Владычица Ночи: Дитя Смерти - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 9

Но сама Юрана далеко не сразу подпустила к себе кормилицу. Если Менестрес она доверилась сразу и безоговорочно, то при виде Мары довольно долго пряталась за свою приемную мать, чем немало огорчала женщину. Маре пришлось шаг за шагом завоевывать расположение девочки. Но засыпать Юрана могла только с Менестрес.

Что до своего отца, то девочка почти не заговаривала о нем. Во многом потому, что вообще практически не говорила. Королева уж подумала было, что Юрана легко восприняла разлуку, ведь она так мала, когда произошло событие, просто выходящее из ряда вон.

Глава 7.

Менестрес с Бамбуром в тот вечер спустились к источнику – вампирша не могла забывать и о королевских обязанностях. Юрана осталась с кормилицей. Когда Менестрес уходила, девочка спала. Но, поднявшись из катакомб во дворец, королева заслышала какой-то шум.

– Похоже, что-то случилось, – Менестрес переглянулась с Бамбуром. Тот одним мимолетным движением выхватил меч, с которым никогда не расставался, и проговорил:

– Позвольте…

Договорить он не успел, так как в зал вбежала Мара. Упав перед королевой на колени, она быстро заговорила:

– Простите! Простите Ваше Величество! Я не уследила!

– Что случилось, Мара? Что-то с Юраной?

– Я думала, она спит, а она… она убежала…

– Как? Куда?

– Менестрес, все равно ей не выбраться из дворца, – попытался успокоить королеву Бамбур.

– Знаю, но ее нужно немедленно найти!

Вампирша умчалась из зала. Поиски оказались несложными. Менестрес прекрасно слышала девочку. У той еще не хватало сил уйти далеко. Она же еще совсем крошка.

Когда королева нашла вою подопечную, та бегала по коридору, открывая дверь за дверью и выкрикнула лишь одно слово:

– Папа!

Юрана искала отца. Вампирша подумала, что прошло еще слишком мало времени, чтобы девочка успела смириться с разлукой. Но в этот момент она услышала приближающиеся шаги, а секундой позже посреди коридора просто из воздуха соткалась фигура в черном плаще. Танат.

Смерть подхватил девочку на руки, и вампирша услышала его приятный, глубокий голос:

– Что ты, девочка моя? Испугалась?

Юрана быстро закивала, спрятав лицо у него на груди. Но плакать тотчас перестала. До Менестрес донеслось ее тихое:

– Мне приснился страшный сон.

– Ну-ну, Юрана. Я же говорил, что нужно делать в таких случаях. Тебя никто не посмеет обидеть.

– Ты защитишь меня?

– И я, и, прежде всего, Менестрес.

– Не уходи тогда, – девочка шмыгнула носом.

– Не могу, моя родная. У папы очень много дел. Ты же знаешь, ты же у меня умненькая.

– Я хочу с тобой.

– Нельзя Юрана. Нельзя. Разве тебе не нравится здесь? Посмотри, какой красивый дворец. Он ведь так похож на наш.

– Угу.

– И Менестрес заботиться о тебе.

– Она милая.

– Вот. И ты не расстраивай ее. Не нужно было убегать сегодня, и вообще убегать. Нужно быть послушной девочкой. Хорошо, Юрана?

– Но я услышала тебя.

– Я знаю. Но больше так не делай. Договорились?

– Угу.

– Вот и замечательно, – Менестрес улыбнулась, подойдя к ним двоим.– Ты сильно напугала меня, Юрана. Я волновалась.

Девочка скорчила виноватую рожицу, так ничего и не сказав, но безропотно перешла с рук Таната на руки Менестрес, которая проговорила:

– Пойдем-ка спать, маленькая. Поздно уже. А папа поможет тебя уложить.

– Конечно.

Они вдвоем стояли у кроватки девочки, ожидая, когда та заснет. Надо сказать, засыпала Юрана с улыбкой на своей лукавой мордочке.

– Она очень милая, – едва слышно отметила Менестрес.

– О, да!

– Юрана действительно почувствовала ваше приближение?

– Да. Один из ее талантов. Со временем появятся и другие.

– Другие?

– Она пока слишком мала, но со временем сила начнет просыпаться в ней. Если бы я точно знал, когда это случится! Но увы… время мне неподвластно.

– Ничего, я буду рядом. Постараюсь быть, – пообещала королева.

– Спасибо. И все-таки есть одно "но".

– Какое?

