Пустой азарт (СИ) - Каминский Иван - Страница 36

Грэй был первым из мальчиков, сделавший то, что нужно было сделать.

А Нюня повторил…

Жажда, голод, темнота сводили всех с ума…

И вдруг на дно упал канат.

— Поднимайтесь! Пора поесть! — послышался сверху издевательский хохот.

Нюня был ближе всех к канату. Он первый полез наверх. Грэй был последним.

— Так, это четвертый и последний!

— Всего четыре? Это поколение очень скудное.

— Отец будет недоволен… Мы слишком надолго их здесь оставили.

— Мы оставили их здесь настолько, насколько нужно было. Какие они по счету?

— Я не уверен… Двухсотые? Пусть Старшие считают, наше дело простое…

***

Траектория движения северянина пересекалась с траекторией движения Харальда Рагнарсона, который пережил уже пятую атаку Умариила и кому было вполне по силам использовать меч высшего паладина.

Мог ли он специально двигаться к нему?

Изучив душу северянина более внимательно, Умариил заметил, что тот использует похожие магические формулы, улучшающие восприятие, что и ангел. Он также сканировал область вокруг себя, в меньшем масштабе, но по одинаковому принципу.

— …был моим лучшим соперником… Наши с тобой битвы, по сути, создали меня…

***

— Двести восемь! Ноль-один, Ноль-четыре! На изготовку! — прозвучал требовательный голос старшего брата.

Ноль-четыре запрыгнул на арену, состоящую из воткнутых в землю высоких бревен. Бревна находились друг от друга на расстоянии одного шага. Бои на таких аренах тренировали в братьях чувство равновесия и контроль над каждым своим движением.

Напротив Ноль-четыре уже стоял Ноль-один.

— Начали!

Ноль-четыре планировал медленно, но осторожно приближаться к своему противнику, но тот решил действовать иначе. Широкими прыжками Ноль-один в пару мгновений преодолел расстояние между ними и попытался ударить ногой в полете. Ноль-четыре в последний момент прыгнул навстречу и поймал ногу своего брата. Далее с разворотом попытался выбросить его за пределы арены, но Ноль-один так же крепко вцепился в него. И оба они упали на землю.

Ноль-четыре оказался сверху при падении, а потому пострадал меньше. Ноль-один, кажется, упал спиной на камень и сломал позвоночник, но все еще оставался в сознании.

Ноль-четыре встал и пошел к остальным братьям.

— Ты куда? Бой продолжается до тех пор, пока вы оба живы! — рявкнул старший брат.

Ноль-четыре развернулся, присел рядом с братом и положил на его голову руки.

Он заглянул в его глаза — пустые и бездонные, как и у всех здесь. Но что-то в них угадывалось — образ испуганного мальчика, хотевшего к нему в объятья.

Хруст.

Его все равно подлатают. Никому здесь не дадут умереть так просто.

***

Северянина требовалось устранить немедленно!

Но Умариилу хотелось дослушать. Его слова создавали в его сознании неописуемую реакцию — обрывки чьих-то эмоций и воспоминаний.

— …борись! У тебя уже получилось однажды! Вспомни ту девчонку…

***

— Грэй, это ведь ты? Это же я — Марго! — внезапно закричала его цель.

Что за бред она несет?

Его цель, Маргарита Веланте, была наследницей знатного рода Волбании и открытой противницей политики Короля. Цель требовалось убить, расчленить и разослать части ее тела остальной оппозиции.

Ноль-четыре напал на нее посреди тракта, когда она в окружении эскорта отправлялась в свою летнюю резиденцию. Перебив всю свиту и охрану, он планировал заняться ею.

— Грэй, прошу, вспомни меня!

В таких случаях обычно жертвы начинали молить о пощаде. Но какой был смысл в этих словах?

В нем проснулось непонятное любопытство.

— О чем ты говоришь? — решив, что у него еще много времени, спросил Ноль-четыре.

— Я Марго! Мы выросли вместе и были помолвлены нашими родителями! — Сказав это, она подошла и обняла его. — Мы так долго искали тебя. Все следы обрывались в Паленсии.

Она была безоружна, поэтому Ноль-четыре не сопротивлялся…

«Стоп! Почему она до сих пор жива? Нужно сейчас же убить ее!» — подумал Ноль-четыре, но тело его не слушалось. Слова этой девушки смутили его рассудок.

— Кем же ты стал… — Марго заплакала, вжавшись в его плечо.

