Не предавай любовь. Книга 2 (СИ) - Ефремова Тата - Страница 25

Прошлое вспоминалось… с нежностью. И вчерашняя ночь тоже.

Это случилось так легко… так естественно. Их тела столь давно стремились друг к другу, что не осталось ничего, что могло бы смутить или разочаровать. Ни одного лишнего слова или движения, лишь откровенность, доверие. Как же хотелось теперь сохранить это чудесное послевкусие,

Вошел Глеб, и по его глазам Катя поняла: произошло нечто серьезное. Они сели пить кофе. Глеб отрывисто передал слова Антона. Во время рассказа он несколько раз подходил к окну, с тревогой выглядывал во двор общежития. Катю захлестнули самые разнообразные эмоции, от облегчения до острой тревоги. Антон жив, он не преступник — можно выдохнуть и ждать встречи. Однако опасность где-то рядом, теперь она приблизилась и к Никитиным, и к Самарским. Очень странно и пугающе ощущать себя потенциальным объектом охоты.

Катя растерялась. Немедленно сорваться с места? Куда-то ехать? Без планов? Без подготовки?

— Напиши старосте своей группы, — предложил Глеб. Он уже кидал в рюкзак разные необходимые в дороге вещи. — Скажи, что у тебя семейные обстоятельства. Позже все объяснишь, ну там… справку предъявишь. Или вернемся — объясним все, Антона попросим подтвердить. Думаю, потом как-то все решится. Две недели. Скажи, что тебя не будет недели две.

— Две недели? — ужаснулась Катя.

Глеб бросил рюкзак, присел перед ней на колено:

— Катюш, все будет хорошо. Все устаканится.

— Все как будто в фильме каком-то, — призналась Катя. — Как не наяву.

— Да уж, — Глеб со вздохом обернулся на комнату. — Ладно, сейчас быстро и осторожно идем к тебе. Берем вещи, потом выезжаем. Вовремя я машину у деда забрал. Планировал тебя в деревню отвезти на выходные, а теперь…

— Мы поедем к Николаю Сергеевичу?

— Нет, слишком опасно… так Антон сказал. Нас там могут ждать.

— Черт! — Катя в сердцах передернула плечами. — Может, Антон преувеличивает? Ну зачем мы им? Что мы знаем?

Глеб помолчал и нехотя произнес:

— Возможно, именно эти люди угрожали Полине. Она говорила, за ней почти год целый следили. Я тогда думал, у мамы уже паранойя развилась. Антон сказал, им сейчас нужно найти хоть какой-нибудь рычаг воздействия на свидетелей, а близкие люди — самое то.

— Что они могут нам сделать?

— Не знаю. Но уверен, что чем быстрее мы окажемся подальше отсюда, тем лучше. Антон все продумал. Главное, следовать его указаниям.

Катина соседка по блоку ушла на пары. Катя быстро покидала вещи в рюкзак.

— Возьми свитер и теплые брюки про запас, — велел Глеб. — Пока непонятно, как там с бытом сложится, в том месте, что указал Антон. Все, что надо, купим по дороге. Деньги есть. Помнишь, я говорил, что отец просил тебе на учебу передать? Те деньги у меня, на карте, нужно только снять аккуратно. Лучше на выезде где-нибудь.

Снег сменился дождем. Было страшно выходить из общежития, а путь до стоянки показался вечностью. Катя все еще не верила в серьезность ситуации. Но поверить пришлось. Они с Глебом вышли из студгородка и быстрым шагом дошли до крытой парковки, когда из машины, припаркованной у въезда на стоянку, выскочил крупный парень в кожаной куртке. Он казался заспанным — встряхивался и мотал головой, поеживаясь и оглядываясь по сторонам, — это странное поведение и привлекло внимание Глеба.

— Быстрее, — бросил он Кате, сжав ее руку.

На полпути к машине понял — не успевают. Щелкнул брелоком, сунул его в руку Кати, выхватил сумку и коротко велел:

— Беги к машине. Запрись и не открывай.

Больше всего он боялся, что она станет спорить. Не успевая трезво оценить всю ситуацию, главное он понимал — Катя слабее, ее легче схватить, дотащить до джипа, притаившегося за спиной шагающего к ним парня. И сам Глеб против такого громилы — щепка. Но он поборется.