– Сила Юраны будет огромна. Возможно, достаточная, чтобы уничтожить этот мир дотла. Я даже уверен в этом, если учесть, что ей подвластна Коса Смерти. Я не знаю, какой путь выберет моя дочь… Юрана должна выбрать сама. Но… – Танат запнулся, переводя дыханье, – Но если она создаст угрозу этому миру, поставит его на грань уничтожения, то… то убейте ее.

– Простите, что вы сказали? – Менестрес подумала, что ослышалась.

– Если Юрана вздумает использовать Косу Смерти для разрушения мира – уничтожьте ее. Убейте своей Косой. Я знаю, что отцовская просьба убить родную дочь звучит ужасно, дико, но так… нужно.

Менестрес помолчала некоторое время, потом тихо сказала, не смотря на Таната:

– Я понимаю вас. И, если обстоятельства сложатся подобным образом, постараюсь исполнить вашу просьбу.

– Спасибо. Но я очень надеюсь, что этого не понадобится.

– Надеясь на лучшее – готовься к худшему.

– Именно так, – едва заметно кивнул Танат, и, вновь накинув капюшон, добавил, – К сожалению, мне пора. Я постараюсь почаще навещать Юрану, но не знаю, будет ли для нее это лучшим выходом.

– О чем вы?

– Возможно, мне лучше вообще больше не появляться здесь. Исчезнуть из ее жизни, чтобы не причинять боль своими визитами.

– Решать вам, но ведь пройдут годы, Юрана вырастет, проявится ее сила, и ей нужны будут ваши советы, как управляться с ней. Я постараюсь помочь, чем только возможно, но мой род силы несколько иной.

– Вы правы. Я подумаю об этом. А пока прощайте.

И Танат исчез. Королева перевела взгляд на мирно спящую девочку и подумала, какой та кажется хрупкой, они и есть хрупкая. Поэтому с трудом вериться, что Юрана является вместилищем столь огромной силы. Ведь она совсем еще ребенок. И этот ребенок может стать угрозой миру… а может стать избавительницей.

В этот самый миг Менестрес окончательно поняла, что должна достойно воспитать эту крошку, иначе, если Юрана выберет неверную дорогу, ей придется срезать этот юный цветок…

А Юрана спала… спала и даже не догадывалась, как много на нее возложено и какие испытания ожидают.

На следующий день во дворец вернулась Немезис. Вампирша, давняя подруга Менестрес. Они были почти ровесницами и знали друг друга с детства. Правда, в последнее время Немезис много времени проводила в своем поместье – готовилась стать главой клана Гаруда, к которому принадлежала с рожденья.

Правда их отношения чуть охладели с тех пор, как Менестрес взошла на престол, но королева надеялась уладить это, поэтому и вызвала Немезис. А еще потому, что хотела, чтобы вампирша тоже приняла участие в воспитании Юраны. В воспитании именно как девочки. Хотя, возможно, ее воспитаннице это и не будет нужно.

Встреча прошла очень тепло. Менестрес впервые задумалась, что, возможно, ей не хватает подруг. Конечно, у нее с Лорой замечательные отношения, но Лора прежде всего ее птенец, а это во многом определяет линию поведения. К тому же Менестрес прежде всего королева, и, следовательно, не может себе позволить излишне либеральничать. Обладая столь огромной властью, приходится отказываться от некоторых личных радостей.

Менестрес не жаловалась и не собиралась ничего бросать, но порой становилось грустно… Вот она, одна из самых главных причин, по которой вампиры творят себе подобных, творят птенцов – желание убежать от подобной печали, прервать одиночество, обрести близкое существо. Но сейчас Менестрес было не до этого – появилась та, о которой нужно заботиться денно и нощно. Юрана.

Отзываясь на любовь Менестрес, девочка тянулась к вампирше. Юрана была не очень шебутным ребенком и зачастую замыкалась в себе. Сидела тихонечко в уголке, молчала и смотрела куда-то, словно видела недоступные другим миры. И только Менестрес могла вывести ее из этого состояния. Она брала девочку на руки, и они шли в сад.

Как-то само собой так получилось, что вампирша вспомнила все те сказки, которые когда-то рассказывали ей, а ведь тысяча лет прошла, и теперь рассказывала их Юране. Девочка, при всей непоседливости ребенка, всегда слушала очень внимательно. Возможно, дело было в чарующем голосе Менестрес, возможно – в самих сказках, но Юрана ловила каждое слово.