Драконов больше нет. Дилогия (СИ) - Ветрова Ветка - Страница 4

Вспомнить о том, как я, девушка благородных кровей, дочь знатных мудрецов учёных превратилась в бродягу без надежды на счастье, мне помешал залихватский разбойничий свист. Я как раз дотопала до центральной площади Странполя. Следует сказать, что площадью это место называлось весьма условно. Как таковые улицы в городишке отсутствовали. Кособокие хибары жителей были разбросаны вокруг главной дороги, соединяющей наше государство со степью, без всякого плана, словно бородавки на теле древнего старца. Узкие улочки петляли змеями, неудержимо расползающимися в разные стороны. И лишь здесь, в центре городка, где красовалась наша знаменитая, никогда не высыхающая канава имелось немного вынужденного простора. Впрочем, странпольцы здраво решили свободными территориями за так не разбрасываться, поэтому устроили здесь ещё одну достопримечательность — городскую свалку. Горы мусора с каждым днём становились всё величественнее и непреодолимее. Среди нечистот, гнили и хлама жили крысы, а порой и залётные бродяги. Это местечко считалось наиболее опасным в Странполе, хотя совсем уж неопасное место тут вряд ли могло сыскаться. Я покрепче сжала рукоятку ножа, пряча руки под плащом. Схватка с любителями лёгкой наживы в мои планы не входила, но выбирать не приходилось. С сожалением подумала о крепостных стенах: зря не повернула к ним сразу от трактира, сейчас бы была уже на свободе, хотя возможно и с переломанными ногами. Высокая тёмная фигура, высунувшаяся из-за стены мусора, показалась знакомой. Через минуту к длинному костлявому парню присоединились ещё двое. Мелкий, словно ребёнок, горбун и толстяк, подпрыгивающий при ходьбе, словно мячик. Свой вздох облегчения даже не заметила. Троицу я знала, но это не означало, что они захотят отказаться от лёгкой добычи.

— Чего тебе надо, Раш? — рявкнула грозно, стараясь не сильно дрожать коленками. Длинный даже не пошевелился, лишь еле заметно пожал худыми плечами. Его грязные патлы серыми сосульками свисали до плеч, одна прядь закрывала правый, выбитый в драке глаз. На добротной с виду одежде виднелась пара дырок в районе груди. Думается мне, что нынче в мусоре появился новый, голенький, словно новорождённый младенчик, покойник. Впрочем, дела этой поганой шайки меня мало касались. Меньше знаешь — дольше живёшь! В Странполе этот негласный закон чтили свято. А кто не чтил, те скоро отправлялись плавать в канаву с распоротым брюхом. Ответил мне крошка Атик.

— Расслабься, Верна. Мы же свои люди, — сладко пропел он писклявым голосом. — Договоримся.

— Получишь удовольствие, — тупо гоготнул толстяк Тирол.

Я не стала ждать удовольствий, а просто достала нож. Лезвие сверкнуло в свете луны, будто предвкушая кровавый пир. На мгновение замерла, вспоминая уроки Лордина, потом скользнула вперёд, и тут же, не глядя, нанесла удар. Поросячий визг подтвердил моё предположение о том, что лысому Тиролу теперь будет чем заняться на досуге. Узнавать, как он себя чувствует, конечно, не стала. Не раздумывая, тенью метнулась вперёд, очень рассчитывая на свои быстрые ноги. Странно, кстати, что эти козлы меня не окружили. Или надеялись, будто увидев таких жутких красавчиков, я тут же намочу штаны и дурно пахнущей тряпкой свалюсь к их ногам. Не повезло ребяткам. Уж со мной это точно не тот случай. Страх из меня давно вытеснила ненависть. Бежать с тяжёлым заплечным мешком и сумкой у бедра было не очень-то и весело. Но расслабляться я точно не собиралась. Расшвыривая мусор, и напрочь игнорируя возмущённый писк его хозяек крыс, я неслась, как угорелая, к городским воротам, которые никогда не запирались и были скорее украшением, хотя и весьма покорёженным. Единственный городской фонарь, словно маяк, указывал мне путь. Атик выскочил передо мной, как хорёк из норки. И как только успел меня обогнать на своих кривых коротких ножках?

