Шериф и его кот (СИ) - Башибузук Александр - Страница 47

— Поджигали фитиль, — сделал вывод Хикок. — А то, что ёбнуло в руках — так это не удивительно.

— Мне кажется, — заметил Холлидей, — что сначала был выстрел.

— Да какой там выстрел, просто рвануло в руках, да и всё…

Стрелки заспорили, но я не стал их разнимать и поплёлся искать Ленни Фарелла.

Помощник нашёлся возле сортира, в метрах пяти от позиции.

Быстро осмотрев парня, я сделал вывод, что он цел, но находится в банальном обмороке.

Звонкая затрещина быстро привела паренька в чувство.

— Я не хотел, шериф!!! — едва открыв глаза, торопливо зашептал он. — Не надо мне задницу рвать, пожалуйста.

— Что не хотел? — я сковырнул с фляги колпачок и сунул её ему в руки.

— Не хотел… — Ленни хлебнул, закашлялся и просипел, широко разводя руками. — Ну… чтобы бум! Чтобы так пиздануло.

— Подробней, сынок.

— Ну…

— Подковы, гну. Напомнить про жопу?

— Простите, шериф. Ну… я увидел, как один из них чиркнул спичкой, а потом стал раскручивать на верёвке что-то с горящим фитилем. Ну… — Фарелл повинно опустил голову, — я и выстрелил. Оно и ёбнуло…

— Святой Иисус… — ахнул Хикок. — Парень в темноте попал прямо в связку динамита…

— А куда ты стрелял? — Холлидей присел рядом с Ленни.

— Ну, в эту штуку, что с фитилём… — опасливо косясь на меня, признался Фарелл. — Я могу…

Я просто покачал головой и приобнял паренька.

Ну что тут скажешь…

Таким образом, упокоенных говнюков стало двенадцать. И я по-прежнему не открыл свой счёт. Вот только уложить их трупы для демонстрации возле офиса уже не представлялось возможным в виду некоторой фрагментации вышеупомянутых. Да и саму доску со списком разломало нахрен.

Потом пришлось утихомиривать горожан и владельцев пострадавшей собственности, но с этим я справился быстро и решил категорически нажраться.

Как ни крути, самое лучшее средство от нервных потрясений — это алкоголь. Вот только есть очень реальный шанс быстро спиться, потому что грёбаный Дикий Запад — это одно сплошное нервное потрясение.

Док Холлидей и Дикий Билл Хикок с моим желанием единодушно согласились, и мы направились в ближайшее питейное заведение, то есть в салун старины Блюхера. По пути к нам присоединились Мусий и Муна. Война войной, а салуны мои пушистики просто обожают.

Дочь хозяина быстро притащила в приватный кабинет сковороду жареных сосисок, а сам Вилли, бутылку настоянной на анисе водки, производства моей винокурни.

Я наколол пару сосисок на вилку, раздал их котанам, а потом взялся за бутылку.

— Как говорится, чтобы не последняя!

— Ваши тосты надо записывать, Бенджамин, — Хикок провёл стаканчиком под носом. — О! Новый сорт? Приятно пахнет…

— Обычная водка… — я тоже взял стакан, но его, совершенно неожиданно, выбил из моих рук Мусечка. И принялся истошно орать на пару с рысихой.

— Тоже хотят, — хохотнул Дикий Билл. — Налейте, Бенджамин.

Мусий хладнокровно понюхал лужицу и брезгливо фыркнул.

— А по морде? — я уже совсем собрался приструнить вконец охреневшего котяру, но тут, опять же неожиданно, понял, что водка сильно пахнет… не анисом, а пахнет миндалем.

Схватил бутылку, глянул на свет и заорал стрелкам.

— Не пейте!

На донышке чётко просматривались ещё не растворившиеся маленькие прозрачные кристаллики.

— Что такое? — Док Холлидей понюхал свой стакан, поднял на меня глаза и тихо поинтересовался. — Пахнет миндалем. Цианид?

Я кивнул и потащил из кобуры револьвер.

— Как-то мне уже не очень хочется оставаться в это сраном городишке… — Хикок сплюнул. — Одно дело умереть от пули, а совсем другое выблевать из себя все кишки.

— Что-то ещё, джентльмены? — в этот момент в кабинет заглянул Блюхер.

— Иди сюда, Вилли… — я поманил хозяина, потом налил в стакан водки и подвинул его к нему. — Выпей за наше здоровье.

