Мой любимый граф (СИ) - Ветрова Ася - Страница 32

Было вначале страшновато, когда проходили сквозь толпу под перекрёстным огнем. Мы пропустили момент встречи гостей на лестнице, потому что приехали раньше. Поэтому дождались, когда почти все соберутся в бальном зале, чтобы спуститься вниз, оставив Лиззи под присмотром Греты в детской комнате. Там были девочки примерно её возраста. Я боялась, что её могут обидеть, поэтому мы с ней предварительно поговорили о том, что и как следует делать и как себя вести. Я зашла к ней перед поездкой.

– Послушай, милая! Ты же знаешь, как ты мне дорога? Как сильно тебя любит отец?

– Да, мамочка, – Лиззи упорно называла меня мамой. Меня это смущало, но я старалась относиться к этому, как к должному.

– Главное, чтобы ты об этом помнила всегда. Дверь в свой дом закроем, весь мир остаётся снаружи, а мы в доме. Ты понимаешь, что я хочу донести до тебя?

– Мы семья, – гордо ответила девочка.

– Ты умничка. Запомни, как ты себя воспринимаешь, такой воспримут тебя и окружающие. Ты должна верить тому, что говорят тебе в семье. Ты самая умная, самая красивая и самая смелая девочка, в моих глазах точно. В папиных глазах просто сокровище. Ты в этом обществе занимаешь высокое положение и не должна ни перед кем склонять голову. Твоя хорошенькая умная голова должна быть высоко поднята. Почитай старших, относись с уважением к своим сверстникам, помогай малышам. Никогда не зазнавайся. С прислугой и обычными людьми веди себя корректно. То есть, не унижай их, но и не давай себя обманывать. Есть такое слово, как субординация. Это правила поведения. К тебе должны тоже относиться с почтением. У тебя должно быть своё мнение. Ты не должна идти на поводу чужих амбиций или желаний. Послушай, Лиззи, я понимаю, что ты мала для многих вещей, что я сейчас наговорила, но уверена, что со временем все поймёшь.

– Что-то случилось? – с тревогой посмотрела мне в глаза девочка. Я обняла её, крепко прижимая к себе. Не могла же я ей сказать, что сама тоже боюсь. Каждый раз до ужаса.

– Нет, моя хорошая. Просто я боюсь, что тебя могут обидеть.

– Не надо переживать. Я уже взрослая и могу за себя постоять, – храбро заявила мелкая.

– Ты молодец. Я даже не сомневаюсь в этом. Помни, что мы есть у тебя. Хорошо?

– Я люблю тебя, мама, – эти простые слова починили мне боль. Я всегда мечтала сказать это своей маме. Но, почему-то так и не сказала ей.

– Я тебя тоже, дорогая. Очень люблю, – поцеловала девочку в макушку.

Бал открыли виновники торжества после того, как объявили помолвку. Я уже не так остро реагировала на Пенелопу. Она была увлечена женихом. И слава Богу! Но меня она окатила презрением. Ну и на здоровье!

Одной проблемой меньше. Леди Сомерсет пыталась меня заарканить, чтобы, взяв в плен, допросить с пристрастием. Но меня спас мой герой. Генри утащил меня на танец. Когда не танцевала, сидела по другую руку от леди Алисии, подальше от Шерлока Холмса в юбке. Пришлось также приветствовать Артура с невестой. Эта девушка упорно напоминала мне дохлую рыбу. Или слишком высокомерна, или больна. Не может человек быть таким безэмоциональным. Мне стало искренне жаль Артура. А потом и вовсе всё равно. Сам не ангел. Его привязанность к компаньонке своей невесты была очевидна для внимательных глаз.

Несколько часов утомили меня безмерно. Часть гостей рассосалась по комнатам для отдыха. Музыка не умолкала и била по вискам. Вот чего мне не хватало, так это таблеток. С этим здесь был напряг. Сказав на ушко леди Грант, что поднимусь наверх, постаралась ретироваться так, чтобы меня не заметили.

Второй этаж тускло освещался единичными свечами.

Сюда с трудом доносился шум с первого этажа. Прежде, чем зайти в свою комнату, отправилась посмотреть, чем занимается Лиззи.

Заходить не стала. Девочки во что-то играли, и я не стала к ним лезть. Когда возвращалась, послышались шаги и тихий разговор. Кто-то поднимался на третий этаж.

