Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 287

— Удача — это миф, — несколько нервно усмехнулся мистер Кормак. — Что ты планируешь делать?

— Что я планирую, и так понятно, — с неудовольствием поморщился Хэйтем. — Вот как — другое дело. Надеюсь, один человек не откажется нам помочь… Хотя признаю сразу, если откажется, то у меня не будет рычагов, чтобы воздействовать на это.

Шэй нахмурился:

— Мистер Браун? Или… тот, кому ты симпатизировал?

Хэйтем возвел глаза к низкому потолку:

— Нет, — отчеканил он. — Моя сестра.

Шэй помолчал, а потом все-таки спросил:

— Значит, вы с ней не только о ценах на чай переписывались? Но она же вроде больше… к ассасинам? Ну, по крайней мере, она вроде тебя осуждала за то, что ты тамплиер…

— Ты все узнаешь, когда мы с ней увидимся, — ровно ответил Хэйтем. — Не вижу смысла это обсуждать, когда я сам еще ни в чем не уверен.

Шэй задумался надолго. Настолько надолго, что едва не пропустил момент, когда где-то за дверью заскрипела лестница и послышались приближающиеся шаги. Коннор ходил почти бесшумно, но лестница, ведущая на этот… чердак, была, очевидно, деревянной и ветхой.

В замке лязгнул ключ, Шэй на всякий случай приготовился обороняться — и услышал хмурый голос Коннора еще за дверью:

— Я не буду нападать.

— Приятно слышать, — Хэйтем поднялся навстречу сыну, но все равно украдкой поглядывал за окно. — Я не видел тебя на площади.

— Я прошел переулками, — пояснил Коннор. — В первую очередь нашел этот путь. Правда, сначала три раза заблудился. У меня с собой полкурицы, бутылка вина и сыр. Нормальный, а не тухлый.

— Зрелый, — поправил его мистер Кенуэй. — Такой «тухлый» сыр называется зрелым.

— Мы не собираемся претендовать на твой ужин, — фыркнул Шэй.

— Мне не жалко, — начал было Коннор, но Хэйтем его перебил:

— Нам вообще не стоит задерживаться здесь. Мы ждали тебя.

Коннор сразу принял серьезный тон, выглянул на лестницу и тщательно запер дверь, сбросил кожаную котомку в изножье постели и уселся прямо на стол.

— У меня тоже есть новости.

— Выкладывай, — потребовал мистер Кормак.

— Сначала вы, — сын уперся. — Я вам и так много чего рассказывал, а от вас — ни слова.

Мистер Кенуэй долгим взглядом оглядел отпрыска и поведал:

— Мы посетили великого магистра.

От Шэя не укрылось, что Коннор даже как будто поежился. Естественно, отец — это отец, а вот осознавать, что тот легко, чуть ли не на чай, заглядывает к врагу-тамплиеру, для Коннора, наверное, все-таки немного странно.

— И что? — осторожно уточнил сын, видя, что отец продолжать не собирается, но сдался первым. — Ты был прав, Шэй. Сегодня мастер-ассасин английского Братства во время личной беседы сказал мне, что был бы благодарен, если я возьму мистера Армитеджа на себя. Сказал, что так будет лучше для Братства в Лондоне. Я понимаю, им это сейчас не настолько нужно, как мне. И я согласился.

Мистер Кенуэй посмотрел в сторону:

— Не сомневался. И что ты собираешься делать?

— Мне сказали… — Коннор немного замялся. — Мне сказали, что магистр почти не покидает своей резиденции во дворце герцога Букингема. То есть в бывшем дворце. То есть бывшего герцога…

— Дальше! — не выдержал Шэй.

— Сказали, что он… — Коннор вдруг вспылил. — Я не могу ничего рассказывать, если вы будете мне мешать! Шэй, хоть ты ответь! О чем вы договорились с магистром Армитеджем? Ну, что можете, конечно…

Мистер Кенуэй наконец слегка улыбнулся:

— Дело в том, что мы с ним… не договорились.

— Он предложил мне убить твоего отца и сделать меня магистром в Америке, — не удержался Шэй. — Я отказался.

— То есть… — глаза Коннора распахнулись. — То есть вы…

— Мы не договорились, — раздельно проговорил мистер Кенуэй.

