Убежать от тирана (СИ) - Тур Злата - Страница 4

Словно растягивая мучительное удовольствие, поверх футболки провел ладонью от шеи до лобка, огладив голые бедра, и только потом вклинил свое колено между ними. Все еще медля, я доводил себя до крайней точки возбуждения, оттягивая сладкий момент.

Накрыв ладонью гладкий холмик, от вида которого еще в парке у меня заломило член, спустился ниже, прошелся пальцами по шелковистым складочкам и едва не зарычал, поймав реакцию Камилы. Она ахнула, подалась навстречу наглой руке, словно напрашиваясь на более интимную ласку.

- Все будет, не волнуйся, - себе под нос пробубнил, пьянея от ее запаха, ее отзывчивости и доверия.

Но девушке было мало. Грудь ее, прикрытая тканью, тоже поднялась, словно требуя внимания.

Кое-как стащив с себя одежду, нащупал в ящике прикроватной тумбочки презерватив и трясущимися пальцами освободил от фольги.

- Ты просто чудо. Сладкая. Сочная. – Словно во сне, разговаривая сам с собой, шептал всякую глупую милоту, даже не отдавая себе отчета. Последней преградой, последним бастионом оставалась моя футболка, надетая на голое тело этой податливой, мягкой и такой чувственной красавицы. И сознание того, что мы знакомы всего пару часов, кружило голову, еще больше опьяняя азартом и адреналином, взрывая ощущения до пика.

Только я взялся за нижний край футболки, как нежданная и такая желанная партнерша сама будто выскользнула из нее, открывая моему голодному взгляду упругую, словно налитую, грудь с затвердевшими сосками.

Не в силах больше терпеть, я собирался, как всегда, одним агрессивным движением ворваться в жаркую тесноту, но получилось как-то неловко, словно наткнулся на стенку. Приподняв бедра, усилил напор и почти вбился в невероятно узкую и горячую девочку.

Разгоряченный, я сразу не обратил внимания на легкий вскрик Камилы и непроизвольную попытку отстраниться. Не заметил, как впились ее ноготки в мою спину, оставляя собственнические следы. Ведомый первобытным инстинктом, продолжил завоевание, погружаясь максимально глубоко. Опираясь на одну руку, второй жадно, почти грубо ласкал набухшие соски, сминая, оттягивая; сжимал поочередно ладонью обе груди, отчего девчонка под мной ерзала и возбужденно стонала.

Почти животное вожделение швыряло нас навстречу друг другу, не давая насытиться, заставляя еще сильней терзать пылающее тело партнера. Неосознанно, захваченная страстью, Камила еще крепче прижалась к паху своего завоевателя и забросила ноги ему на спину. Мне в тот момент показалось, что я ослеп и оглох, потому что меня тут же накрыл мощный, крышесносный оргазм.

Глава 4 

Обессиленный, выжатый под ноль, я едва не рухнул на свою , получается , добычу, однако усилием воли довел и ее до такой же яркой вспышки. И тогда, полностью удовлетворенный, скатился на бок, сграбастав в объятия еще не пришедшую в себя девчонку.

- Детка, ты просто огонь! Спасибо, моя хорошая, - найдя в себе силы, прошептал ей на ушко пошлую благодарность, сам еще не зная, как расценивать то, что случилось. Хотя чего там расценивать?!Взрослые люди по страстному обоюдному желанию занялись сексом…Черт, какая-то херня в голову лезла…

Не глядя стащил резинку и, не найдя куда ее положить, нехотя поднялся и пошел в ванную.

Однако вся моя блаженная расслабленность и истома мгновенно слетели, как осенние листья под шквальным ветром, когда заметил красно-бурые разводы на латексе.

- Что за на х…! Камила! – рявкнул, влетая в комнату и врубая свет. –Что это значит?

Девушка сползла с кровати и уселась на пол, обхватив коленки руками. Очевидно, пытаясь таким образом защититься от моего праведного гнева.

-Ты же… меня не выгонишь? – очевидно, она считала, что на данный момент это самое страшное, что может случиться.

- Еще раз повторяю: Что. Это. Значит, - рычал я, размахивая изделием номер 2, как говорили в Советском Союзе, чуть ли не перед ее лицом.

- Прости, но я не …, - голос девушки дрожал, и ей приходилось делать паузы. – Я не хотела тебе говорить, что ты у меня первый, потому что не знаю, как ты к этому отнесся бы. Но теперь я свободна. Только не думай, что я специально.

В голосе ее было столько трогательного раскаяния, что я в растерянности швырнул злополучную резинку на пол и сел рядом со своим ночным сюрпризом, вытянув ноги вперед. Обняв одной рукой ее за талию, второй погладил ее по голове и уже более спокойно спросил:

- Надеюсь, твои слова про свободу не означают, что я избавил тебя от ненужного рудимента, и теперь ты сможешь направо и налево пользоваться освобожденной вагиной?

Камила вздрогнула.

- Нет-нет, что вы?! Я же черкешенка! – она гордо вздернула подбородок.

- Ну тогда в чем дело? И перестань мне выкать! Мы уже не чужие люди теперь. Рассказывай.

- Данил, только не подумайте, что я вас гружу своими проблемами.

- Камила, давай на «ты»! А то я себя старикашкой трухлявым чувствую.

- Старикашка не сможет быть таким горячим в постели, - невольная скабрезность вырвалась у нее.

- А ты откуда знаешь? – не имея никаких подозрений, просто следуя логике, спросил я.

- Вот это и есть моя проблема. Хоть на дворе и двадцать первый век, у нашего народа мало что изменилось в традициях. Меня отправили учиться в Москву, так как мой жених занимает важный государственный пост и ему нужна соответствующая визитная карточка. Молодая, красивая, образованная. И обязательно девственная. А ему пятьдесят один год, - моя ночная гостья уже откровенно всхлипывала, вынужденная возвратиться в свою мрачную реальность. - Поэтому я и перечитала в интернете все о том, чем порадует меня муж. Простатит. Импотенция. Мужской климакс, и соответственно, постоянное чувство вины, если не сумею достаточно вдохновить своего господина.

- Ты с ума сошла?! Зачем он тебе? Неужели ты ради денег готова искалечить свою жизнь! – я опустился на колени перед ней и тряхнул за плечи. – Камила! Ты молодая и красивая девушка! Зачем тебе этот трухлявый пень?!

- Данил, ты не понимаешь, у нас свои законы. И я не имею права их нарушить. Иначе я навлеку позор на свою семью, и меня проклянут. Вернее не иначе, точно навлеку.

- И ты все равно решила расстаться с девственностью?! Я ничего не понимаю, - я выпустил ее из рук и обескураженно потер подбородок.

- Да, теперь я скажу, что меня изнасиловали, благо на лице есть доказательства, и меня не заставят выходить замуж. Домой я уже не могу вернуться, чтобы не позорить уважаемого человека. Многие в курсе договора родителей. Возможно, отец разрешит маме приезжать ко мне. Мне же дорога в родной дом будет закрыта.

- Дикость какая! – у меня в голове не укладывалось, как можно заставить девчонку выходить замуж за старика. А ее поступок вообще перевернул все с ног на голову!

- Это еще не дикость! У меня родители не настолько закостенелые в следовании обычаям. На Кавказе сами родственники могут убить девушку, которая, по их мнению, опозорила честь семьи. И даже будут гордиться этим. У нас разведенная женщина чуть ли не шлюхой считается.

- И ты использовала меня, чтобы поступить наперекор родным? – да уж, роль ритуального каменного фаллоса, которым девушек лишали девственности у многих племен, меня совсем не обрадовала. И от только что горевшей страсти осталась горстка жалкого пепла. В душе словно комок соли растворили, так горько и противно стало.

- Нет, Данил, нет! – с жаром запротестовала она. - Я не знаю, что со мной было бы, если бы те подонки меня изнасиловали. Я бы уехала в Китай и работала бы нянькой для панд. Я даже думала об этом.

- Кем? – у меня от изумления отвисла челюсть. Поистине, эта девочка не перестает меня удивлять.

- Нянькой для панд. Там меня точно не найдут!

Видя мою, мягко скажем, удивленную физиономию, она улыбнулась, и испуг вместе с тревогой исчезли с ее лица, сменившись какой-то просто детской добротой.

- Зарплата хорошая, и ты с ними находишься триста шестьдесят пять дней в году. Поэтому вопрос досуга отпадает. И если знаешь, какими люди могут быть жестокими и подлыми, лучшего места не найти. Панды как дети. Они любят обниматься, их нужно развлекать, нужна физическая подготовка хорошая, чтобы с ними бегать. К дисциплине приучать. То есть быть самой настоящей нянькой. Терпеливой, заботливой, ласковой.