Треск Цепей III: Расправив крылья (СИ) - Тихий Даниил - Страница 40

— Ребята нашли меня на склоне Одинокого клыка после падения подгорной твердыни. Я не помню, как там оказалась. Вокруг было много раненных и оглушённых людей. Масса беженцев: горцы, Русы, зверолюди… все кто не был в центральных ярусах во время рождения чёрного принца.

Я нахмурился:

— Рождение принца?

Я видел взрыв и даже испытал его последствия на собственной шкуре. Чувствовал магический фон и знал, что внутри горы случилось что-то ужасное. Хотя… куда там ещё ужаснее. Кровавый дождь, льющий с верхних ярусов и мостов, заваленных трупами. Эхо агонии целого города. Слуги демона, собирающие человеческую плоть, осквернённые зверолюды и армия мёртвых пришедшая снизу.

За жрицу мне ответила Анника:

— Мы все видели его рождение. Видение, сон, называй как хочешь. Он родился в крови затопившей ступени Ирдиса. Чёрный как ночь и голодный. Это его первый крик сотряс подгорный город до самой вершины.

Кудесник Рокта, бледный и ждущий, когда жрица восстановит свои силы для исцеления, тоже сидел с нами, хотя по старику было видно, что кусок ему в глотку не лезет. Он не притронулся к еде и только много пил, казалось бы, безучастный к нашему разговору.

Но при словах воительницы колдун оживился и проскрипел:

— Демоническое отродье! Не удивлюсь если всё затевалось для кровопролития. Чудищу нужна была не победа в битве, а энергия, которую он черпает из эмоций разумных.

Жрица кивнула:

— И её ему дали вдоволь.

Кудесник фыркнул:

— Будь старая империя жива, жречество и серые плащи императора никогда бы не дали подобному гнойнику разрастись. Наместник был слеп и слишком полагался на своих воинов.

Анника, уже скребущая ложкой по опустевшей миске, покачала головой:

— Укрепления и воины это всё на что он мог полагаться. Он воин и действовал как воин, глупо его порицать за это. Смотреть в темноту не его задача.

Рокта поднял голову и нахмурился:

— Намекаешь, что круг чудес виноват в произошедшем?

Воительница устало взглянула ему прямо в глаза:

— Говорю прямо, что не стоит искать виноватых. Ни среди горцев, не среди круга чудес. Мы все прозевали беду у нас прямо под носом.

Слушая эту тихую перепалку, я всё ещё ждал ответа на свой вопрос. И жрица, в конечном итоге, удовлетворила моё любопытство:

— Выжившие разбились на группы. Мы присоединились к одной из таких групп и вызвались проверить это поселение. Теперь здесь безопасно, сюда можно привести остальных.

Анника встала и полив воды вымыла свою миску, в конце вытерев ту сухой тряпицей:

— Сменю Гиллерта, ему нужно поесть и заодно решить, когда мы двинемся в обратный путь.

Воительница ушла, спустилась вниз по приставной лестнице тихонько позвякивая своими доспехами. Мы просидели, думая каждый о своём несколько минут, а затем Рокта нарушил тишину. Всё такой же бледный, с выступившим на лице каплями пота, он приложился к кружке с отваром и сказал:

— Я еле хожу. Гиллерту придётся подождать, пока жрица в ежедневных медитациях восстановит свои чудеса.

— Не придётся.

Горец уже поднимался. Могучий воин шаркнул плечами узкий лаз за моей спиной и ступил на верхнюю площадку.

— Я уже принял решение. Нам незачем уходить, если всё равно придётся возвращаться.

Горец сел на лавку, протянул руки к жаровне вокруг которой мы сидели и потёр озябшие ладони друг о друга:

— Мы с Грачом уйдём с рассветом, а вы отдыхайте. У тебя, старый пень, хватит сил чтобы зажарить десяток чудовищ. Вместе с Анникой вы сумеете защитить жрицу.

Соня подала ему миску, он с благодарностью её принял, но есть повременил. Повернувшись, горец взглянул мне в глаза и сказал:

— Но для начала ты должен рассказать, как сумел выбраться. Соня сказала, что тебя ударил призванный демон, огромной булавой, в которой словно в клетке билась огненная птица. Это правда?

