Любой ценой (СИ) - Хохряков Константин - Страница 80

— Привал, выставить охранение. Сергей, как окончательно рассветет, направь людей понаблюдать за местом диверсии.

— Есть! Воронов, Лыков!

— Я!

— Отдохнуть до восхода солнца, привести себя в порядок и выдвинуться для наблюдения за Яковлевкой.

— Есть!

Дав бойцам возможность расслабиться, с сержантами и Поликарпом Васильевичем посовещались, наметив дальнейший путь с таким расчетом, чтобы пролегал преимущественно по лесам. Ни к чему осложнять свою, и так довольно непростую, жизнь. Будем надеяться, что оккупанты нас потеряли, если не нашумим нигде, так и не найдут.

Покончив с делами, расположился на отдых, но расслабиться не получилось. Только успел закрыть глаза, по крайней мере, так показалось, как разбудил прибывший из наблюдения Воронов.

— Командир!

— А?

— Немцы, наверно, похоронная команда. Пригнали пленных для разбора завалов. Работы им, похоже, надолго хватит.

— Иду, возвращайся.

— Есть!

Наскоро приведя себя в порядок, вместе с Белым направился к наблюдателям. И точно! В оборванном обмундировании без знаков различия пленные, подгоняемые фашистами, работают на развалинах МТС и прилегающих разрушенных домов. Такими темпами разгребут еще нескоро. У подневольных особого желания вкалывать не наблюдается, шевелятся только подгоняемые регулярными тычками прикладов.

В своем времени я никак не мог понять, почему, даже гонимые на убой, заключенные концлагерей, уже зная, что неминуемо погибнут, не бросались на своих мучителей? Казалось бы, конвоиров намного меньше, чем их, хоть кто-то, да уцелеет, сцепившись с ними врукопашную! Вполне вероятно завладеть оружием, а там уже, как карта ляжет. Если и погибнуть, так в бою, а не бессловесной скотиной, как на бойне! Но, видимо, велика тяга к жизни, даже такой незавидной. Все еще на что-то надеются.

Мы же, направляясь в командировку на Северный Кавказ, в обязательном порядке прятали в швах одежды третью струну от гитары. Великолепная вещь! В сочетании с пуговицами очень даже убойная, если умеешь пользоваться! А обращаться с этой последней надеждой, абсолютно бесшумным оружием в умелых руках, «Царь» научил, зная, что не за горами поездки на войну. От плена же не застрахован никто. Кто-то сдается добровольно, только не СОБРы, другие же попадают в бессознательном состоянии. Обыскивать «духи» по нормальному не умеют, за исключением некоторых. Да и тем найти спрятанную в одежде стальную пластичную жилу очень даже затруднительно, если не сказать невозможно. А еще нужно знать, что она есть. Для этого требуется думать точно так же, как спецназ.

— Герр оберст-лейтенант! К Вам гауптман Крейнер и лейтенант Вайде!

— Приглашайте, Август.

— Герр оберст-лейтенант! Гауптман Крейнер по Вашему приказанию прибыл!

— Герр оберст-лейтенант! Лейтенант Вайде по Вашему приказанию прибыл!

— Проходите, господа, присаживайтесь. Лейтенант, как мне уже доложили, Вы оказались правы. Прошу прощения, что позволил себе усомниться в Вашем профессионализме. Однако, Ваши люди, по-моему, снова опростоволосились. Наши потери просто немыслимы! Или у меня неверные сведения? Докладывайте.

— Герр оберст-лейтенант! — произнес Вайде, вставая. — Инструктаж с солдатами я проводил лично. Особое внимание обратил на то, чтобы не было никакой самодеятельности, все действия только по приказу командира. Но вмешались случайность и подлое коварство наших противников, тем самым их отличная подготовка и высокий профессионализм вновь подтвердились. У одного из проводников собака вырвала из рук поводок, тот кинулся за ней, а за ним побежали остальные солдаты. Как результат, сработала ловушка «Призраков». Надо отдать должное, они очень тщательно просчитали наши действия. В ловушку угодил также один из моих людей. Могу только отметить, что в подразделении он служит недавно, еще не успел стать настоящим диверсантом в полном смысле этого слова. И уже не станет.

— И где же они сейчас?

— Я предполагаю, что сейчас диверсанты снова затаились. У них нет другого пути, кроме как возвращаться по своему старому маршруту, через то место, где им удалось захватить автомашину. Все остальные направления перекрыты войсками. Эта лазейка оставлена им умышленно. В месте вероятного прохода выставлена засада, там находятся мои люди. Местность позволяет прижать разведгруппу огнем и предложить им сдаться. В этом случае шансов уйти у них нет. Отступать по открытому простреливаемому пространству равносильно самоубийству. Сзади же их готова прижать рота СС. Не думаю, что у русских появится возможность их уничтожить, хотя, потери и в этом случае неизбежны. Слишком уж они эффективны. Мне бы очень хотелось познакомиться с системой их подготовки. Тут у большевиков есть, чему поучиться. Надеюсь, герр оберст-лейтенант, что Вы предоставите мне возможность пообщаться с их командиром?

— Как говорят русские, лейтенант, давайте не будем, делить шкуру неубитого медведя. Вы сначала доставьте их ко мне, а там уже будет, о чем предметно разговаривать. Действуйте. Диверсанты должны быть схвачены любой ценой. Что у Вас, Крейнер?

— Герр оберст-лейтенант! — Вытянувшись, начал доклад начальник абвергруппы. — В соответствии с рекомендациями лейтенанта Вайде произведены перемещения приданных подразделений, отданы недвусмысленные указания их командирам по захвату или связыванию боем разведчиков. Необходимость захвата их живыми тоже разъяснена. С сегодняшнего дня вновь задействована авиация, которой четко указаны районы наблюдения. На дорогах в местах вероятного появления «Призраков» выставлены усиленные посты. Производится минирование бродов на пути вероятного перемещения группы. Силами вспомогательной полиции организовано патрулирование населенных пунктов в районе предполагаемого местонахождения диверсантов. Агентуре и старостам даны задания на выявление всех без исключения незнакомых лиц в окрестностях их поселений. Думаю, в этот раз выскочить из кольца русским не удастся. Я закончил, герр оберст-лейтенант!

— Хорошо, гауптман, присаживайтесь. Вы оба хорошо поработали. Будем надеяться, что результаты ваших усилий не заставят долго себя ждать. Но помните, «Призраки» ни в коем случае не должны уйти. Мне они нужны живыми, по крайней мере, их командир. Только это может оправдать затраченные усилия и понесенные потери. Не смею больше вас задерживать, господа! Работайте!

Понукаемые конвоирами, пленные все так же без энтузиазма продолжали разбор завалов. Такими темпами работы им хватит до морковкина заговенья[95]. Вызволить парней из плена — задача вполне выполнимая нашими силами, только что потом с ними делать? Тащить с собой — значит «запалиться» по полной программе. Нашего темпа они просто не выдержат, маскировка у них, естественно, ни к черту — издалека видать. Даже обуви нормальной нет, а без этого по лесам нечего делать. Да и по полям не больно-то поскачешь. Вдалеке, приблизительно южнее Мерефы послышался звук самолетного двигателя. С нашего места источника не видно, но однозначно похоже на моторы «Рамы». Неужели снова будет висеть над нами, не давая днем шагу ступить? С другой стороны, в этом есть свои плюсы. Если только разведчику не задана очень уж широкая область поиска, то по району, где он кружит, четко будет видно, в каком месте нас ожидают лицезреть. Приятно получить помощь из рук врага, особенно когда он сам не подозревает об этом. Хотя, что ни говори, а предпосылки к этому подарку мы подготовили сами.

Полюбовавшись на творение рук своих, сняв наблюдение, вернулись к группе. За время нашего отсутствия парни под чутким руководством Марины приготовили вкусный калорийный обед. Они и сами имеют богатый опыт в этом деле, но умелые женские руки способны буквально творить чудеса. На первое был полноценный щавелевый суп с тушенкой, к которому не хватало только сметаны. Ну, а где ее возьмешь-то во вражьем тылу? Вместо щавеля пошла так называемая заячья капуста. Очень даже полезная травка, являющаяся биогенным стимулятором, способствует лечению и профилактике гастрита, который мы при нашем очень даже «регулярном» питании имеем все основания получить. Вместо картофеля какие-то корешки, даже затрудняюсь сказать, какие. На второе оказалась перловка с мясом, но как она приготовлена — пальчики оближешь! На третье, как и положено — чай, да со свежесобранной малиной. Интересно, сколько парней Марина подрядила на сбор ягод? Хоть кто-то оставался ее охранять? Не-ет, это уже похоже на брюзжание… А не на ревность ли? Пожалуй, второе вернее. Ну и ну! А, ведь, поводов-то и не было. Отношение единственной девушки в нашем отряде ко всем одинаковое, никого особо не выделяет. Нужно реально смотреть на вещи. Я для нее — просто командир, и ничего больше, хотя и хотелось бы…