в прямой досягаемости, в бараке, а не где-нибудь в поле. Чем меньше времени у охранников на раздумья, тем лучше. Да и эльфа нужно дождаться, Тики-то мы с собой не возьмем. Так что пока расслабься и занимайся своими делами.

Делами я и занялась: перевела деньги кредиторам, приготовила обед и почитала Тики, а вот расслабиться не получилось. Я то и дело дергалась и смотрела на часы. Чтобы успокоиться, даже решила немного поиграть на флейте Одуванчикова. Отличный, кстати, инструмент.

Музыка помогла. Всегда помогает. Когда последняя нужная нота отзвучала, на душе у меня стало совершенно спокойно.

Тики мы с Марией без труда сплавили Ивану, даже не поинтересовавшемуся, куда мы намылились, и около шести вечера сели в такси к «Огуречному Раю».

— Ты молчишь, пока я не разрешу говорить. Избегай прямого зрительного контакта с орками, но и в пол не нужно таращиться, смотри не в глаза, а в точку между бровей, это дестабилизирует оппонента, — наставляла меня Мария.

Она была одета как всегда — в кожаные штаны, черную футболку и длинный кожаный плащ на меху. Охрененно стильно. Хорошо хоть черные очки не надела.

Ночью «Огуречный Рай» выглядел еще впечатляюще, чем днем. Я издалека заметила огромное розовое зарево над фермой.

— Это прожекторы, ну типа подсветка для растений, — ответила на мой удивленный взгляд Мария, — да и за территорией следить удобнее. Некоторые считают, что орки видят в темноте, но это ерунда. Ни черта они без света не видят.

Высадив нас у ворот, таксист поспешил уехать, не дожидаясь очередного заказа. Кому он тут в огурцах нужен?

При виде огромных орков у меня свело живот. Чтобы успевать за быстрой походкой Марии, приходилось почти бежать.

Охранники напряглись. Я тоже.

— Стоп! Частная территория! — громыхнул один из них, но Мария помахала у него перед носом своим удостоверением.

Держала она книжечку почему-то левой рукой.

Учитывая габариты Марии, орки теперь не казались такими уж огромадными. Или дело здесь не в габаритах?

— Миграционная служба. Разыскиваем летнего по фамилии Одуванчиков. Нужно задать ему пару вопросов, — голос Марии звучал уверенно и властно.

Орк, пытающийся разглядеть удостоверение Марии, которое женщина ему в руки не отдала, собрался что-то возразить, но не успел. Мария приставила ему ко лбу пистолет. Вот почему удостоверение было в ее левой руке.

— Пункт 3 статьи 1888 Регламента специального отдела Миграционной службы: «При попытке воспрепятствовать оперативным действиям уполномоченного сотрудника разрешено применение огнестрельного оружия». Мне показалось, или ты препятствуешь моим действиям?

Это прозвучало жутко дико, но я безоговорочно поверила, что Мария выстрелит. Без колебаний и сожалений. И, что гораздо важнее, оба орка тоже в это поверили.

Второй, на которого не был наведен пистолет, поспешно открыл калитку.

— Благодарю. Одуванчикова, пожалуйста, немедленно в отдельное помещение, подходящее для допроса. Просто беседа, специальных мер к нему применять не буду, но не под запись. Так что никаких камер. Я максимум минут на пятнадцать, — отчеканила Мария, заходя на территорию агрохолдинга, — надеюсь, всем понятно, что фиксировать мой визит не следует?

Орки закивали. Один из них бросился куда-то в темноту, а второй жестом пригласил нас следовать за ним.

Надеюсь, Мария знает, что делает, и нас не закопают в ближайшей грядке с огурцами. Хотя, конечно, со стороны орков это было бы глупо. Закапывать надо на дальних грядках.

Нас привели в небольшую комнату без окон, зато со столом и несколькими стульями.

— Пойдет, — кивнула Мария, мельком оглядев обстановку, — где фейк?

— Будет с минуты на минуту, — в комнату вошел еще один орк, чуть поменьше охранников, но тоже впечатляющего телосложения.

По тому, какое облегчение появилось во взгляде орка-охранника, я поняла, что это пришло начальство.

— Могу я тоже взглянуть на ваше удостоверение, полковник? Чистая формальность, — тон этого орка практически ничем не отличался от тона, которым теперь разговаривала Мария.

Ну, типа, вот он — ее эквивалент в оркском варианте.

Мария молча протянула ему документ.

— Вы позволите? — орк забрал книжечку и с минуту внимательно изучал ее.

У меня сердце ушло в пятки. А что, если орк заметит исправления Вандерштутеля? Хотя все вокруг считают, что наш гном рукастый.

— Прекрасно. Рады будем помочь в расследовании, полковник, — видимо, орк все-таки не заметил художеств Урфина, — если не секрет, в чем обвиняется этот Одуванчиков?

Мария не стала лезть в бутылку. Ну, ей виднее. Я-то всю свою силу воли и сообразительность тратила на то, чтобы смотреть орку между бровей.

— Да ни в чем. Он мог видеть фейка, который меня интересует, только и всего. Даст информацию, и забирайте назад.

Вот если бы я не знала, зачем мы на самом деле сюда заявились, то наверняка поверила бы. А Мария, оказывается, та еще актриса. Мысль о том, что она и со мной запросто могла вот так играть, я отогнала. Не сейчас. Сейчас я смотрю в лоб орку.

— Очень хорошо. Будем счастливы оказать любое содействие миграционной службе, — заверил нас он, — располагайтесь.

Глава 32

ГЛАВА 32

Мы остались одни, и я, последовав примеру Марии, с радостью сняла пуховик, в котором уже стало невыносимо жарко.

— Расслабься, тут нет ни камер, ни прослушки, — сказала мне Мария, расстегивая свой плащ.

— Откуда ты знаешь? — я огляделась.

Если верить фильмам, жучки могут быть где угодно.

— Знаю. Если бы я не умела определять такие вещи, уже давно была бы мертва.

Я кисло улыбнулась.

— А ты бы выстрелила в того орка, если бы он стал спорить? — задала я мучающий меня вопрос.

— Конечно. Именно для этого пистолет к голове и приставляют.

Мне очень хотелось верить, что это шутка, но ничего в тоне Марии не намекало на юмор. Мне стало нехорошо. Только появление орка-охранника в компании Гвоздика спасло меня от приступа паники. Вернее, паника по другому поводу вытеснила страх перед новым лицом Марии.

«А что, если Гвоздик сейчас нас раскроет? Мы же для него соседки Мария и Вика, а не сотрудники миграционной службы!» — в ужасе подумала я.

И похолодела, глядя в жизнерадостное и почему-то такое родное лицо Одуванчикова. Одет Гвоздик был в какие-то невзрачные штаны и рубашку, но в целом выглядел довольным.

Вот сейчас он кинется мне на шею, и нам конец. Но фейк не подвел. Он, как и положено среднестатистическому мигранту, изобразил испуг.

— Я ничего не делал! Клянусь, ничего!

О, вот еще один претендент на Оскар. Даже побледнел.

Мария молча кивнула на один из стульев. Пока дрожащий Гвоздик дошел до него, орк уже закрыл дверь, оставив нас втроем.