Новая история Арды (СИ) - "Feanaro_Curufinwe" - Страница 86

— Суббах, — объяснил он, заметив взгляд девы, и показал на раскрытой ладони маленькое подобие браслета. Снова занялся им, перевернув и начав сначала. Похоже, так он боролся со сном, но Ариэн подумала, что от такого увлекательного цок-цок можно заснуть в десять раз быстрее. Полный любопытства взгляд перешёл на водителя. Встретившись с девой глазами в зеркале, Мухаммед сначала сделал вид, что нет ничего важнее абсолютно пустой дороги: ни оскалистых улыбок, ни острых беглых взоров не последовало. Медленно, будто под прицелом, он оторвал одну руку от баранки и, подсунув палец под край чалмы, снял со лба несколько капель пота. Если бы у него были глаза на затылке, сейчас бы человек пялился на майэ, пытаясь понять, как взаимосвязаны обнажённое плечо девушки и духота. Шофёр подкрутил круглое колёсико температуры и открыл решётку кондиционера, направив на себя поток холодного воздуха. Напористый ветерок живо разобрал лопату бороды на две чёрных половинки, и Ариэн улыбнулась: теперь он был похож на гнома - не хватало только пары косичек и каких-нибудь развесистых, как еловые ветки, усов на пол-лица, а уж золотые зубы делали попадание в образ почти полным. Теперь человек не казался ей страшным, скорее, стал немного смешным: настолько увереннее чувствовала себя отдохнувшая майэ.

Она сменила руку, которой придерживала покрывало, и чернявый «гном» опять подкрутил кондиционер - температура упала с 26 градусов до 22, но легче ему не стало: атмосфера в салоне неумолимо накалялась.

От этого проснулся ооновец и опять посмотрел на часы. Судя по его удивленным глазам, для такого зноя должно было быть как минимум десять часов утра, а не четыре.

— С вами всё в порядке? — поинтересовался он у спутницы, чтобы как-то привлечь внимание и, получив в ответ кивок, сразу перешёл к более важному вопросу. — Вы не будете против, если я… э, жарко просто немного.

Он постучал ногтем по чёрной пластиковой пуговице - Ариэн пожала плечами, и человек поспешно расстегнул пару верхних, являя солнечной деве насквозь мокрую тёмную поддёвку.

Распухший от выпитой воды Мухаммед безуспешно боролся со взбесившимся кондиционером. Молодой боец спереди был похож на мокрую мышь, и даже чётки уже не отвлекали его внимания от происходящего. Раз за разом он облизывал сухие губы и принимался перебирать камешки, но сбивался к девятому, несмотря на то, что суры читал уже почти вслух, сильно шевеля гладким и блестящим от влаги подбородком. А вот бедолагу из ООН не спасало уже ничего: он изнывал, вертелся, отхлёбывал воды, прижимал к себе давно согревшуюся бутылку, тёр лысину, бросал нетерпеливые взгляды на дорогу, чуть светлеющую перед рассветом. Он давно ждал от Ариэн хотя бы просьбы открыть окно, но девица признаков тревоги не проявляла вовсе - только с интересом поглядывала на спутников - и на фоне её спокойствия пыхтение и вздохи человека выглядели совсем уж не мужественно.

Край неба посветлел, из-за горизонта показалась ослепительная тонкая красная полоска, и майэ обрадовано улыбнулась, засветилась, приветствуя новый день и сияние своего корабля. Её спутник понял, что хуже быть не может, и начал лихорадочно придумывать предлог, чтобы остановить раскалившийся автомобиль, но сама судьба предоставила ему шанс - по стремительно светлеющей голой пустыне разнёсся трубный голос: ” Аллаху Акбару Аллаху Акба-а-а-а-ар… “

Ариэн устремила взор через лобовое стекло вперёд. Дорогу обступили колючие кусты, кое-где прореженные воронками, кусками проволоки, покорёженными кусками металла и заборной сетки. Дальше виделись очертания каких-то невысоких зданий и одно большое, с круглым куполом и парой высоких тонких башен, с которых и раздавалось напористое, резкое пение.

— Мы приближаемся к городу, — просипел американец и повторил, заметив, что увлечённая видом из окна девушка не услышала его. — Мы скоро приедем в город, госпожа. Вам бы не хотелось остановиться где-нибудь и привести себя в порядок?

Он произнёс это таким упавшим голосом, что Ариэн даже стало его жалко:

— С удовольствием. Здесь найдётся какой-нибудь отель и чистая одежда?