В сознании Ноль-четыре появился образ маленькой девочки, которую он точно так же обнимал. Образ вечно ноющей девочки, которую он когда-то поклялся защищать.

— Марго…

***

«Умариил! Я засек параллельную мыслительную деятельность! Ты думаешь о чем-то кроме своей задачи?»

Ангел вынужден был подтвердить это. Он предоставил данные самоанализа и возможную причину возникновения деструктивных ощущений.

«Немедленно устрани этого человека! Не дай ему встретиться с норманном»

Умариил хотел было выполнить приказ, но слова северянина имели необъяснимую силу.

— Веланте. Ты называл ее Марго!…

***

Со встречи на тракте влюбленные скрывались уже неделю. Они устроили привал ночью в лесу и разожгли костер.

— Даже не вздумай! Мы должны бежать подальше отсюда! Куда-нибудь, где они нас не достанут! — повысил голос Грэй.

— Но я не могу бросить всех! — повысила в ответ голос Марго. — Это перечеркнет все, чего я добилась!

— Своими действиями ты перешла дорогу Королю! Если ты вернешься, то твоя смерть будет вопросом времени! Ты уже ничего не сможешь с этим сделать!

— У меня есть еще преданные войны! Они защитят нас.

— Да ну? Сильные? Как те, что охраняли моего отца, когда его убили? Или как те, на тракте, что охраняли тебя?

Марго опустила голову.

— Я скажу тебе вот что: если бы Король захотел, то уже давно бы вырезал всю знать Волбании. Он победил в войне не просто так. Нам нужно бежать! Бежать далеко! Возможно, на север, и надеяться, что Братья нас не найдут, — произнес Грэй, прижимая ее к себе.

— Так-так, что тут у нас? — Из мрака леса на свет от костра вышел Ноль-один.

Как он смог пройти незаметно? Грэй держал под присмотром довольно большую область.

Рядом с ней он отвлекался…

Грэй резко встал.

— Брат, Отец Лука в недоумении, почему ты не выполнил задание? — поинтересовался Ноль-один.

— Потому что не захотел! Марго, беги как можно дальше отсюда, я нагоню тебя потом!

— Но Грэй… — Марго крепко ухватилась за его руку.

— Грэй? Значит, ты теперь Грэй?

— Да! Это мое настоящее имя! Ты должен помнить!

— Не помню, — пожал плечами Ноль-один. — Как будто это имеет значение…

— Они стерли наши личности! Заставили стать теми, кем им угодно! Это не жизнь… Пошли с нами, брат!

— Ты пытаешься убедить меня предать Отцов, Короля, Братьев — смысл нашего существования? И ради чего? Ради твоих иллюзий?

— Они лишили нас всего! Неужели ты не понимаешь?

— А было ли что-то изначально? Я ничего не помню до Ямы, но ты же сам знаешь, откуда мы берем новобранцев.

— У меня было… Семья, земли, титул… Марго.

— Марго? — Оценивающий взгляд Ноль-один упал на девушку. — Ты серьезно? Все это произошло из-за нее?

Грэй больше не мог подобрать слов. Он очень хорошо осознавал, что сейчас происходило в голове брата. Все мышление братьев отталкивалось от необходимости служения Королю. А если не будет Короля, то от чего отталкиваться?

Грей, в отличие от Ноль-один, встретил свое прошлое — Марго. Без этого он бы никогда не решился предать всех.

— Тогда просто отпусти нас! Скажи им, что ты нас не нашел! — воскликнула Марго.

Ноль-один скривился в ответ.

— Он не может. Они залезут ему в голову и все узнают, — печально пояснил Грэй.

— Значит, она дорога тебе? — Глаза Ноль-один судорожно метались, то на Грэя, то на Марго.

Грэй почувствовал, что его взгляд изменился с пустого и бесчувственного на дикий и хищный.

— Не тронь ее! Марго, беги!

— Разве ты не видишь, брат? Это прекрасная возможность повеселиться!

Эти его заскоки. Грэя они всегда раздражали.

В Братстве воспитанников ставили в условия, близкие к смерти. Беспрерывные испытания, сражения, охота друг на друга. Чувство близости смерти никогда не должно покидать Братьев. На каждого это влияло по-разному. Кто-то умирал, кто-то становился садистом, а Ноль-один стал адреналиновым наркоманом. Что бы ни случалось, всегда стремился к этим ощущениям. Вызывался на самые опасные задания. Выбирал самых сильных противников. Заставлял всех его ненавидеть, лишь бы они пытались его убить!