Замужняя невеста для короля (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 22

Увидев себя в зеркале, я рассмеялась:

— Вполне могу составить конкуренцию Дирли! — Штанишки были широки и коротки, а рубашка болталась, как на огородном пугале.

— Дирли? Это кто? — удивилась Тата.

— Клоун. Я видела его на арене.

— Но цирк только приехал, представлений ещё не давали. Я так хотела… А где ты его видела?

— В другом городе, — ответила я и, прикусив язычок, нырнула под одеяло.

— Я тоже видела в Зелёных Дворах, — подала голос Уирта, — он такой крохотный! Как ребёнок. Но ловкий. Очень смешной.

Я отвернулась к стене и не отвечала. Подумать, как тесен мир. Уирта побывала на моём выступлении в Зелёных Дворах! Вот когда пришлось поблагодарить Беккета за то, что заставлял гримироваться под Лоратту!

Заснуть не получалось. Я лежала, слушая мирное сопение соседок, и размышляла о словах Видящей. Она вовремя меня предупредила: как раз этой ночью я намеревалась улизнуть из спальни и сбегать за мешком к Тирли. Вот так легкомысленно могла растранжирить всю свою жизнь. Вспомнилась попытка открыть портал, едва не погубившая меня. Хотя, если взглянуть с другой стороны: не воспользуйся я заклинанием перемещения в Узком ущелье, жизнь моя прекратилась бы, так по-настоящему и не начавшись. Стоило порадоваться тому, что я открыла в себе дар Привратника, а в будущем беречь силы, не тратя их на пустяки.

От мудрых мыслей меня отвлёк шум, доносившийся из холла, куда выходили двери наших комнат. Я различала крики, удары, стоны. Что такое? Невесты устроили ночные разборки? Поднялась, сунула ноги в шлёпанцы и, стараясь не шуметь, подкралась к двери. Выглянув, я застыла от удивления: в холле развернулась настоящая битва. Гвардейцы — человек шесть — противостояли двум десяткам нападавших. Те закрыли лица чёрными масками и наседали так, что о добрых намерениях и речи быть не могло.

Рядом с нашей комнатой растянулся поверженный гвардеец, его стоны я и услышала. Наклонилась проверить, жив ли он. Кажется, дышит. Тут раздались приближающиеся шаги, я повернулась и увидела бежавшего ко мне бандита. Из соседней комнаты тоже выглянули, но с визгом захлопнули дверь. Я же подняла лежавший на полу меч и приняла боевую стойку.

Глава 17

Ранить, а тем более сразить довольно крупного мужчину, я бы не сумела, но пропускать его в нашу комнату уж точно не собиралась. Спасибо Беккету за уроки! Довольно ловко уходя от ударов и проведя один за другим выученные приёмы, я сумела оттеснить бандита шага на четыре. Он на секунду отвлёкся, взглянув мне за спину — там слышались шаги и удивлённые возгласы. Я быстро обернулась и, оценив обстановку, снова ринулась в наступление.

Тылы мои оказались прикрыты. Тата вышла в обнимку с подушкой. Не представляю, как она собиралась её использовать, но вид имела грозный. Уирта присела около раненного и пыталась привести его в чувство. В руке у Лайды, одетой, в отличие от остальных, в сорочку, поверх которой она успела набросить симпатичный халатик, блеснул кинжал. Я почувствовала себя предводителем пижамной армии.

Из других комнат никто не показался, зато там был слышен скрежет передвигаемой мебели. На наше счастье, подоспело подкрепление — в холл ворвались новые гвардейцы, мой противник отступил и ввязался в общее сражение. Я смогла перевести дух и обернулась к подругам. Гвардеец сидел, привалившись к стене, беззвучно трясся и вытирал выступившие от смеха слёзы. Рядом с обиженным видом стояла Уирта. Тата наблюдала за битвой, раскачивая в руке подушку так, словно собиралась её метнуть. Лайда подбросила и ловко поймала перевернувшийся в воздухе кинжал, вернула его раненому и сказала мне:

— Подозрительно всё это. Тебе не кажется?

Бандитов вытеснили из холла. К «нашему» гвардейцу подошли товарищи, помогли встать и повели прочь, с улыбками оценивая воинственных девиц. Меч пришлось отдать. Сами мы вернулись в постели. На этот раз я, измученная физически, заснула почти мгновенно.