— Почему, не выпить с такими людьми? — Вилли солидно оправил усы и взял стаканчик. — Прозит, как говорят у нас в Мекленбурге!

Я сразу понял, что старик здесь ни причём и едва успел выбить стакан из его руки.

— Шериф?

— Водка отравлена.

— Что? — Блюхер недоуменно на меня уставился. — Я вас уважаю, шериф, но вы несёте какую-то срань.

— Я не шучу, Вилли. Кристаллы цианида ещё не растворились, значит его подсыпали совсем недавно, а ты принёс открытую бутылку. Кто сорвал с неё сургуч? Советую напрячь память.

Хозяин салуна мертвенно побледнел и тихо выдавил из себя.

— Мистер Вайт… шериф… это я сделал…

Я встал и подошёл к нему.

— Не ври Вилли, если бы ты отравил водку, ты не стал бы её пить.

Старик мотнул головой.

— Нет, мистер Вайт. Это я сделал…

Я вдруг догадался, кого Блюхер так старательно может выгораживать.

— Грета сорвала сургуч? Так…

Вилли смолчал.

Через пару минут Дикий Билл и Док Холлидей притащили дочь хозяина салуна, глухонемую Грету. Глухонемую и почти полностью полоумную.

Через Вилли удалось выяснить, что цианид две недели назад ей передал её жених, чтобы отравить меня. Взамен он пообещал на ней жениться и увезти в Нью-Йорк.

Личность таинственного жениха, которого не знал даже её отец, выяснить так и не удалось. Грета, похоже, тоже сама не очень понимала, кто это такой. И вообще, считала женихами всех, кто ей хоть раз улыбнулся.

На этом расследование окончательно зашло в тупик.

Глава 23

— Принимайте эти порошки по утрам после еды, миссис О`Лири и, с божьей помощью, мы справимся с вашими суставами…

— Я перестала надеяться на этого джентльмена… — сухенькая старушка в старомодном капоре, сердито фыркнула и ткнула скрюченным от подагры пальцем в потолок, — ещё после того, как он забрал моего первого мужа. Ох и идиотом же был Джонни. Впрочем, второй и третий были такими же тупыми говнюками. За четвёртого даже говорить не буду, этот придурок вечно путал свою шляпу с кастрюлей.

Сестра Коранфила тихо хрюкнула и зажала себе рот, чтобы не расхохотаться.

Я тоже улыбнулся и поинтересовался у старушки.

— И сколько же у вас было мужей, миссис О`Лири?

— Сколько? — вдова озадаченно оттопырила губу. — А я их что, считала? Вроде пять. Или шесть? Точно шесть, если учитывать нынешнего дурачка Абессалома. Охо-хо, совсем стала на голову слаба. Ну я пошла, мистер Вайт, дай вам Господь долгой жизни…

Вдова, подпирая себя в поясницу рукой и страдальчески покряхтывая потащилась на выход.

Я откинулся на спинку стула и начал набивать трубку табаком. На следующий день после аннигиляции Дьякона Джима с его ребятами, я счёл, что слишком увлёкся обязанностями шерифа и объявил приём в клинике. Всё же я не только шериф, но ещё и доктор. А личному составу дал денёк на отдых. Впрочем, некоторые меры предосторожности всё-таки предпринял.

На входе вдруг бабахнул выстрел, а следом сразу второй.

Из подсобки вылетели с шестизарядниками доктора Беркович и Тернер. Сестра Коранфила тоже выхватила из-под стола лупару.

Я уже было подумал, что в город пожаловала очередная банда, но в действительности всё оказалось гораздо проще и забавней.

— У этого сраного ублюдка торчал дробовик из-под куртки… — миссис О`Лири, держа древний капсюльный Ремингтон стволом к верху, пнула распластавшегося на земле бородатого мужика. — Я сразу и поняла, что засранец сюда не за пилюлями наведался…

Док Холлидей и Дикий Билл, тоже выскочившие из клиники уважительно поклонились вдове.

«Засранец» не подавал никаких признаков жизни, что особо не удивляло, учитывая разваленную пулями башку. Мягкая свинцовая пуля калибром примерно в одиннадцать миллиметров на таком расстоянии творит с черепной коробкой просто ужасные вещи.

«Таким образом, счёт стал уже тринадцать — ноль, в нашу пользу. А я опять остался без трофейного скальпа… — мысленно прокомментировал я сценку. — Интересно, я хоть одного претендента на мою голову завалю? А с другой стороны — все, что не делается — делается к лучшему. Мне хватит и собственного кладбища…»