Человек поспешно обратился к товарищу, что-то уточняя и, снова повернувшись к майэ, утвердительно кивнул. Поблагодарив его за заботу, девушка игриво накрутила на палец прядь золотистых волос, и офицер чуть не задохнулся от ударившего в лицо жара.

Вскоре проехали трясущиеся железные ворота. Собаки с клочковатой пыльной шерстью забрехали вслед автомобилю, одна погналась за автомобилем, но вскоре отстала. Впечатление от поселения было крайне неприятным, казалось, по городку совсем недавно пронёсся ураган или прошлась ударным огнём освободительная миссия. Вразнобой стоявшие домишки щетинились в небо тарелками телевидения и щупальцами арматуры. Первые этажи были сплошь обсажены, словно мухами, выгоревшими вывесками, нависающими над целыми и битыми стёклами. Посреди дороги валялась огромная тряпка сорванного баннера, время от времени перетаскиваемая ветром с места на место.

Автомобиль остановился возле целого, свежевыбеленного дома со словом «HOTEL» над деревянной дверью. Воздух в машине уже был гуще смолы, а внутренний термометр рванул к отметке 56 градусов, когда Ариэн счастливо улыбнулась, радуясь остановке, поэтому из распахнутой дверцы её спутник почти вытек. Обогнув машину, распахнул дверцу перед девушкой, но, помня о печальном опыте в разгромленной лаборатории, на этот раз подхватил её на руки так, чтобы касаться светящегося белым тела только через плед.

В снятом номере оказалось довольно чисто, но майэ не интересовало ни кресло, ни кровать - дева сразу закрылась в ванной.

Через полчаса из зеркала на неё смотрела рыжеволосая девушка с высохшими за минуту кудрями, разметавшимися по плечам. Лицо больше не казалось сероватым, между ровных дуг бровей не лежала напряжённая морщинка, которую она заметила у себя в зеркале в машине. Из-под глаз пропали лёгкие тени, и Ариэн довольно качнула головой - так-то лучше.

Разбирая медную копну на косы, она крепко задумалась. Ехать, по словам сопровождающих, оставалось не больше часа, и стоило поразмыслить о предстоящей встрече. Дева особо не тревожилась: едва ли враги стали вытаскивать её из какой-то весьма странной лаборатории. Непонятным было то, зачем Тулкасу и Оромэ потребовалось столь грандиозное представление, если даже один из них мог бы с одного удара уложить её обидчиков и уничтожить секретную базу? А если Тулкас попробует пошутить насчёт Тилиона и слишком долгого отпуска… ух, какой прекрасный солнечный удар есть у неё в запасе! О Эру, как хорошо, что в жутком месте побывала она одна, а не оба… но сейчас Итиль мог бы быть рядом, а не прятаться от её мысленного взора! Раззадоренная майэ уже представляла себе этот разговор в малейших деталях и перед зеркалом отрабатывала самые острые фразы, с каждой минутой чувствуя себя всё веселее и уверенней. Зеркало, правда, вскоре запотело, не выдержав такого напора - пришлось перебраться в комнату.

На кровати её ждало невзрачное платье. Одевшись, Ариэн нахмурилась: длинные рукава заканчивались дальше запястий, талии не оказалось как таковой… Вояк ещё можно простить, но Тилион-то точно знал, что она любит. Впрочем, на постели остался лежать ещё широкий белый шарф. Недолго думая, майэ сложила его пополам и приспособила как пояс.

Покинув номер, возле стойки администратора она обнаружила своих спутников. Выглядели они измученными, но счастливыми: все трое старательно зарабатывали простуду, сидя прямо напротив кондиционера. Завидев её, люди медленно поднялись со своих кресел, и командир отряда хрипло спросил:

— Вы уже готовы, госпожа? Разве вы не хотели бы ещё отдохнуть?..

— Я в порядке, — Ариэн лучезарно улыбнулась, заставив кондиционер взвыть от напряжения.

***

Остаток пути был недолог. Майэ задумчиво изучала пустынную местность, а её спутники напряжённо молчали. Ветер, врывающийся напористым потоком в распахнутый люк на крыше, сильно трепал волосы, но командир отряда всё равно нервно теребил ремешок каски. Правая его щека начала ощутимо краснеть - пребывание рядом с девой-солнцем не прошло бесследно, намечался ожог, и чем выше поднимался в небе Анар, тем сильнее было сияние фаны Ариэн.