— То есть вы не будете мне мешать? — уточнил сын, но ответа не дождался и, так же слегка запинаясь, продолжил. — Мне сказали, что мистер Армитедж выбирается из дворца только для того, чтобы посетить собрания Ордена. По крайней мере, его вылазки совпадают с той неточной информацией, которая есть об Ордене. Но это будет трудно — агентам Братства не удалось отследить, куда он ездит. Дважды он уходил от наблюдателей, а один раз агента нашли с перерезанной глоткой.

Шэй распрямился, но Хэйтем успел раньше:

— Нет. Этим путем ты не пойдешь.

— Почему? — Коннор свел брови. — Я понимаю, это опасно, и у него хватает охраны, но влезть в охраняемый дворец куда опаснее. Я бы лучше…

— Дело в том, — Хэйтем тщательно подбирал слова, — что мистер Армитедж крайне настойчиво уверял меня, что это единственная возможность до него дотянуться. Настолько настойчиво, что я практически уверен — есть другой путь. Более безопасный.

Коннор поразмыслил, поболтал ногами…

— Он может знать о том, что мы общаемся и даже какое-то время время состояли… в союзе?

Шэй вопросительно взглянул на Хэйтема, но тот только равнодушно пожал плечами:

— Пожалуй, может предполагать. И наверняка, как умный человек, действительно предполагает такую возможность. Но знать это доподлинно — вряд ли.

— Мне уже дважды казалось, что за мной следят, — покачал головой Коннор. — И оба раза уйти от возможного наблюдения было трудно — я же тут ничего не знаю. Мне не всегда будет везти.

— Напасть без подготовки не лучше, — сказал свое слово Шэй.

Хэйтем поддержал:

— Грегори прекрасно знает, что ты здесь. Более того, он предлагал нам включиться в охоту за тобой.

— А вы? — не очень уверенно спросил Коннор.

— Отказались, — невозмутимо отозвался Хэйтем и, не давая и слова вставить, добавил: — Правда, я поделился сведениями о твоих умениях и мастерстве.

— Что именно ты ему сказал? — сразу же поинтересовался сын. — Ведь не все?

— Конечно, не все, — деловито кивнул мистер Кенуэй и уточнил. — Будет лучше, если ты в будущем воспользуешься своими умениями, полученными в племени — луком, томагавком. Шэнбяо, на худой конец.

— Шэнбяо у меня от Раксота, — машинально поправил его Коннор. — А что, думаешь, так будет проще?

Хэйтем вздохнул и неожиданно прямо пояснил:

— Если у тебя есть какие-нибудь индейские яды, их тоже можно. Так будет лучше… и для тебя, и для нас. И лук, и томагавк — это исключительно твой почерк, подделать его невозможно.

Коннор поглядел Шэю в глаза и прямо спросил:

— Может, вам все-таки уехать? Будет лучше, если… это случится, когда вас не будет рядом.

— Увы, — Хэйтем сразу возразил. — Слишком много чего может пойти не по плану. Но тебе пока ничего делать не нужно. Я говорил, что мне нужно время, и повторю это.

Коннор засопел и кивнул:

— Хорошо, я постараюсь… Я сегодня купил билеты в театр. Пойдете? В «Ковент-Гарден», как ты хотел, отец. На меня очень странно там смотрели. Еще более странно смотрели, когда я заинтересовался спектаклем, который будет через четыре дня. Пытались объяснить, что остались только королевские ложи и что это дорого. И еще более странно смотрели, когда я заплатил.

— Ложа — это хорошо, — со знанием дела отметил Шэй вслух. — Там поспать можно.

— Вообще-то я выбирал, чтобы никто не скучал, — Коннор улыбнулся. — Это опера-сказка со счастливым концом.

— Как называется? — явно заинтересовался Хэйтем.

— «Альцина», — с готовностью отозвался сын. — Мне сказали, что ее давно тут ставят. Автор — какой-то Гендель. Немец, наверное.

— Кажется, его уже нет в живых, — подумав, припомнил мистер Кенуэй и едва заметно улыбнулся. — Спасибо, Коннор. Если все будет в порядке, я, конечно, не откажусь. Шэй тоже, куда он денется.

— Ладно, постараюсь не спать, — вздохнул Шэй.

Комментарий к 18 октября 1778, Лондон, Грин-парк

* Премьера пьесы «Школа злословия» Шеридана прошла в Друри-Лейн 8 мая 1777 года.

========== 23 октября 1778, Лондон, Куин-сквер ==========

Мистер Кормак повернулся к лугам, которые простирались к северу, и рассеянно ляпнул:

— И это считается приличным районом? Я бы не удивился, если бы увидел стадо коров.