Катя спорить не стала — сорвалась с места и бросилась к автомобилю. Глеб встал так, чтобы перехватить предполагаемого похитителя. Парня в кожаной куртке это немного смутило, но и побудило действовать быстрее. Он перемахнул через капот ближайшей тачки, снова принялся оглядываться. И все-таки отвлекся — на въехавшую в паркинг девятку. Пожилой мужчина в ней негодующе просигналил, и парень отступил, наклонив голову и закрыв лицо козырьком бейсболки.

Глеб был так сосредоточен на подготовке к драке, что не понял, как его форд оказался рядом. За рулем была Катя. Глеб не стал раздумывать, подхватил сумки и запрыгнул в салон на пассажирское сидение.

Глеба немного трясло.

— Выехать сможешь?

Катя простонала что-то утвердительное. Она сидела, вцепившись в руль и подавшись вперед. Было видно, то ее навыки вождения стремятся к нулю, но, главное, они имелись, хоть какие-то.

Не было времени меняться местами. Их преследователь уже устремился к джипу, паркующаяся девятка все еще мешала ему выехать, и он бешено сигналил.

Эти несколько секунд позволили им выбраться наружу и даже немного оторваться. Форд шел дергано, тем не менее Катя успела проскочить на желтый. За поворотом она притормозила, и Глеб пересел на водительское сидение.

— Не знал, что ты водишь, — бодро проговорил он.

— Дядя Миша немного научил. Но прав у меня нет, — у Кати явственно стучали зубы.

— Это дело наживное. Не переживай! — нервно хохотнул Глеб. — Выберемся — сам заставлю сдать.

— Он там, за нами.

— Вижу. Будем отрываться. Придется по городу покататься, на трассе он нас прижмет.

Катя кивнула. Глеб не выдержал, выругался:

— Черт, черт! Фига я Каратов так плохо знаю, а?

— Я знаю. Немного. В центре есть сквозные дворы. Мы с мамой очень долго искали квартиру, ходили, мама не хотела, чтобы я в общаге жила. Там старые дома, с арками. Некоторые я хорошо помню. Возле хостела тоже. Вот там вообще отлично запомнила.

— Командуй.

Отрывался Глеб трудно, ему несколько раз не удавалось резко перестроиться из ряда в ряд, но затем он сумел уйти в поворот и нырнуть под мост.

— Вдоль аллеи, — велела Катя.

Дальше был негодующий звон трамвая, еще несколько поворотов, арка во внутренний дворик и голуби, взмывшие в небо из-под колес. Глеб выехал у супермаркета за заводом, снова нырнул во дворы. Поколесил между новостроек. И уже там припарковался в ряду машин у подъездов.

В песочнице играли дети, хлопали двери машин, и надоедливо пищал домофон. Снова пошел снег. Катя и Глеб молчали. Оба затаили дыхание. Можно было ожидать, что преследователи начнут методично объезжать окрестные дворы, и если не повезет…

Джип не появлялся. Пять минут, десять, пятнадцать. Никого. Снегопад превратился в легкую метель, дети разошлись по домам, в песочнице остались самые стойкие. Несколько ребят аккуратно собирали слой снега со скамеек и лепили мокрые снежки.

Катя со стоном поджала ноги и уронила голову на руки:

— Как же страшно, господи. Просто фильм ужасов. Не верится, что это не сон.

— Иди ко мне, — сказал Глеб.

Они посидели, обнявшись. Глеб касался губами Катиной макушки.

— Ты можешь позвонить Антону? — спросила Катя.

— Нет, я пробовал, по последнему входящему, когда ты в машину села, — Глеб указал на наушник-гарнитуру в ухе. — Номер не существует. Антон, когда звонил, говорил, у нас несколько дней, видимо, ошибся. Мы по-любому сейчас в автономном плавании. Придется где-нибудь пересидеть. Я не знаю, какие там у этих уродов ресурсы, но нас могут ждать на всех выездах из города, их всего три. А вот все отели в городе они вряд ли смогут обойти.

Катя легонько кивнула, соглашаясь.

— Ты говорила про хостелы. Там легче затеряться, чем в гостиницах?

— Легче. Молодежи много, студентов. Гастарбайтеры, просто любители бюджетного туризма. Одни приходят, другие уходят — всегда движение.

— Подходит. Два дня, не меньше. Что знаешь поприличнее? Только не в этом районе, поближе к студгородкам.

— У фармакадемии есть неплохой хостел, — Катя со вздохом выбралась из объятий, вытащила из рюкзака телефон. — Мы с мамой хотели там остановиться, но мест не было. Позвонить?