Любой ценой (СИ) - Хохряков Константин - Страница 31

— Хохол! Вы что так долго?

— Да вот, Василич с женой прощался. Не мог же я его подгонять. Горе у человека, понимать надо.

— Ну что, Поликарп Васильевич, поджигать будем?

— Жгите, хлопцы. Все одно, пропадет. А так, хоть польза какая.

— Давай, Хохол, запаливай! Хмурый, уводи людей подальше в лес! Скоро у немцев гранаты рваться начнут. Боевое охранение пока не снимать.

— Есть!

…Хорошо горит, большой костер получился. Будем надеяться: концы в воду, а точнее — в огонь. Разбираться, что тут произошло, фрицам придется долго…

Не зря меня подмывало быстрее уходить с хутора. Не подвело шестое чувство и в этот раз. Как в воду глядел. Не успели отойти, как послышался звук моторов. Охранение засекло два грузовика и мотоциклистов. До хрена же их пожаловало! Кажется, план отрыва пошел прахом. Срочно придется что-то новое выдумывать. Основную группу отправил вглубь леса, Трошину со Смирновым велел эфир по трофейной станции прослушивать, а сам с Лыковым вернулся посмотреть, что там фрицы делать будут.

Налетели, коршуны! Повылезали из машин, мечутся вокруг дома. А там — все пламенем объято. Даже рядом стоять невозможно от жара. Можете попробовать сунуться, если сгореть не боитесь! Да нет! Судя по всему, даже ожогов никто получать не намерен. А вода-то только в колодце, да и тот рядом с хатой, так что подойти — проблема. Ведро только одно, если в машинах нет. Не потушить вам, пока все не прогорит. Машина тоже полыхает… Вот, это классно! Бак рванул, жаль не зацепило, по-моему, никого. Ладно, нечего тут до самого конца торчать, уходить нужно, пока прочесывать не начали. Перестрелять бы их всех. Полным составом группы, да неожиданно труда большого не составит. Только это уже перебор будет. Такую тогда свору по нашим следам пустят, что никакое везение и навыки не помогут: сила солому ломит.

…Вернулись к остальным. Пока немчура занята, уходить будем, иначе можно в новое кольцо оцепления попасть. Нам это не улыбается. К чему лишний геморрой?

— Ганс. Что там нового фрицы поговаривают?

— Да, ничего особенного. Пока только передали о самом факте пожара, и что машина сгорела.

— А с кем связывались?

— Не понял пока. Позывной «Феникс». Передали, что никаких следов боя не обнаружено.

— Хорошо. На ходу слушать сможешь?

— Думаю, что смогу.

— Тогда на тебе контроль переговоров. Паук, помоги ему рацию пристроить.

— Есть.

Вовремя хорошая мысль меня посетила гильзы подсобрать, да уничтожить все следы нашего посещения. Вот, попали или нет в машину, когда стреляли, сказать не могу. Не посмотрел, каюсь. Хотя, после взрыва бака, вряд ли внимательно ее будут осматривать. Станем пока переговоры слушать и выводы из этого делать. Непонятно, кто такой «Феникс»? При следующем сеансе связи на большую землю о нем обязательно нужно сообщить, может что подскажут. Наша радиоразведка тоже ведь не дремлет.

— Все готовы? Тогда вперед. Хохол. Маршрут меняем, сейчас уходим на северо-запад, в сторону Первомайского. Крюк сделаем, чтобы следы запутать, а то ситуация пока очень уж непонятная. Случайная эта стычка, или просчитали нас? Немцев за дураков держать нельзя.

— Понял.

— Разрешите, герр гауптман?

— Входите, Хайнц. Что у вас?

— Герр гауптман. Вы приказали сообщать обо всех необычных происшествиях на контролируемой нами территории.

— Это в связи с делом о неуловимых русских диверсантах?

— Да, герр гауптман.

— Докладывайте!

— Сегодня около одиннадцати часов унтерштурмфюрер СС[54] Бауэр, командир взвода четыреста пятьдесят четвертой охранной дивизии, временно переданного в распоряжение начальника семьсот девятнадцатой группы тайной полевой полиции, с личным составом был направлен на хутор неподалеку от села Каза́чка для задержания местного лесника, который, согласно донесению старосты из Казачки связан с партизанами.

— И какая здесь связь с разведгруппой?

— Лесника должны были доставить к начальнику семьсот девятнадцатой группы фельдполицайкомиссару[55] Шайдлеру. Однако отряд назад не вернулся. Из-за невыхода на связь в контрольное время, отправленное следом за ними подразделение той же дивизии под командованием унтерштурмфюрера СС Шредера застало горящий дом лесника. Наших солдат возле дома обнаружено не было. Машина, на которой выехало подразделение Бауэра, стояла возле дома и также горела.

— Это уже интересно, продолжайте.

— Когда солдаты Шредера пытались потушить пожар, взорвался бак автомашины, несколько солдат получили ожоги. Затем последовали взрывы в доме, несколько человек были ранены и обожжены разлетающимися горящими обломками. Когда дом прогорел, так как потушить его не было никакой возможности, на пепелище обнаружили только обугленные человеческие кости и обожженные металлические части оружия, пуговицы, пряжки и тому подобное. Установить причину пожара не смогли.

— Я не представляю, каким образом данное происшествие можно связать с русской разведкой? Какие-либо следы боя были обнаружены?

— Нет, герр гауптман. Поблизости от жилья лесника не нашли даже гильз. Но такая же точно ситуация была и возле брода. Там тоже не было никаких следов русских.

— Там преследующая группа предположительно попала в хорошо подготовленную засаду, и был, по нашему мнению, спровоцирован бой между ними и подразделением у брода. Так что события не совсем похожи. Следы боя у брода все-таки имелись. Дорога оказалась заминирована, и на деревьях обнаружены следы взрывных устройств. Сами по себе они там появиться не могли. Вы не согласны?

— Нет, герр гауптман. На месте сгоревшего дома обнаружены обгоревшие черепа двадцати одного человека. Это как раз соответствует количеству выехавших за лесником людей: девятнадцать солдат, один офицер и староста. Следовательно, лесник скрылся. Один бы он уничтожить такое количество вооруженных и хорошо подготовленных людей не смог. Есть еще вариант. Он маловероятный, но сбрасывать со счетов его нельзя. Лесник тоже может находиться в числе погибших. Но тогда выходит, что не хватает кого-то из солдат или унтер-офицеров. Таким образом, в группе мог находиться агент русских, который, используя внезапность нападения, перебил солдат, а затем скрылся. Но в любом случае, ему кто-то должен был помогать. Следовательно, диверсанты все же были там.

— Это могли быть партизаны. Вы сами сказали, что лесник с ними связан.

— По нашим сведениям, в настоящее время на контролируемой территории партизан нет. Действовавшие ранее отряды либо уже ушли за линию фронта к регулярным частям большевиков, либо отошли на запад. Если же предположить, что бой у брода был только отвлекающим маневром русских, то тогда все встает на свои места. Диверсанты не пошли к Боровой. Они только заставили нас так подумать и бросить в этом направлении все силы. Если посмотреть карту… Айн момент… Они продолжают двигаться на юго-запад. Следовательно, сведения, полученные от агента в русском штабе, неверны…

— Продолжайте, обер-лейтенант[56]. Мне известно, что вы прекрасный аналитик. Именно поэтому вас и поставили моим заместителем.

— Спасибо, герр гауптман. Я хочу сказать следующее: переданная источником информация практически не нашла подтверждения. При переходе линии фронта произошла первая осечка. Разведгруппу не смогли даже засечь. Можно предположить, что переход через линию фронта состоялся совершенно в другом месте, чем указал агент. Это — первый прокол. Второе: информация о подрыве склада ГСМ тоже оказалась ложной. О том, что диверсанты все же были там, мы предполагаем, исходя из факта внезапной и непонятной смерти от сердечного приступа двух полицаев. А может у них просто отказало сердце от некачественной самогонки?

— Тут я могу с Вами поспорить, Хайнц. Я лично присутствовал при осмотре трупов. Один из полицаев был чем-то сильно напуган. Причем, до такой степени, что он элементарно испачкал штаны. Русские это называют…м-м-м болезнь медведя… Вы знаете?