За моей спиной звякнул доспех…

Почувствовав на своём затылке взгляд, я вдруг понял, что Анника никуда не ушла. По спине пробежал вал мурашек. Горец слишком близко, с мечом не развернуться, не достать из ножен. Его короткие топоры или массивные руки достанут меня прежде, чем я успею рыпнуться.

Тяжёлая струна опасности натянулась в воздухе, дрожа от напряжения.

Рокта сидит на противоположной стороне, за жаровней, ударит заклинанием прежде, чем я достану его. Взгляд внимательный, кружка исчезла из руки, вторую положил на посох. Соня ушла куда-то к Аннике, я не стал оборачиваться чтобы узнать куда именно. Это не важно, важно другое — группа прижала меня к стенке, а я понял это в последний момент.

«Анника… спускалась, нарочно звеня доспехами, а поднялась обратно бесшумно…»

— Ну?!

Гиллерт терял терпение. Я знал, что произойдёт дальше. Никто не будет шутить. Если я не отвечу, горец швырнёт мне в лицо свою горячую миску, а потом меня просто убьют.

— Я расскажу всё как есть, но в это будет тяжело поверить.

Интуиция меня не подвела. Анника стояла где-то за моим левым плечом. В её голосе звенел металл:

— Ты уж постарайся.

Я сидел прямо, руки лежат поверх меча, сам клинок в ножнах — на коленях. В такой ситуации лучше не давать поводов к драке и потому я решил не лукавить:

— Рогатая тварь и в самом деле достала меня. Переломала все кости и отшвырнула в грязь, под стену туннеля.

Не дожидаясь продолжения, со мной заговорила Соня. Голос девчонки, с которой мы прошли столь много тягот, не был обременён эмоциями. Иногда я забывал, что Соня только с виду тоненькая девушка. Она жрица Енны, и это делает её не менее опасной чем ту же Аннику.

— Переломы и ожоги… чтобы выжить тебе нужно было использовать сильное чудо исцеления или не менее сильный артефакт. Целителей в подгорном городе всегда было мало, а уж способных восстанавливать такие раны и подавно. Кто помог тебе?

Значит подозревают… и правильно делают.

— Зверолюды из дома Мягкой лапы вынесли меня из того туннеля ещё до того, как он был обрушен.

Взгляд Гиллерта сделался стальным, а голос завибрировал:

— Дом Мягкой лапы приютил скверну. Это все знают. Любой другой на твоём месте умолчал бы о такой связи.

Я хмыкнул и пожал плечами:

— Какой смысл врать? Мы с Соней нашли способ снять с меня чёртову печать, но это лишь раззадорило интерес Чёрного принца. Он хотел обладать мной, сделать из меня своего слугу.

Кудесник прервал меня своим скрипучим голосом:

— У него вышло?

Я снова улыбнулся:

— Частично.

Холодное лезвие появилось справа, тонкое и острое оно соскребло щетину с моей шеи и упёрлось под челюсть, заставляя задрать голову. Анника, удерживая рапиру одной рукой, прорычала:

— В подгорном городе погибло много наших друзей. Этот разговор не повод для улыбок! Отвечай на вопрос!

Мало кому понравится, когда в него тыкают острым клинком. Мне вот тоже не понравилось. Злость закипела где-то внутри чёрным кипятком, но не прорвалась наружу. Внешне я остался невозмутим:

— Я отвечаю на ваши вопросы одну лишь правду. Я умирал, меня вытащили незадолго до обрушения, и чёрный принц явился мне в облике мастера ключей Мара.

Соня не смогла удержать удивлённый возглас:

— Мар? Но как!

Я грустно улыбнулся:

— Как и все прочие, он пошёл на сделку. Он умирал в храме восьмерых, брошенный аспектом силы, южанином, что похитил тебя, а затем обернулся чудовищем. Чёрный принц помог коту спасти тебя, а взамен забрал его тело. Думаю, по той же причине ты выжила в подгорном городе. Возможно, демон обещал не вредить тебе.

Соня подошла ближе, появилась в поле моего зрения и положив руку на лезвие, тихонько отвела его в сторону, одновременно обращаясь к Аннике:

— Пусть говорит свободно, в нём нет тьмы, я знаю.

— Но…

— Я не запрещаю вам спрашивать, но рубить с плеча не нужно, давайте дослушаем.

Анника фыркнула и отступила. Всё же репутация у жрицы была на высоте. К её мнению прислушивались.

Пожав плечами, я продолжил рассказ: