Призраки Эхо (СИ) - Токарева Оксана "Белый лев" - Страница 27

— Ну, тихо, все хорошо! Ну, подумаешь, а то я русалок в своей жизни не видел! Что же ты сразу не сказала?

Он городил какую-то чушь, покрывая поцелуями ее руки и лицо, тщась осушить безудержные слезы.

— Это неправильно! — всхлипывала Кристин, выплескивая накопившуюся обиду. — Я выгляжу как нормальный человек, а на самом деле я урод!

— Да кто тебе это сказал? — возмутился Пабло. — Те придурки из бара?

— Ты ничего не понимаешь, — горько разрыдалась Кристин. — Ты в городе совсем недавно и не знаешь, какое тут жесткое разделение.

— На «чистых» и «нечистых»? Это я очень даже ощутил. И не только вчера, — фыркнул Пабло, отплевывая воду, попавшую во время их борьбы в нос и рот.

— Если кто-нибудь узнает… — начала Кристин.

— Я никому не скажу, — пылко заверил ее Пабло. — А ты должна запомнить, для меня ты есть и будешь самой лучшей. И никакой другой мне не надо! Мы обязательно выберемся отсюда, и я отвезу тебя к океану, где ты сможешь плавать хоть круглые сутки, и никто не посмеет тебе сказать, что ты не такая, как все, — убеждал он ее, когда она немного успокоилась, и сам верил в свои слова.

Прижимая возлюбленную к себе, массируя плечи и спину, из которых постепенно уходило напряжение, он представлял, как вольготно и свободно она сможет почувствовать себя не в тесном резервуаре бассейна, а на океанском просторе. Он почти воочию видел улыбающееся милое лицо, окруженное радужным ореолом пронизанных солнцем воздушных пузырьков. Ощущал под пальцами волосы, похожие на россыпи янтаря с Новонормандского побережья.

— Когда мы навсегда покинем этот мир тьмы, я отвезу тебя на Сербелиану, — убеждал он Кристин, развернув голограммы семейного архива на наручном планшете. — У меня дом на алмазном побережье возле самого берега. Там есть причал, площадка для антигравов и лестница для дайвинга, ведущая на глубину. Я давно мечтал более серьезно освоить этот вид спорта, а тебе даже не требуется акваланга. Мы сможем погружаться хоть каждый день, совершать заплывы между скал, исследовать пещеры, которые после терраформирования образовались на месте метеоритных кратеров. А вечерами нам никто не помешает гулять в саду или сидеть с друзьями на заплетенной виноградом террасе.

— Чтобы погружаться на большие глубины, мне все равно понадобится дыхательная смесь и специальное оборудование, — решила подыграть ему Кристин, с неподдельным интересом разглядывая снимки.

— А тебе обязательно хочется на глубину? — удивленно глянул на нее Пабло, устраивая ее голову у себя на груди. — Мне кажется, по своей специальности ты найдешь немало интересного и на мелководной части материкового шельфа.

— Но сначала надо как-то обмануть черную звезду, — посерьезнев, испытующе глянула на него Кристин. — Если ты не шутишь, — добавила она с мольбой, — найди, пожалуйста, информацию об «Эсперансе», как тебя просил мой отец. Двигатель этого корабля единственный может преодолеть притяжение, но доступ к звездолету для большинства жителей города с некоторых пор закрыт.

Пабло кивнул, мысленно понимая, о ком его предупреждает любимая и с кем в этой игре, возможно, придется схлестнуться. За прошедшие восемь лет методы дельцов из «Панна Моти» не изменились. Насчет отца Пабло тоже не удивился. Он же еще накануне заметил сходство и теперь вспомнил, почему загадочный пришелец показался ему смутно знакомым. Эх, и как его угораздило за несколько месяцев жизни под Куполом так и не удосужиться узнать фамилию любимой. Впрочем, он смутно ощущал, что имя создателя города кое-кто из его нынешних руководителей хотел бы просто забыть.

Трагическая история «Эсперансы», капитан которой надеялся вывезти из гибнущей колонии на Лее свою семью, но только погубил экипаж и всех пассажиров, когда-то всколыхнула общественность Содружества. Даже годы спустя во время учебы в Академии Звездного флота они с сокурсниками обсуждали, насколько правомочно действовал командир корабля, нарушив все мыслимые и немыслимые инструкции, и какие ошибки допустили чиновники эпидемиологической службы Ванкувера, завернувшие звездолет, которому по правилам карантина следовало лечь в дрейф на внешней орбите и дождаться прибытия врачей. Маркус Левенталь отправился на Лею, чтобы на этой непригодной для жизни планете провести испытания новой модели двигателя и системы боеголовок, и в эпицентре эпидемии оказался почти случайно.

— Как он выжил? — рассеянно поинтересовался Пабло, когда они с Кристин после душа завтракали свежими овощами и белковыми полуфабрикатами.

— Он и сам долгое время не мог понять, — рассеянно ответила Кристин, погружаясь в прошлое. — Когда отец остался на корабле один в окружении мертвецов, какое-то время он просто сидел и ждал смерти, пока не истекли все сроки инкубационного периода. Тогда он вышел на пустошь и, вероятно, погиб бы, если бы его не повстречали люди из первого поселения, среди которых оказалась и моя мать Эгле. Она не только выходила Маркуса, поскольку тот умирал от истощения, но и обнаружила в его крови антиген к синдрому Усольцева, происхождение которого объяснить так и не смогла. Тем более что в поселении для врачей и биологов хватало и другой работы. Вскоре после моего рождения началось строительство города с использованием модулей и конструкций, предназначенных для новой колонии на Лее.

Кристин ненадолго прервалась, подкладывая Пабло добавку и разливая им обоим синтетический кофе. Занятая этими обыденными домашними хлопотами, она выглядела настолько умиротворенно и так уютно, что Пабло внутренне просиял от умиления. Хотелось, чтобы это их первое совместное утро продолжалось день ото дня до глубокой старости. Желательно на Сербелиане или на любой из планет Содружества. Впрочем, родители Кристин, судя по всему, сумели обрести счастье и на орбите Черной Звезды, изменяя окружающий мир и приспосабливая его под себя.

— Десять лет ушло на то, чтобы возвести биосферный купол, построить горно-обогатительный комбинат, оборудовать плантацию и ферму, — продолжала Кристин, укладывая волосы в строгий узел и поправляя на шее предохранявший жабры воротник с эффектом гидролизации.

Накануне она решила обойтись без этого слишком заметного в вечернем наряде приспособления и поплатилась острым кислородным голоданием.

— Потом отец начал потихоньку думать о том, как перевооружить «Эсперансу», используя модули от двигателя нового типа, которые так и дожидались своего часа в грузовом отсеке. Мама полностью ушла в мое воспитание и выведение новых сортов растений, — продолжила Кристин, прибирая со стола. — За это время в большом мире открыли несколько типов вакцин, поэтому отец свой иммунитет принял как данность и даже стал этим гордиться. Недавно выяснилось, что его антиген идентичен сольсуранскому.

— Но как это возможно? В те годы, когда пропала «Эсперанса», о существовании цивилизации в системе Васуки не знали ни в Содружестве, ни в Альянсе!

Хотя Пабло никогда не интересовался тонкостями вирусологии, работа по выделению из крови жителей травяных лесов антигена, на основе которого была создана так называемая антивакцина, происходила у него на глазах и при его непосредственном участии.

— Не стоит забывать, что Васуки в течении двадцати с лишним лет использовали в качестве базы пираты окраинных миров, — напомнила Кристин. — А обнаруживший червоточину Саав Шварценберг, прибытие которого в треугольник Эхо обсуждают уже вторые сутки — близкий друг и одноклассник моего отца. В одну из последних встреч они то ли в шутку, то ли всерьез совершили ритуал побратимства, сделав на запястьях надрезы и смешав кровь, что в конечном итоге спасло отцу жизнь.

Пабло только потрясенно взъерошил влажные после душа, непослушные волосы.

Как же в этом закрытом мире все переплелось, сколько роковых ошибок и упущенных возможностей оказалось похоронено на этом кладбище погибших кораблей!

Если бы Саав Шварценберг не находился в Галактическом розыске, а чиновники с Ванкувера не завернули «Эсперансу», вакцину от синдрома Усольцева удалось бы создать на десять лет раньше, и это помогло бы спасти сотни тысяч человеческих жизней. Кроме того, если бы Маркус Левенталь довел работу над новыми боеголовками до конца, возможно, Дин, Петрович, Клод и другие члены экипажа «Мерани» не попали бы в зону экзотической материи и не стали жертвами отдачи.