Найди меня, если сможешь (СИ) - Зареченская Лиса - Страница 91

Не знаю, чем обернется этот поступок, но из комнаты блондина я вылетела быстрее пули. Не видя никого перед собой, неслась в общагу, чтобы запереться на семь засовов. Может, зря отказывалась от помощи Альмана?! Я начала усиленно думать, как намекнуть Раймонду, что меня пора спасать, но поток мыслей остановил едкий запах дыма. Вся наша комната утопала в полупрозрачном синеватом мареве со вкусом приторной карамельки.

Кажется, прежде всего, спасать надо имущество, Эллу, а потом уже себя. Я кинулась к окну, схватила полотенце и начала выгонять клубы дыма, за которым обнаружилась ведьмочка со счастливым видом и парочкой обгоревших прядей. Если я кашляла, как заядлый курильщик, то она смотрела в котелочек с блаженной улыбкой на лице.

– Надышалась, – констатировала я. – Элла, оно же не ядовитое?!

– Оно чудесное!

– Понятно! – тяжело вздохнула и тут же закашлялась, присаживая на краешек кровати. – Нам нужен огнетушитель.

– О нет, свадебные платья!

Бредит. Если б только это! Элла выскребла половником желеобразную массу, оставшуюся на самом дне, и начала подносить к своему лицу. Ее ничуть не смущала полуживая субстанция, вяло булькающая прямо у нее под носом. Благо, у меня была молниеносная реакция: одним резким движением перехватила руку соседки не дав совершить роковую ошибку.

– Ты что задумала?

– Это крем из гиперума! Он сделает нас вечными красотками, у меня бабка такой отвар делала, выглядела на двадцать в восемьдесят!

– Не знаю, как твоя бабка, но мне кажется, в случае с этой жижей, эффект будет обратным! – я пыталась вырвать половник из рук Эллы, но та не желала расставаться с мазью. – Ты уверена, что эта смесь должна булькать и лопаться при соприкосновении с воздухом?!

Элла была посильнее, к тому же одержима идеей стать первой красавицей,  но мне удалось обманным путем вывернуть ее руку. Половник плюхнулся на пол, ударившись о кромку стула и оставив синий комочек жижи на поверхности. Ведьмочка топнула ногой, приготовившись ругаться, как дверь в комнату отворилась, и в проходе сначала возник огромный букет белых лилий, а за ними появился ягодичный смутитель девичьих взоров  Валор Егер при параде, то бишь в своих самых обтягивающих лосинах.

– Девчонки, что случилось?

Элла побежала плакать в ванную комнату, а Егер протянул букет мне со словами:

– Это от нашей компании с искренними поздравлениями! Победа факультета целиком и полностью твоя заслуга, и поговаривают, из-за тебя Альман не стал нас сильно ругать! В общем, Софи, для меня ты самая крутая! – Валор заметил, что на моих глазах проступили слезы и поспешил обнять. – Перестань, Софи, а то я тоже заплачу, а мужчинам это не к лицу! Лучше иди цветы в воду поставь, они обычные…

– Да ничего, это даже хорошо, что обычные.

Этого мне и не хватало в жизни в последнее время, все было уж слишком оригинальным. Впрочем, как и этот вечер. Я отошла всего на минуту набрать воды, а когда вернулась, обнаружила Валора, садящегося на стул прямо в эту кучку, окрасившуюся, как хамелеон, в цвет мебели.

– Егер, кажется, тебе светит стирка, – заметила я, ставя цветы в вазу. – Ты сел на нашу жижу.

– Это крем! – донеслось из ванной.

– Это клей! – крикнул Велор, встав со стула вместе с последним.  Мы переглянулись и нервно засмеялись. – Софи, может, застираем? Пожалуйста, я в чем-то должен вернуться в общагу!

Я была настоящим другом, поэтому не могла бросить парня в таком положении! Но когда я соглашалась на помощь, предположить не могла, как сильно пострадает психика. Только представьте, чего стоило извлечь долговязого Егера из суперобтягивающих лосин, приклеенных к стулу. Я такие виды вблизи видела, что словами не описать! Зря Элла плакала в ванной, пропустила все самое интересное! Двадцать минут выдирала Егера из штанин, еще двадцать отдирала их от стула с помощью нескольких растворителей, изредка поглядывая на парня в полосатых обтягивающих трусах неонового цвета.

