Конфидентка королевы. На службе Ее Величеству - Нордье Софи - Страница 89

— Кстати, у меня от покойного супруга осталась восхитительная коллекция оружия. Хочешь взглянуть?

— С удовольствием, — отозвался Габриэль, и его глаза опять как-то странно сверкнули.

Однако заботы хозяйки вскоре отвлекли ее от неприятных мыслей. Габриэль похвалил ее особняк, сравнив его убранство с утонченной обстановкой дома в Тулузе. И, конечно же, с восторгом осмотрел прекрасную коллекцию металлического оружия.

— Потрясающе! Меня сложно удивить: на Востоке саблям и кинжалам уделяют особое внимание, но барону Арно это удалось.

— Спасибо, мне приятна твоя похвала.

— Ты любила своего мужа? — вдруг выпалил Габриэль.

— Любила, — немного смутившись, ответила Сабина, — но не так, как тебя. Арно был старше меня на тридцать два года, поэтому я испытывала к нему скорее дочернюю привязанность и безграничное уважение.

Взгляд Габриэля потеплел, и он ласково улыбнулся Сабине. Она шагнула ему навстречу. Но тут в Каминном зале послышался шум, и хозяйка вышла из оружейной. Мажордом еще не успел доложить ей о прибытии графа де Дрё, как Робер, перепрыгивая через ступеньки и сгорая от нетерпения увидеть любимую, уже появился наверху лестницы.

— Дорогая мадам Сабина, приветствую вас! — Низко поклонившись, граф прильнул к ее руке — как всегда, долгим и страстным поцелуем. Он только утром прибыл в Париж и сразу же нашел предлог, чтобы увидеться с баронессой д’Альбре. — Я пришел, чтобы лично передать вам приглашение на королевскую охоту, которую Луи устраивает послезавтра в Венсенском лесу.

Сабина онемела от неожиданности. Габриэль все видел в настежь открытые двери, и она мысленно проклинала визит графа вместе с будущей охотой. Робера заинтриговала молчаливость остроумной баронессы, но через мгновение ему все стало ясно — из соседнего зала вышел сеньор д’Эспри. Взгляды мужчин скрестились, и Сабине показалось, что она увидела яркий сноп искр, словно в ожесточенной схватке сошлись два меча. Если бы где-нибудь рядом лежал сухой хворост, он вспыхнул бы ослепительным пламенем от рассыпавшихся вокруг жгучих углей неистовой ревности.

— Мадам, я и не подозревал, что у вас при дворе столь высокий статус: сам граф служит вам гонцом. — На лице Габриэля не было даже тени улыбки.

— И, заметьте, этот гонец чувствует себя счастливейшим человеком на свете, ведь у него есть возможность лишний раз взглянуть на самую прекрасную даму в мире, — парировал Робер, и его синие глаза потемнели до черноты бушующего моря.

Вновь стало тихо. Сабина растерялась и в отчаянии прикусила губу. Габриэль пришел ей на помощь:

— Разрешите поблагодарить вас, мадам, за то, что составили мне компанию во время чудесной конной прогулки и позволили взглянуть на превосходную коллекцию оружия. Позволите удалиться?

— Я передал приглашение и также намерен откланяться! — кивнул граф головой, не уступая сопернику в благородстве.

— До свидания, господа, — выдохнула Сабина. — Мой мажордом вас проводит.

На улице мужчины, холодно кивнув друг другу, попрощались и, вскочив на коней, демонстративно разъехались в разные стороны.

Габриэль понял, что вновь запутался. После случайно услышанного женского разговора он решил больше не вмешиваться в чужие отношения. Но его тянуло к Сабине с силой утреннего прилива, и этому невозможно было противиться. Ну не похожа она на развратницу! Да и с ним держится слишком уж целомудренно. Будь ее поведение всего лишь игрой, он за прошедший месяц разглядел бы притворство. К тому же Габриэлю очень понравился ее ответ о любви к покойному супругу. Начни она рассказывать о невыносимом долге, о тяжелой ноше, коей стала для нее жизнь со старым мужем, и он испытал бы к ней неприязнь. Слова же Сабины прозвучали вполне естественно и правдиво. Нечто подобное Габриэль испытывал к Хайфе: не любил ее страстно, но очень уважал. Да и только что, при внезапном появлении графа, баронесса растерялась, как девочка. Распутная интриганка повела бы себя с циничной уверенностью, на Сабину же жалко было смотреть. Возможно, то, что он услышал, всего лишь злобные сплетни завистниц?

