Правила первокурсницы (СИ) - Сокол Аня - Страница 92

— А где этот… в черном плаще? — растеряно спросила Мэри.

— Арирх, — прошептала я, чувствуя, как имя царапает горло. Один из демонов пропал, и мы даже не могли сказать, когда и как.

— Неважно, — прохрипел Вьер и почти свалился с помоста, но потом, все же выпрямился. Парень держался за бок и тяжело дышал. — Другого шанса у нас не будет.

Мы переглянулись. Не скажу, что слова тиэрца нас испугали. Страха и так было слишком много, я до конца дней буду помнить прикосновение шершавой веревки в шее, но иногда пугаться сильнее просто невозможно.

— Идемте, — тихо произнесла поднимающаяся с земли Цецилия.

— Но куда? — беспомощно спросила Мэри, и мы все посмотрели на Вьера.

— Здесь есть зал… зал, в котором все и произошло тогда… тысячу лет назад, — произнес тиэрец. — Зал, где все началось, где все и закончится.

Вьер невольно повторил фразу, написанную на полу зала Серого чертога Муньеров, что дал нам приют на одну ночь. Только та звучала несколько иначе: «Мы это начали, мы это и закончим».

— Зал стихий? — спросила Дженнет.

— Видимо, — кивнул Мэрдок, подходя к телу лакея и забирая свой нож.

— Я… я с вами, даже если вы этого не хотите, — Гэли вытерла слезы, — потому что…

— Не нужно ничего объяснять, — Хоторн, убрал оружие и положил руку на плечо девушки. — Не нужно.

— Иви. — Крис протянул мне руку, словно только сейчас заметил, что я все еще сижу на помосте.

Я ухватилась за его ладонь и вдруг поняла, что по-прежнему не ощущаю ног. Ни ступней, ни лодыжек, ни голеней. Не ощущаю, не могу опереться, не могу встать.

— Ивидель? — повторил Кристофер.

Я испуганно задрала юбку и провела рукой по икре даже сквозь чулки, ощутив ладонью неровности на коже, так похожие на растрескавшуюся кожуру какого-нибудь овоща. Или на чешую.

— Короста, — прошептала я, поднимая взгляд на Оуэна. — Я не чувствую ног. Я не могу ходить!

[1] Одна из лун Эры. Планета имеет три спутника, называемые глазами Дев: белая Эо, оранжевая Кэро и красная Иро.

Чем казнь отличается от коронации?

— Сколько у нее времени? — выкрикнул Крис на бегу.

— Не… не знаю. — Цецилия едва успевала за рыцарем.

— Да что ты вообще знаешь? — зло бросил Оуэн, прижимая меня к себе.

— Не больше часа, — запыхавшись, выкрикнула степнячка. — Скорей всего, даже меньше.

«Меньше часа?» — мысленно повторила я и с отчаянием вцепилась в куртку Кристофера с такой силой, с какой утопающий хватается за подвернувшееся в воде бревно, а оно так и норовит выскользнуть из рук.

Прижимая меня к себе Оуэн почти бегом пересек двор первого форта. Я видела лишь воротник куртки рыцаря, шею и подбородок. На грязной коже багровел след от веревки, который в другое время вызвал бы удивление. Еще недавно раны Криса заживали на глазах, а сейчас… Сейчас, я была слишком напугана перспективой скорой встречи с девами, чтобы думать о чем-то другом, а по сему просто разглядывала полосу на его шее, так напоминавшую трехдневный уже почерневший синяк. Возможно, неуязвимость рыцаря мне только приснилась. Возможно, мне все это снится и скоро я проснусь, в аккурат, когда умру. Интересно, это очень больно?

Я кусала губы в кровь, я пыталась унять слезы, я сосредоточилась на том, чтобы только не закричать в голос от отчаяния. Я не чувствовала ног, но пока еще чувствовала руки рыцаря и благодарила за это богинь.

— Восходящий паралич, — продолжала говорить степнячка.

Крис подбежал к обгоревшим бревнам форта с таким видом, что на месте демонов, я бы спряталась под кроватью.

— Подождите! — раздался крик Мэрдока. — Он не может идти!

Позади нас Хоторн и Альберт тащили еле переставляющего ноги Вьера.