— Дура! Мы же только поговорить хотели по-доброму. А ты сразу, как змея бросаться начала. — Вся его сладость мигом испарилась.

— Знаю я вашу доброту, — зашипела я в ответ, пытаясь соответствовать приписанному им мне облику. Отступать было некуда — за спиной безмолвным призраком стоял Раш. Только скулящий, как побитый пёс, Тирол больше не торопился присоединяться к компании. Оставаясь в отдалении, толстяк зажимал окровавленный бок рукой и сквозь зубы сыпал проклятьями, но на незамедлительной расправе почему-то не настаивал. Я, было, дёрнулась продолжить свой путь, но горбун почти умоляюще выпучил круглые, как вишни, глазки.

— Не дури, никто тебя не тронет. Жить, знаешь ли, пока не надоело. В Странполе каждая собака знает, что за тебя Лордин вырежет всех до одного и в братской могиле самолично похоронит.

Я озадачено остановилась.

— Действительно, что ли, поговорить хотели?

— Ну да, — словно болванчик закивал круглой, как тыква, головой Атик. — У нас тут вопросик имеется. А, правда, что…

Дослушивать я не стала.

— Правда, — обронила равнодушно, пряча упрямо сползающую на нос шапку старика Ждана в мешок. Устала с дураками спорить. Раз им так хочется верить, что я убью того, кто однажды спас мне жизнь, так пусть верят.

— Тогда тебе это пригодится, — глухо пробубнил Раш и бросил к моим ногам ещё один тюк.

Развернув кусок грязной тряпки, я обнаружила почти новенький арбалет с тремя стрелами, пояс с метательными звёздами, которые кажется называются сюрикенами, и кинжал, на рукоятке которого было начертано «Зуб дракона». Невольно хмыкнула:

— Ну, прям наследство.

Уточнять, откуда взялось у бандитов такое богатство, не стала. Ясное дело, уж точно не за деньги куплено.

— Стрелы отравлены, — деловито пояснил Атик. — Достаточно будет лишь лёгкой царапины.

Для кого-то может и достаточно, только кот стрелы на лету ловит, да и с кинжалом к себе близко не подпустит. Но от подарка отказываться глупо. Такое добро в дороге очень даже пригодиться может. Особенно если дорога твоя лежит в никуда. Где и чем она закончиться, никакому магу не отгадать. Да уж, проводы мне устроили славные. Подозреваю, что всё Странполе замерло в ожидании кончины моего любимого. Не удивлюсь, если и пьяньчуги стражники у ворот благословлять бросятся, словно на ратный подвиг отправляя. О моей ненависти они все знают, вот только про любовь запамятовали. Мне его убить то же самое, что себе нож в сердце вогнать. И если решусь я этой дорогой пойти, знаю — закончится она и моей могилой.

— Куда намылилась? — хмуро спросил Раш, наблюдая, как их подарки следом за шапкой отправляются в мешок.

— В степь, — пожала я плечами, давая понять, что идти мне, вообще-то, больше и некуда.

— Лёгкой смерти ищешь? — удивился Раш и даже призрачность свою растерял. — Степняки все поголовно заклинатели. Они за кота тебя на куски порвут.

Ну вот, а я-то и не подумала, что Лордин меня у них мигом сыщет. Отдадут ему упакованной, ещё и ленточкой перевяжут. Конечно, степняки в основном лошадники, но вряд ли станут от кота меня укрывать. Скорее всего, они его тоже боятся.

— Живы будем — не помрём, — небрежно отмахнулась я от предупреждения, решив про себя, что в степь я теперь ни ногой.

Махнув рукой на прощание, поторопилась к воротам, заметив, как скоро луна стала прятаться за тучами. Проходя мимо скулящего Тирола, виновато шепнула: