Любой ценой (СИ) - Хохряков Константин - Страница 66

Ничего, на подобный случай у меня в кармане под броником и бушлатом еще пачка лежит. Расстегнув разгрузку, обнаруживаю в «броне» донце застрявшей пули. Бронежилет — долой, осматриваю… Пластина пробита, только кевлар[84] и удержал. Надо полагать, попали, когда мы от горящей бронемашины отходили… Кирдык броне… Пробитая пластина ничего уже не удержит… Н-да! На пачку надежда моментально пропала. Надо было в бушлат совать. От пота все сигареты размокли — когда еще высохнут? Приходится «стрельнуть» у «Шурави». Вот тут-то я и понимаю, что в относительно спокойной обстановке пришел «отходняк». Пламя зажигалки с сигаретой совместить не могу. Снова спасибо «Шурави»: поднес огонек, в который я, зажав сигарету пальцами, наконец, попал. После нескольких глубоких затяжек тремор прекратился. Покурив, водружаю бронежилет и разгрузку на место, набиваю пустые магазины из патронных пачек. Обоймы быстрого заряжания пока поберегу. Броник, конечно, можно выбросить. Толку от него никакого, только вес, чтобы ветром не унесло. Так, потом замучаешься объяснять, куда дел. Тыловики точно отрапортуют: «духам» продал. Нужен он душарам, как петуху тросточка. Своего дерьма хватает. А в десятикратном размере платить никакого желания не возникает…

Рацию выключил, чтобы не сажать аккумулятор, достаточно одной работающей — у «Молчуна». В эфире все та же неразбериха. Управление силами напрочь отсутствует, так же, как и понимание обстановки. Как в мультфильме про Простоквашино: передача «Что? Где? Когда?» — не поймешь, кто и где находится, и когда этот бардак закончится…

…Часа через два-три наблюдения отмечаю: расслабуха у наших оппонентов приказала долго жить. Неизвестно откуда прибывший лейтенант выстроил свое воинство. Вздрючили его, видать, там, куда ездил. Не слышно, конечно, ничего, но и без того по жестикуляции понятно — идет грандиозный разнос. «И это правильно», как говорил последний генсек. Нечего прохлаждаться, когда мы рядом, пора бы им уже валить куда-то, создавать видимость кипучей деятельности, хоть под ногами мешаться не будут. Лежки наши не найдут, в этом я уверен. И мусор с собой забрали, жаль, что подходящего места прикопать, пока не нашлось. Уверен, воронку гады проверят в первую очередь. За лес тоже не боимся: мины снова находятся на своих прежних местах, да и не наследили…

Отлично! Рванули куда-то, взбодренные! Скатертью дорога! Правда, уверенности в том, что к ночи не вернутся, нет. Зато, помотавшись по жаре, бдительность резко поубавят, что нам только на руку. Ночью проверим лесок с поляной, заодно сразу и приманку захватим. Если просчитали верно, тут же и раскидаем. А уверенность в расчетах крепнет. На таком расстоянии деталей не различить, но патруль по периметру леса ходит. Что-то же они там охраняют? Хотя, может, там просто склад ГСМ находится, тогда поиски придется продолжать…

Словно накурившись анаши, «Рама» так и продолжает свой неспешный полет. Ой, как обманчиво ее неторопливое жужжание! Летчики обозревают огромную территорию, создавая тем самым для нас дополнительные трудности. Ведь недаром командирами в их экипажах ходят штурманы-наблюдатели, а не пилоты! С таким наблюдателем просто так по открытой местности не побегаешь. С каким бы удовольствием я ее «Иглой»[85] приголубил, чтобы не путалась под ногами. Только где взять это изделие? Не придумали еще, а жаль…

Пора уже и пути отхода продумывать. С этими летунами назад полями уходить проблематично. Придется на юг двигаться с выходом в леса, иначе нам удачи не видать. Как вариант — отработав ночью, снова переждать день в этом укрытии, а с наступлением темноты выдвигаться. Посовещавшись, на том и порешили. Время поджимать уже не будет, появится простор для маневров…

Ближе к вечеру лейтенант с подчиненными вернулись. Где их носило, неизвестно, но морды как будто копченые, напоминают по цвету сапог. Прибауток уже, как утром, не слышно, видать, притомились. Ничего, крепче дрыхнуть будут! Спасибо тебе, лейтеха, уважил! Как прибыли — сразу умываться и ужинать, а затем — на горшок и спать. Спокойной ночи! А мы ваш сладкий сон тревожить не будем, отдыхайте от трудов неправедных…

Как стемнело, я, Лыков, Ковальчук и Воронов с «Ботаником» спустились, взяв с собой оставшуюся клетку. Не спеша поползли в направлении намеченной цели. Метров двести по-пластунски пропахали, пока, наконец, не решились слегка привстать. Дальше пошло легче: бежать — не ползти. Расстояние до леса преодолели быстро. Примерно метров за двести — снова на пузо. Александра с Вороновым оставляем бдить, а сами, взяв с собой приманку, приближаемся к опоясывающей лес колючке. Метров за сто тормознулись, чтобы проследить график движения патруля… Усиленного, к слову, с караульной службой у немцев все четко.

Так, минут двадцать путь свободен, надо укладываться в этот промежуток. Пропустив солдат в очередной раз, двинулись к периметру. Опыт по преодолению ограждения уже есть, ничего нового изобретать не будем. Колышков, конечно, с собой взять не получилось: не из чего было сделать, но вместо них и ножи сгодятся. Приподняв нижний ряд, по очереди просачиваемся внутрь интересующей нас территории. Успели! Вот что значит опыт! Зольдатики пусть нас снаружи поохраняют. Только что-то тревожно на душе, слишком уж все легко прошло. Не думаю, что «фрицы» такие дураки, раз патруль ползает снаружи, значит следует ожидать сюрпризов. Скорее всего, мины, иначе охрана шастала бы внутри периметра. Вся надежда на нашего сапера, прокладывай, родной, тротуар…

Вот и все! Мины аккуратно сняты, разложены по сторонам, обозначая проход. На обратном пути вернем все на место. Что за черт? Никаких танков не видать, как ни напрягаем зрение — сплошняком стоят стога. Емкости для топлива в одном месте сосредоточены, похоже, укрыты маскировочными сетями. А сено-то для кого? Явно не для танков. И тут вспомнился фильм «В бой идут одни старики!», в котором это как раз и обыгрывалось: танки были спрятаны под копнами. Может быть, тут то же самое? Тем более, оказывается, внутри тоже патруль ползает, за каким он тут нужен, сено охранять? Думать можно что угодно, а без проверки не обойтись. Не запускать же наших питомцев неизвестно куда…

Пропустив мимо себя солдат, быстро, пригнувшись, преодолеваю расстояние до ближайшего стога. Благо, никого больше в поле зрения не наблюдается. Вгрызаюсь в сено, заделав за собой место входа. Пережидаю, пока немцы пройдут мимо, не привлекать же их внимание шумом. Аккуратно углубляюсь внутрь. Не так уж и далеко пришлось пробираться, рука касается танкового катка. С этим определились: как и в кино — под стогами танки. Остается уточнить: какие? А также: где экипажи и ремонтники? Танки погрызут, а хорошо, если еще проредят личный состав… Загнанная в угол крыса — страшная сила… Наощупь пробираюсь к передней части, плохо, что работать приходится вслепую, но не попросишь же «фрицев» показать, что там именно спрятано… Добираюсь до характерно скошенного листа лобовой брони. Сомнения сразу отпадают — они, родимые, «Пантеры».

Возвращаюсь, пропустив патруль и разбрасывая по пути приманку. Зачем рогатка, если есть более простой способ… Мины возвращены на свое законное место, по старой схеме преодолеваем ограждение, не забыв оставить угощение для питомцев «Ботаника» на всем протяжении пути. Остались пустяки — выпустить крыс на волю, что и было сделано, как только соединились с оставленными на подходе Александром и Вороновым. До убежища добрались без происшествий, старательно подчистив все следы.

Глава 14. «Наш путь подсвечен заревом пожаров…»

…Ненадолго же нас оставили в покое. Только успели мы с «Шурави» перекурить, как началось…

— К бою!

«Некраса» сгонять с обжитого места не стал, моментально нашел поблизости небольшое незанятое окошко типа вентиляционного, присутствующее в любом подвале, глянул в него и тихо охренел: душары совсем страх потеряли. Мы что, по их мнению, полужмурики, что ли? Ничего подобного, «кусаться» еще не разучились… Не совсем в полный рост, конечно, а так, пригнувшись, с десяток «духов» через дорогу борзо ломится в нашем направлении. Преодолев приблизительно половину пути, открыли в направлении пролома шквальный огонь, не жалея патронов. Тем, у кого позиции в этой дыре, несладко приходится. Да и нам на психику давит — мама, не горюй: рикошеты так по подвалу и верещат. Ну, что же, вы сами этого добивались. Огонь снаружи слегка поутих. Ну как же, магазины-то не бесконечные, их менять приходится, в результате плотность огня значительно снизилась. Тут мы «чехов» и причесали. Бросая убитых и раненых, откатились.