***

За завтраком в общей трапезной, шло бурное обсуждение ночных событий. Столы здесь были длинные, вдоль них на лавках умещалось человек по шесть. Мы с подругами расположились рядом и единственные из всех помалкивали. Какие только предположения не строили отсидевшиеся в своих комнатах девушки! Вплоть до того, что началась война или случилась революция. Разумеется, все версии оказались абсурдными.

 Причины ночного нападения мы вскоре узнали. После завтрака воспитательница, прозванная Гренадёршей, провела нас в зал собраний. На сцену вышел герцог и в мгновенно установившейся тишине поздоровался, ястребиным взглядом обводя ряды сидевших перед ним претенденток. Я почувствовала такое смятение, словно была цыплёнком, потерявшим из виду наседку.

— Как вы уже, наверное, догадались, — начал Моктус, — этой ночью состоялось очередное испытание. Прошли его далеко не все. — Он отвлёкся на собственную руку, пощёлкал пальцами и снова взглянул на застывших в немом ожидании девушек: — Его величество не забывает о трагедии, постигшей августейшую семью при попытке переворота. Королева пала жертвой злоумышленников, хотя могла спастись. Была возможность укрыться в тайных комнатах, в конце концов, можно было переодеться в простое платье и смешаться с верными слугами. Её величество не предприняла ни одной попытки. Она целиком полагалась на стражу, а та не сумела защитить свою королеву…

Мы с подругами переглянулись, пытаясь понять, к чему клонит распорядитель отбора. Он выдержал паузу и приступил к объяснениям. Отчисляли не предпринявших ничего «сонь». Моктус зачитал список прошедших на следующий этап. Особенно хвалил тех, кто забаррикадировался в комнатах. Неплохо выступили четыре претендентки, догадавшиеся выбраться в окно и побежавшие за помощью.

— Насчёт ещё одного варианта, — герцог посмотрел на меня, пожевал губами и коротко взглянул на Лайду, — я должен испросить мнение его величества. Никто не предполагал, что невесты ввяжутся в сражение.

Я виновато посмотрела на подруг. Не сунься я в холл, и они бы не пошли. Запереться и придвинуть к двери кровать тоже догадались бы. А теперь «подвисли» вместе со мной.

Отчисленные девушки, следуя за герцогом, понуро поплелись к выходу, остальные вскакивали со своих мест, пересчитывая оставшихся.

— Сорок… нас осталось сорок, — шептали со всех сторон.

Тата тоже встала и оценила количество присутствующих:

— Похоже, вместе с нами сорок, — радостно сообщила она.

— Значит, пойдём за бал, — вздохнула Лайда и с укором посмотрела на меня.

— Я всё-таки думаю, что королю понравится… — начала Уирта, но голос Гренадёрши заглушил её слова:

— Никто никуда не отлучается! После обеда начнём репетировать. А сейчас приведите комнаты в приличный вид — хуже, чем у мальчишек, беспорядок устроили!

Что касается нашей комнаты, воспитательница была неправа. Мы ничего не сдвигали, вещей не разбрасывали, окон не открывали, постели успели заправить ещё до завтрака. Делать было нечего, идти на прогулку не хотелось. Тата и Уирта перебирали свои платья, размышляя, в чём идти на бал, и убеждали друг друга в том, что нас не выгонят. Лайда подсела ко мне:

— Ты где научилась мечом владеть? — Я пожала плечами, не зная, что ответить, а подруга толкнула меня плечом и засмеялась: — Мне давали уроки фехтования, не ври, вижу, что умеешь.

Был ли смысл шифроваться? Подруг ещё могут посчитать победительницами ночного испытания, а меня, как заводилу, скорее всего, попросят удалиться. Кому нужна королева, безрассудно бросающаяся в гущу боя? Моктус говорил о супруге Эдмунда Багрового, предполагая, что она могла спрятаться, но никак не сражаться с наёмниками. В нашем случае была постановка, а не настоящий бой, иначе меня проткнули бы, словно насаженного на вертел курёнка. Мне стало совсем грустно, когда я представила, как улыбались «бандиты» под своими масками. Вид одетой в короткие штанишки воительницы с мечом не мог не развеселить.

***

— Ладно, не хочешь, — не говори, — по-своему расценила мою задумчивость Лайда. — Ты слишком серьёзно отнеслась к требованиям сохранять инкогнито.