Я бы не обратила внимания, если бы это не была невеста Артура с мужчиной. И это был точно не граф Карневан.

Даже тогда решила не лезть не в своё дело, но, когда я готова была покинуть лестничную площадку, услышала глухой удар и стон.

Мысль, что девушка пострадает, и что я просто не успеваю кого-нибудь позвать, заставила взбежать по лестнице. И мне жутко повезло, что ступеньки были покрыты толстым ковром и не скрипели, а обувь на ногах была мягкой.

Сначала я ничего не увидела. Я боялась подняться в полный рост и выдать себя. Белый цвет одежды очень хорошо виден даже в темноте. Поэтому слилась со стеной и осторожно выглянула из-за угла.

Холодная рыбина стояла на коленях и смачно отсасывала мужчине. Меня словно пыльным мешком по голове стукнули. Во рту стало кисло и голова разболелась сильнее.

– Хватит твоих слюней. Хочу трахнуть тебя, девочка, – тихо произнес сухой грубоватый голос.

– Я должна выйти замуж, – откашлялась девушка.

– Мне и не нужна твоя девственная печать. Мне достаточно, что я сорвал вторую, запретную, – хмыкнул мужчина. Он схватил девушку за руку и открыл ближайшую дверь.

Через несколько секунд раздался негромкий вскрик и глухое рычание.

Не знаю, что не давало мне уйти. Неприятно было слышать звуки пошлых шлепков и тонкий скулёж девушки. Меня мало волновало то, что она обманывает мужчину. Артур был не дурак. И не думаю, что он не следил за своей будущей женой. Только чего он выжидал? И почему сейчас её не ищет?

Я быстро прошла в глубь коридора и спряталась за статуей. Стоило выждать. Вряд ли их свидание продлится долго. Шестое чувство подсказывало – неспроста всё это.

Дверь открылась внезапно. Я только сейчас сообразила, что возня прекратилась минуту назад.

– Как я спущусь в таком виде? – капризно произнесла девушка, расправляя платье, хватаясь за волосы.

– Обычный вид. Затраханный, – глумливо хмыкнул партнёр. – Пойди в свою комнату. Скажешь, что голова разболелась. Позже спустишься. Скажи спасибо, что я не в тебя спустил. Если я упущу девицу, ты пожалеешь.

– Как её выведу отсюда? Мы с ней не дружны, она не пойдёт со мной.

– Они привезли дочь. Если скажешь, что девочка вышла в сад, она пойдёт с тобой. Если не выгорит, напросись к ним в гости. Послушай, милая. Я не играю с тобой. Она единственная, кто ещё остался из возможных наследников. Ты не в счёт. Если будешь делать так, как говорю, станешь королевой. Поняла?

– Да. Я сделаю всё, что в моих силах.

– Постарайся. Это тоже принадлежит мне, запомни. Этот хлыщ никогда не получит то, что я считаю своим.

Мужчина грубо схватил девушку за промежность. Резко отпустил и растворился. Леди Кент постояла немного изваянием себе самой, словно прислушиваясь, и спустилась вниз.

Пошла и я следом. Девица зашла в одну из комнат. Ещё раз убедилась, что Лиззи ничего не угрожает. Мадам Фаррелл была в комнате. Значит, леди Кент попробует блефовать. Посмотрим.

Глава 34. "Благородные" похитители

Маша

Мне пришлось зайти в комнату, выделенную нам. Отлично. Хоть умоюсь. Лицо горело. Я не стыдилась, что подсматривала и подслушивала. Что мне оставалось? Как бы я Генри ни любила, даже став графиней, не являюсь частью этого общества. И вряд ли, стану. У меня здесь больше врагов, чем друзей, что естественно. А любопытствующих соглядатаев ещё больше.

Трогать сами не будут. Но это и не нужно, если только умело заведут разговор о нравственных устоях и бедных предках, которым спокойно в гробу не спится из-за безответственных потомков, что не чтят свой род и наследие. Затем натравят более недалёких и злобных шавок, что как рыбки-прилипалы являются паразитами, кормящимися остатками со стола хитрых интриганов крупного масштаба.

Те и рады стараться, лишь бы кусок пожирнее словить. А заводилы изобразят маску святой невинности: «Как можно? Да разве так поступают? Бедное дитя! Вот что значит не соблюдать традиции. Ничего бы не случилось, квакай вы и дальше в нашем болоте. Мокро, грязно, воняет. Но, как говорится, своё дерьмо не пахнет»