– Егер, ты мой должник, – сказала я Валору, сидящему на кровати и болтающему ногами.

– Как и всегда! Ты просто чудо, Софи! – крикнул он так громко, что я не сразу услышала стук в дверь. – О, ребята, наверное, пришли с тортиком! Заходите!

Они и зашли, точнее не они… Картина Репина «Приплыли» очень точно отражает всю ситуацию. В роли обнаженной особы – Велор Егер, в роли нежданных гостей ­– Раймонд Альман, прачка и потенциальная жертва на экзекуцию – София Завьялова. Лосины упали из рук. У куратора перекосило лицо, стоило тому всего лишь на миг глянуть на моего друга в трусах.

– Здравствуйте, профессор, – как ни в чем ни бывало, произнес Егер, Альман не ответил. – Я сейчас все объясню, все на самом деле просто.

Я все-таки осмелилась поднять взгляд, и замерла на месте, потому что еще никогда не видела столько решимости в синих глазах. До этого момента Раймонд был максимально добр ко мне, жалел, играл, но как с глупышкой, многое прощал, а сейчас этот мужчина изменил свое отношение окончательно. По одному лишь взгляду, обращенному на букет свежесрезанных лилий, стоявших на оборванных синих лепестках магических орхидей, можно определить степень бешенства. Абсолютная. И чем дольше всматривалась в почерневшие глаза, тем становилось хуже. Так это он прислал?! Мама! Почему мне не пришло это в голову?! Слишком нереальным казался такой подарок…

– Профессор, – начала я, сглотнув.

– Я не хочу знать, что тут происходит. Чтобы завтра ваша объяснительная была у меня на столе за все, повторяю, за все случаи. Если хоть одно объяснение меня не устроит…

Что-то мне подсказывает, так оно и будет. Помятый букет как оскорбление, а голые ляжки Егера даже мне забыть будет трудно.

– То меня ждёт выговор? – скрепя сердце произнесла я.

– Что вы, это слишком бесчестно с моей стороны, ставить такое условие, – я удивилась, но взгляд Альмана не сулил ничего хорошего. –– В противном случае, кера Софи, вы будете работать моей помощницей. Каждый день по четыре часа после занятий с окладом в два золотых в месяц.

Меня словно ударили под дых. Альман не стал наслаждаться нанесенным ударом и сразу вышел.

– Мировой преподаватель! – заявил Егер, пока я сползала по стеночке. – Отличное предложение, ты, похоже, в любимчиках у Альмана.

Как бы не так, Валор явно не понимал эту жизнь или был чересчур позитивным. Это наказание было хуже выговора, потому что... ограничивало мою свободу. Четыре часа после пар означали отказ от встреч с Латосом, невозможность заниматься с ребятами и тем более придумывать планы по поиску документов о землянках. Альман обрубит мне больше, чем планировал. Не сомневаюсь, это заманчивое предложение имело своей целью установить полный контроль за моей жизнью...

Торт в горло не лез, синие цветы напоминали глаза Альмана, а сильный запах лилий вызывал головную боль. Уже ночью, когда Элла спала, я черкала листы бумаги один за другим от бессилья. Казалось, что шансов уже нет, никакое объяснение не заставит Раймонда вернуть мне свободу. Не знаю, почему, но решила попробовать и написала подробно о ситуации с лосинами, поблагодарила за цветы, попросила понять, но получила лаконичное: «все объяснения завтра, кера Софи». Он даже не прочел ни строчки, и я взвыла, представляя осуждающий взгляд: «Я в вас ошибся? Вы совсем не благоразумны, теперь будете слушаться меня».

Чтобы я не написала, как бы правдоподобно все ни звучало, Альман не поверит до конца, не упустит возможность проучить и подчинить. Как-то он сказал, что злость является моей движущей силой, и вот теперь мне не ничего не осталось как податься ей. Рука сама выводила слова с легкостью, которой никогда раньше не было…

– Не прогуливаешь? – посмеялась Амо, задевая плечом при входе в аудиторию.

– Сегодня очередная проверочная работа, по одному за парту, уважаемые керы! – скомандовал Альман. – Билеты у меня на столе!

– Опять… Сколько можно? – капризничал Понт, перемещаясь на ярус выше.