Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 226

Когда-то, лет в четырнадцать, едва став ассасином и капитаном «Аквилы», Коннор мечтал о том, что Братство и Орден могут сотрудничать ради общих целей. Хотел работать вместе с ним, Шэем. Хэйтем же в то время говорил, что это невозможно.

Шэй даже не понимал, что оказалось более странным — то, что это сбылось, то, что Коннор оказался прав, или то, что Хэйтем вообще это предложил.

Коннор первым выбрался из церкви, прошелся по отходящей от двери дорожке и, несмотря на то, что следы разбегались в разные стороны, уверенно выбрал направление. Передвигался он не слишком быстро, так что Хэйтем шел за ним, сохраняя достоинство, а Шэй спокойно курил на ходу.

Постепенно мысли становились все стройнее и логичнее, удивление начало проходить. Шэй не помнил случаев, чтобы Орден и Братство объединялись для чего-то, но в его время цели обеих организаций были абсолютно разными, а отличным знанием истории он похвастаться не мог. Тем более что подобные случаи, если и были, то вряд ли сильно освещались для рекрутов. Очевидно также и то, что магистр Кенуэй обдумывал эту мысль не один день и даже, скорее всего, не один месяц. Да, решился, похоже, спонтанно, но это говорило только о том, что настал подходящий момент — Хэйтем не был склонен к порывам и сентиментальности. Шэй чувствовал легкую досаду — ведь никогда же не поделится заранее! Однако с методами работы магистра Кенуэя можно было либо смириться, либо спорить… и все равно мириться.

Направление Коннор, похоже, выбрал правильно — уже через несколько десятков ярдов на дороге, припорошенный снежком, отыскался разломанный ящик. Судя по виду, свалился с целого воза таких. Коннор присел над ним, задумчиво изучил и изрек:

— Здесь были лекарства и одежда… Все то, чего так не хватает Вашингтону.

— Вашингтон здоров и одет, — сварливо бросил мистер Кенуэй. — А больше тебе находка ни о чем не говорит?

Коннор удивленно покосился на отца, а Шэй закатил глаза. До этого отцу и сыну почти не доводилось действовать вместе. Разве что в той драке, где Коннор впервые убил человека. И сыну, конечно, невдомек, каков Хэйтем во время настоящей работы — требовательный, язвительный и безжалостный.

— Шэй, — позвал Коннор и сощурился — совсем как мистер Кенуэй-старший. — Не хочешь посоревноваться, кто из нас лучший следопыт?

Мистер Кормак оценил деликатность. Коннор мог бы бросить это и в лицо отцу, но тактично избрал целью его, Шэя, потому что очевидно, что в зимнем лесу с индейцем-охотником соперничать трудно.

— Не хочу, — вежливо отозвался мистер Кормак. — Куда указывают следы?

— Ящик почему-то упал, — не очень понятно объяснил Коннор. — Скорее всего, торопились, нагружали кое-как, и на первом же повороте он свалился. Содержимое вытащили, разломанный ящик бросили… Но повернуть здесь можно только на юго-восток, потому что на юго-запад — болото.

— Откуда ты знаешь? — требовательно осведомился Хэйтем.

Коннор поднялся и довольно резко развернулся:

— Разве не видно? — он указал рукой. — Хино, болотная трава. Стебли высыхают, но их заметно даже зимой.

— Пусть так, — погасил зарождающийся спор Шэй. — Если бы они застряли в болоте, их бы, наверное, уже отыскали.

— Нам туда, — Коннор не удостоил отца взглядом и решительно отправился против солнца. День был тусклым, но за облаками яркое пятно угадывалось безошибочно.

Чем дальше отходили от церкви, тем быстрее двигался Коннор. Несколько раз он опускался на колено, ковырял снег, выпрямлялся…

— Снег засыпал следы, — произнес он негромко во время одной из остановок. — Но и оставшихся мне вполне хватит.

Шэй проследил за его взглядом и догадался, о чем речь. Истоптанная земля осталась позади, а на полузаброшенной лесной дороге колеи от телег отпечатывались куда отчетливей и, даже припорошенные, были местами видны. Мистер Кормак подумал, что и сам бы, наверное, сумел отыскать путь, но Коннор явно видел больше и шел по следу, словно отличная охотничья гончая. А примерно через полмили, за обещанным поворотом, замаячило темное пятно, которое при приближении оказалось пустой телегой. Вокруг телеги суетился и метался ее владелец — грязный мужик. Вскоре можно было услышать, как он говорит сам с собой.

