Сердце Греет Холодная Сталь (СИ) - Корнелий Луций - Страница 61

"Минус один".

КПВ отскочил назад, чувствуя как льется по спине пот и щиплет раны на лице. Возникло желание отступить, передохнуть.

"Нельзя. Запрещено!" — приказал себе Кириллов.

Он был уверен, что силы, проснувшиеся в его теле это последние резервы. Стоит сбавить темп и он больше не встанет. Передышки бесполезны, подкрепления не будет. Остается только драться пока не упадешь.

— Ааарааарара!

Издав абстрактный боевой рык, КПВ снова ринулся в бой. Место выбывшего стража занял следующий. У него даже имелся небольшой медный щит, а вместо второй руки полуметровый граненый штык.

Бронза царапала сталь и титан. Опять рвалась покрышка бригантины.

"Хватило бы сил. Превозмогаем!"

В происходящем мало было от благородного искусства фехтования. Удар ломом требует больше силы, чем сноровки. Так кажется на первый взгляд, но вот неудачный угол и оружие соскальзывает в сторону не причинив скелету особого вреда. Силы потрачены впустую. Лишь звон разнесся по древним коридорам. Ответом стал довольно точный укол в лицо. Штык корябнул по нижней челюсти, но укрепленные кости выдержали.

"Нет, нет, не собираюсь я помирать. Только после вас…"

Пусть последним будет яростный прыжок –

Хватит силы для рывка.

Смерть и слава, погибает старый волк,

Разрывая криком облака!

Злость и осознание скорой смерти придали угасающему телу сил. Дальше ничего не будет. Нечего беречь мышцы.

Удар и щит скелета повис на медной проволоке, узлы которой были растянуты крушащей силой человека. Удар и с плеч голову. Крепление просто не выдержало.

КПВ наклоняет голову, бронзовый меч врага скользит по древнему шлему.

И тело уже жалеть на надо. Два слоя брони. Металл снаружи и укрепленные кости внутри. Не так то просто убить воина света.

"Размен, идем в размен. Обоюдки, обоюдочки!"

Звучали разом звон и музыка в голове. Сыпались удары в обе стороны. Посреди подземелий древнего Ангбанда мертвецы уже состоявшиеся дрались с мертвецом будущим. Сражались в одном никому неизвестном эпизоде бесконечной войны тьмы и света. Бой без пощады, сожалений и особого смысла, кроме удовлетворения жажды битвы обеих сторон.

"Минус пять!"

Руки орудовали ломом уже с заметным трудом. Что-то видимо порвалось внутри от чрезмерных усилий. Мышцы или связки.

"Похер, воюем!"

Шестой скелет ткнул широким клинком в область паха, а булавой на другой руке целил в плечо. Первый удар КПВ сбил ломом, второй принял, игнорируя звон в ушах. Подсечка скелету под колено и сокрушительный удар лома сверху вниз. На следующего Кириллов просто попер. Рванул так, что нормально уколоть двумя штыками медный воин не успел. Контрмерой стал чудовищной силы удар от пояса.

"Минус семь!"

Но с силой КПВ переборщил. Правая рука вдруг перестала отзываться на приказы мозга должным образом.

"Бля…"

Орудовать ломом на том же уровне одной левой было сомнительно. А правая рука однозначно сказала пока. Впрочем враг оставался один. Достаточно крупный скелет с молотом и клинком.

— Бугурт, нахуй! — заявил Кириллов и просто влетел во врага. Встречный удар неплохо контузил, но КПВ отточенными движениями повалил скелета на камни и сам последовал за ним. Ещё работающей левой стянул шлем с врага. Благо на медную проволоку они их закрепить не догадались.

— Охуенно повонзались, Больг. — подытожил КПВ и ударом латной перчатки разбил лакированный череп вместе с колдовским символом. Скелет замер и человек тоже. Тело тут же растеряло остаки сил. Бой закончился. КПВ победил? Сложно это назвать победой, но он чувствовал себя триумфатором наравне с древними стражами, которые вопреки смерти продолжили свою службу.

Глаза сами собой закрывались. Сознание проваливалось в темноту из который, возможно, уже не вернется…

Глава 25 Избранный, но заменяемый

"Невыносимая легкость бытия…"

"О чем эта фраза? Что значит? Откуда я это помню?.."

Ответов нет. Лишь тьма, пустота и полуосознанные попытки разума что-нибудь понять. Затем пустоту заполнили сны. Вокруг была темнота, тишина и спокойствие. Снился дождь барабанящей в ночи по карнизу и тяжелые шторы на занавесках в старой комнате, где он спал ещё ребёнком. Снился бледный свет пасмурного дня и пустые улицы за окном, гул машин и поездов. В этом состоянии не было ни хорошо, ни плохо. Спокойной… И просыпаться совсем не хотелось.

— Эк тебя отпиздили…

Эти слова были первым, что КПВ смог воспринять осознано. Голос был знаком. Вслед за голосом пришёл образ. На широком пне посреди леса, окутанного сумерками, сидел Гранни. Гном размеренными движениями набивал трубку.

— Мне Марк, как-то пояснял разницу в побили, отмудохадли и отпиздили. Занятная у вас речь.

— Я уже помер? — спросил КПВ сквозь дрему.

— Да не. Еще несколько часов помучаешься. — "утешил" Гранни. — А потом сюда.

КПВ оглянулся. Между широких стволов скользили невесомые тени. Легкие шаги и шорох трав доносились со всех сторон.

— И как здесь? — спросил КПВ.

— Ничего тут нет. — с досадой произнес гном. — Одна сплошная кровища и лазанье по кустам.

— Не слушай его. — вступил в беседу еще один голос. Гулкий и звонкий, он разносился над лесом словно звук охотничьего рога. Во мраке чащи горели звездами глаза божества. — Ему здесь нравится, хотя он никогда не признает этого. Такова его натура.

— Натура как натура. — обиделся гном. — Но ведь можно добавить сюда хоть какой-нибудь… ну дом. Там, трактир. Чтобы выпить нормально. Посидеть не на пне. С кем-то поговорить. Познакомиться. А то одно мельтешение по кустам…

— Звучит не так уж и плохо. — усмехнулся КПВ. — Я не помню когда последний раз видел кусты. Наверное, на острове ебучего Лара. Ну помнишь…

— Помню ли?! — взвился гном. — Да меня там пришибло. Такое запоминается.

— Кстати… — обратился КПВ уже к богу охоты. — А со мной как? Наглухо?

— От тебя зависит… — пронесся над деревьями шепчущий голос.

— Реально? — с сомнением усмехнулся КПВ. — Меня же там проклятым мечом пырнули? Или вы меня таки можете вылечить?

Ни гном, ни Верховный Охотник с ответом не спешили. Внутри нарастало неприятное ощущение. Пока смутное, но очень навязчивое.

"А, ну да, я лежу там весь отпизженный, но пока живой. Видимо часть боли доходит таки".

— Как зверь, скрывшийся от охотника, как птица, вырвавшаяся из силков, ты должен сам спасти себя… — наконец ответил Охотник. Его мерцающие глаза то гасли в тёмной чаще, то появлялись в другом месте.

— Каким интересно образом? — поморщился рыцарь. Ему нужны были не загадки, а срочная медицинская помощь. Лучше даже срочная магическая медицинская помощь.

— Запоминай…

Образы видения вспыхнули с неожиданностью ружейного выстрела за спиной. КПВ лицезрел себя, лежащего на полу подземелья Ангбанда. Затем видение двинулось вперед по коридору. Зал, где некромант когда-то превратил орков в нежить, поворот налево, ещё коридор, железные решётки рассыпались ржавчиной, лестница вниз, груды золота и… Свет. Яркий, тёплый, практически осязаемый. Там что-то было, что-то важное.

Видение оборвалось.

— Я должен пойти туда? — уточнил КПВ. — Что там? Что я должен сделать?

Нет ответа. Лес замолк и звездные очи погасли. Кажется, Верховный Охотник сказал все, что хотел.

— Мля… Ладно, будем действовать по обстоятельствам. — вздохнул КПВ. Надо было просыпаться, но просыпаться не хотелось. Там, за воротами яви ждала боль. Её щупальца уже вполне активно пробирались и в царство сна. — А что это за неприятное чувство? Рана от проклятого меча?

— Тебе хочется ссать. — со обычной своей тактичностью ответил Гранни. — Коли не готов помереть в мокрых портках, то просыпайся уже. Сюда ты ещё успеешь. Вали давай.