***

Полстолетия назад Венсенский лес по приказу Филиппа Августа обнесли сплошной стеной. Генрих Второй Английский не преминул сделать венценосному французу оригинальный подарок, отправив целый корабль с оленятами, ланями, косулями и кабанами. Звери прижились, размножились, и здешние места, изобилующие лесной дичью, стали любимым местом охоты.

К выехавшему из дворца королевскому кортежу присоединились по дороге многочисленные гости, и к воротам Сен-Антуан подъехала уже внушительная кавалькада охотников. Оживленный гомон всадников вперемежку с лошадиным ржанием заполнил венсенское предместье. Солнце весело подмигивало из-за малахитовых крон, уверяя: дождя сегодня не будет.

Сразу же заметив Габриэля в толпе, Сабина решительно направилась к нему. Дамаск прокладывал дорогу, не очень любезно отпугивая особенно впечатлительных кобыл, и их наездницы бросали колкие реплики. Но Сабина не обращала на это внимания. После того как в ее доме столкнулись шевалье д’Эспри и граф де Дрё, она всерьез задумалась о нелепой двусмысленности своих отношений с этими мужчинами. Баронесса была в бешенстве. Ни с одним из них она не познала близости, но чувствовала себя, как падшая женщина, застигнутая врасплох между двумя обожателями. Она любит только Габриэля. Осталось выяснить, свободен ли он.

Произнеся обязательные при приветствии любезности, Сабина решительно выпалила:

— Габриэль, разрешите задать вам прямой вопрос? Мне хотелось бы получить такой же прямой ответ.

— Мы снова на «вы»? — ухмыльнулся шевалье, но, заметив, как она взволнована, отбросил иронический тон. — Хорошо, я слушаю.

— Вы дали обет умирающему другу в Леванте?

— Откуда вы знаете?

— Я просила отвечать прямо.

— Да, я поклялся умирающему Рено де Виру, что выполню его последнюю волю в отношении дочери Изабель.

— И вы намерены его исполнить?

— Я не даю обетов, если не собираюсь их выполнять.

Габриэль не понимал, к чему она клонит, и ждал объяснений.

— Спасибо, шевалье. — Вся отвага Сабины разом исчезла, но дело было сделано. Теперь она точно знает, шевалье сам ей об этом сказал: Изабель — его будущая жена. Что же дальше? К горлу баронессы подступала истерика. Она запаниковала и, закрыв испуганные глаза, решила сбежать. — Простите, меня ждет королева.

Тем временем началась охота. Королевский егермейстер доложил, что в лесу подняли великолепного оленя с ветвистыми рогами. Луи протрубил сигнал в олифан[99]. Опытные загонщики со всех сторон обложили обреченного зверя, не давая ему уйти в сторону, и кавалькада устремилась вперед. Заядлый охотник Ангерран де Куси с удовольствием возглавил бы охоту, но чувство такта подсказало ему пропустить короля вперед. Сжав зубы, де Куси придержал коня. Всадники исчезли в чаще леса.

Сабина же пустила Дамаска галопом в другом направлении, надеясь, что ветер развеет последние услышанные ею слова. Однако быстрая скачка не помогала: признание Габриэля яростно пульсировало у нее в мозгу.

— Мадам, что случилось? — преградил ей дорогу Робер, неожиданно выехав из-за дерева.

— Мессир! — Сабина резко натянула поводья, и Дамаск поднялся на дыбы. — Что это за шутки — бросаться под ноги галопирующего коня?

— Простите, мадам, не хотел вас испугать! Но мне показалось, у вас что-то случилось, раз уж вы решились скакать галопом в густом лесу.

— Все в порядке, Робер. Это пустяки, недостойные вашего внимания.

Глубокий, бархатный голос графа, как всегда, подействовал на Сабину успокаивающе, будто бальзам. Боль от обиды, сдавливающей ее грудь железным обручем, слегка притупилась, и Сабина нашла в себе силы улыбнуться.

— А почему вы, заядлый охотник, не участвуете в травле?

— Там слишком много желающих убить одного несчастного зверя. К тому же неподалеку есть другая, более желанная дичь, — отшутился граф, скользнув взглядом по стройной фигуре Сабины, затянутой в алый шелк.