— Вот повезло, — он присел возле задка телеги, и Шэй машинально отметил, что задняя ось сломана. — Если не починю, замерзну насмерть.

Было не так уж холодно, Шэй не мерз, но мужик был одет небогато, так что тревожное бурчание было не лишено смысла. В возможности починить телегу мистер Кормак, правда, сомневался — для этого нужна новая ось, а ничего подходящего в округе нет. Деревьев полно, но без подручных материалов и вырезать нечем.

Сам Шэй бы предпочел хотя бы переглянуться с Хэйтемом, прежде чем действовать, однако Коннор сомнений не знал — и первым шагнул вперед.

— Вы люди Бена Черча? — спросил он.

Было не очень понятно, почему он обратился к мужику во множественном числе, но, видно, имел в виду всех, кто мог болтаться на этой дороге. Мужик аж подпрыгнул от неожиданности, зашуганно оглянулся… И бросился улепетывать со всех ног. Коннор растерянно сбил капюшон — и только теперь обернулся к мистеру Кенуэю.

— Молодец, — снисходительно бросил Хэйтем.

Было ли это одобрением или насмешкой, Коннор выяснять не стал — рванулся вслед за мужиком. Где уж вознице телеги тягаться с молодым ассасином… Хэйтем быстрым шагом начал нагонять Коннора и даже немного пробежался, потому как парень уже сбил противника с ног, сам же поднял и встряхнул, прижимая к дереву. Шэй нагнал Хэйтема уже тогда, когда Коннор методично постукивал извивающимся противником по заиндевелому стволу.

— Глупо было бежать, — наставительно произнес Коннор.

Не поспоришь. Возница смирился, перестал вырываться и шепеляво спросил:

— Что вам надо?

— Где Бенджамин Черч? — размеренно, как для дурачка, повторил Коннор и поглядел тому прямо в глаза.

— Не знаю… — протянул возница, но, видя, что такой ответ никого не устраивает, сдался окончательно. — Он поехал в лагерь к северу отсюда, там мы обычно разгружаемся. Может, там его…

Он еще не договорил, а Шэй уже точно знал, чем это кончится — Хэйтем, стоявший сбоку от развернувшейся сцены, привычно заложив руки за спину, шагнул ближе. Щелчок взводимого курка мистер Кормак слышал отчетливо.

Грохнул выстрел. Шэй со своего места видел, как кровь плеснула веером. Коннор выпустил плечо мужика, согнулся, отшатнулся и приложил руку к уху — видно, слегка оглушило. Возница кулем повалился в снег.

Шэй философски выпустил последнюю струйку дыма и начал выбивать трубку.

— Зачем ты его убил?! — едва Коннор смог распрямиться, он повернулся к отцу и яростно отер брызги крови с лица.

— Не стоит тратить время на пустой спор, — Хэйтем невозмутимо убрал пистолет в кобуру.

У Коннора даже слов не нашлось, но он по-прежнему являл собой воплощение непонимания и досады. Шэй понял, что бесполезного спора не избежать, и вздохнул:

— Привыкай, Коннор. Магистр Кенуэй работает именно так.

— Он сказал довольно, — согласился Хэйтем. — Нельзя допустить, чтобы он каким-нибудь тайным путем добрался туда раньше, чем вы.

— Мы? — Шэй даже трубку перестал выбивать.

— Разве я недостаточно четко говорю? — поморщился мистер Кенуэй. — Вы отправитесь в тайный лагерь Черча и попробуете что-нибудь узнать.

— А ты? — все еще возмущенно воскликнул Коннор, но куда тише — перспектива работать не с отцом, а с Шэем ему явно была больше по душе.

Мистер Кормак даже был в чем-то солидарен с сыном, однако не возразил. Идти втроем неразумно: сложно держаться вместе, много шансов привлечь внимание, меньше возможностей для подслушивания, наконец. И если уж выбирать, с кем отправить Коннора, то лучше взять его с собой. С Коннором Шэй работал в Тикондероге и примерно знал, как тот действует. Но Хэйтем?..

Мистер Кенуэй оглядел обоих уставившихся на него союзников и нехотя пояснил:

— Подберусь с другой стороны. Со мной все будет в порядке.