Северная часть первого форта уцелела, хотя и выглядела так словно выдержала пару дней осады. Закопченные стены, холодный ветер, гоняющий мусор по углам, от уютных бревенчатых коридоров не осталось и следа. Крис миновал спуск в подвал, по которому несколько минут назад мы поднялись, и свернул в боковой проход с частично обрушившимися потолком. Мне на голову посыпалась зола и какой-то мусор. Я слышала шаги, слышала шепот сокурсников, слышала, злой голос Дженнет, вскрик Мэри и тяжелое дыхание Цецилии, но вот чего не слышала, так это демонов.

— Туда, — скомандовал Оуэн, сворачивая в очередной коридор, свет лун поблек, и стало совсем темно.

— Одной мне кажется, что мы идем в пасть к волку? — спросила герцогиня.

— Не одной, — буркнул Крис. — Но нам нужно противоядие. И если для этого придется выбить волку зубы, мы их выбьем.

— Или умрем, — тихо добавила Мэри.

— Или умрем, — спокойно согласился Оуэн, толкнул плечом двустворчатую дверь, и мы оказались в зале стихий.

Он почти не изменился, те же сверкающие стены-грани, тот же низкий столик, правда сегодня на нем никто не озаботился сервировкой завтрака, два кресла и одинокая свеча. Горящая свеча.

— Словно нас ждали, — проговорил кузен, они с Хоторном подтащили тиэрца к одному из кресел и с облегчением сгрузили. Крис усадил меня во второе куда с большей аккуратностью.

— Иви? — спросил он, заглядывая в лицо.

Герцогиня задумчиво разглядывала стены и, кажется, боролась с искушением коснуться гладкой поверхности.

— И что теперь? — поинтересовался кузен. — Где демоны? Почему они вообще нас сюда впустили?

Да, все это на самом деле выглядело странно.

«Если вам показалось, что что-то не так, значит, что-то сильно не так», — вспомнилось мне одно из самых главных правил поведения в запретном городе. Беда в том, что все уже давно было «не так» и выделить из этого что-то одно не получалось.

Мэри схватила Вьера за руку, а тот даже смог улыбнуться, хотя выглядел парень плохо, куда хуже меня. Последней в зал вошла Гэли. Зашла и в нерешительности остановилась.

— А вы уверены, что… — начала она, но ее прервал звук захлопнувшейся двери.

Я вздрогнула, Крис обернулся.

— Эй! — Альберт первым бросился к выходу, но ответом ему был глухой звук задвигаемого засова.

— Что происходит? — Дженнет тоже оказалась у двери.

— Нас заперли, — констатировал железнорукий.

— Кто? Зачем? — Гэли побледнела.

С той стороны послышался тихий глумливый смех. Альберт толкнул створки плечом. Безуспешно.

— Знаменитое гостеприимство демонов? — уточнил Мэрдок.

— Но зачем запирать нас там, где мы можем завершить ритуал? — спросила Мэри. — Это же…

— Самоубийство? — спросил Крис, наряжено вглядываясь в полированные стены.

— Кто знает, что в голове у тварей разлома, — кузен повернулся к тиэрцу. — Командуй, что дальше?

Вьер оглядел зал стихий, словно ища что-то взглядом и не находя этого.

— Я… я… — Он опустил голову.

— Ты не знаешь? — пораженно спросила Мэри.

— Мне… меня… — Вьер тряхнул головой и все-таки продолжил: — Меня уверили, что когда мы попадем в нужное место, все станет ясно без слов, что все будет очевидно. Должно быть, очевидно! — последнюю фразу он почти выкрикнул. — Нам нужно лишь закончить начатое. Когда ты видишь перед собой заряженный метатель, то знаешь, что остается лишь нажать на спусковой крючок. — Он с болью во взгляде посмотрел на каждого. А я запоздало поняла, что Вьер не посвящал нас в детали плана не потому, что не хотел, а потому что сам не знал его до конца. И правильно делал, между прочим, никто бы не пошел за ним, если бы знал, что мы надеемся только на удачу.

Мэрдок собрал в руку зерна познания, готовясь отправить их в полет.

— Значит, мы закончим, — решительно проговорила Мэри и вслед за Вьером стала внимательно осматривать зал стихий. Цецилия нахмурилась. Мэрдок так сосредоточено смотрел в пол, что в другой ситуации, я бы поинтересовалась, что он там увидел. Но сейчас мысли были беспорядочными и испуганными, как кролики на грядке с капустой. И все же они еще были.

Я подняла глаза к потолку, к выгравированным на каждой из стен девизам и произнесла:

— Здесь десять граней.