Замужняя невеста для короля (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 17

— Нет. Магия другая. Называется «Привратник», но я и ей не особенно… — замялась, раздумывая, стоит ли говорить всё, после паузы решилась: — Дар слабый, никто не знает. Самоучкой овладела простейшими перемещениями. Порталы открывать не умею.

Толстяк покивал в задумчивости.

— Это очевидно. Стала бы ты в цирк проситься, открыла портал в столицу и… фьють! — Считая разговор завершённым, директор постучал в стенку и сказал, прежде чем распахнуть дверь кабинета: — Жить будешь с лилипутами. Не смотри, что крошки, защитят тебя от любого гиганта.

Послышались быстрые лёгкие шаги. Выйдя в коридор, я увидела карлика, успевшего освободиться от клоунского костюма. Теперешний наряд всё ещё казался детским: короткие штанишки, пиджачок, клетчатая рубашка. Будто ребёнка нарядили для поездки в гости. Только глубокие морщины, перерезавшие лоб, выдавали возраст этого человечка.

— Идём! — поманил он меня, отведу в кибитку. — Меня зовут Дирли, а жену Тирли.

Тут я заметила стоявший у стены мой мешок с вещами. Карлик оказался предусмотрительным. Наклонилась, чтобы взять, но Дирли опередил, схватил мешок, перебросил через плечо, отчего стал похож на гнома, разносящего подарки накануне новолетия. Я поспешила следом. Встречавшиеся по пути артисты провожали нас взглядами, полными любопытства, а когда я смотрела на них, натянуто улыбались и кивали. Я отвечала лёгким поклоном. Сколько мне придётся существовать бок обок с этими людьми? Впервые в жизни я выбрала окружение сама. Не потому что родилась здесь, не потому что меня отдали замуж за человека незнакомого и страшного, а потому что с цирком я могу добраться до королевского дворца.

***

В поездку меня взяли. Дали приют и кормили два раза в день — авансом. Работать я смогу лишь в Зелёных Дворах, куда мы прибудем через неделю. За это время Лоратта — бывшая ассистентка, а теперь супруга Гульнаро — научит меня представлять себя на манеже. Цирковые искренне считали, что мастерство и выдумка лишь часть успеха, не менее важно уметь красиво подать эти две составляющие номера. Выступать мне придётся в белом парике, ведь на заранее расклеенных афишах изображена Лоратта, а разочаровывать зрителей нельзя. Публика ждёт блондинку — подайте ей блондинку!

Не могу похвастать особенным отношением ко мне со стороны других артистов. Лоратта дико ревновала, подозревая мужа в симпатии ко мне. Не один раз ловила меня где-нибудь тихом местечке и обещала прикончить, если я соблазню её великого иллюзиониста. Я делала вид, что пугаюсь. Хотя иногда она была настолько убедительной, что я побаивалась на самом деле. В остальном мы с Лораттой стали подругами. Везёт мне на беременных подруг.

Директор относился ко мне настороженно. Разницы между «Перевозчиками» и «Привратниками» он не замечал. Ещё одним поводом для его настороженности был срок моего контракта. Я честно призналась, что в столице покину труппу. Это, разумеется, не пришлось директору по вкусу. У него случилась некая раздвоенность в восприятии новой артистки. С одной стороны — он опасался, что номер Гульнаро вздумают проверять на использование запретной магии, а с другой — не желал расставаться с такой эффектной программой.

Кибитка Дирли и Тирли оказалась весьма удобной. Благодаря миниатюрности её обитателей свободного места было достаточно ещё для троих, но, как объяснила карлица, они с мужем за долгую карьеру заслужили не одну такую повозку. Я искренне благодарила лилипутов за то, что они согласились меня приютить. Так по доброму ко мне ещё никто не относился.

Правил повозкой сам карлик. Мерин по имени Финик — из-за необычного блестящего окраса, куда более тёмного чем медвежий мех — был существом покладистым, незлобным и меленького хозяина обожал.

— Финик в молодости тоже выступал, — рассказывала Тирли, — у нас номер был потрясающий: лилипуты на лошади. — Она погрустнела и отвела взгляд к полуопущенному пологу кибитки. — Пока я не упала на манеж и не свернула себе шею. Спасибо хозяину, оставил в обслуге. Да и Дирли пристроил ковёрным.

— А Финик? — спросила я.

— Ни с кем больше выступать не согласился. Теперь работает как обычная лошадь. — Карлица улыбнулась и ткнула меня кулачком в бок: — Хватит бездельничать, давай учиться, что ли!

Она никогда не сидела праздно. Латала чьи-нибудь костюмы, шила новые, чинила реквизит, готовила еду, а теперь ещё и обучала меня простейшим трюкам. Я смеялась, утверждая, что вряд ли мне это понадобиться, на что Тирли с убеждённостью отвечала:

— Никогда не знаешь, что может пригодиться в жизни. Я тоже, когда мать учила шить и вязать, артачилась, а теперь смотри — это моя основная обязанность.

Впрочем, без попыток жонглировать, забрасывать ногу за ухо и показывать простейшие фокусы с картами дорога была бы скучной.

Наконец, показались предместья Зелёных Дворов. Здесь состоится моё первое выступление. Меня трясло не хуже чем под отцовской дверью, когда родитель продавал меня барону Кофру. Как всё пройдёт? Сработает ли заклинание? Не проткнет ли меня мечом плечистый Гульнаро? Не знала, чего я опасалась больше: заточенных лезвий или быть с позором освистанной публикой.

***

Город оправдывал своё название. Дома в два и три этажа стояли на отдалении друг от друга, окружённые густыми садами. Раскинулись Зелёные Дворы на четырёх невысоких холмах, в центре в низине поблёскивало спокойной гладью озеро с тёмной водой и широкой набережной, на которой любили собираться на променад горожане. Неподалёку от этого места позади торговых рядов и раскинулся шатёр приезжего цирка.

Накануне первого выступления директор собрал труппу и, сказав обычные напутствия, добавил:

— Ассистенткой Гульнаро по-прежнему считаем Лоратту, и не приведи боги кто-то проболтается, что произошла замена!

— Да понимаем, не маленькие, — послышалось из толпы, — новенькая без лицензии, нельзя светить.

— Вот именно, — нахмурился Беккет, — деньги большие надо отслюнявить, а строить карьеру наша фокусница не собирается. Хотя… — Он повернулся ко мне и не без элегантности поклонился: — Надумаешь — милости прошу. И на лицензию наскребём.

Я только головой замотала. Нет, артисткой я точно становиться не хотела. Хорошо так попутешествовать по стране разок-другой, но как вспомнишь осеннюю слякоть, зимнюю стужу, весеннюю распутицу, сразу вся охота пропадает. Даже не это главное препятствие — не привыкла я находиться в центре внимания, вечно оставалась на третьестепенных ролях. В цирковой труппе совсем другая ситуация. Будь ты хоть клоун, хоть дрессировщик, хоть ассистент иллюзиониста, в свой час окажешься в круге света, и на тебя будут устремлены сотни пар глаз.

***

Первое выступление я почти не запомнила. Впечатления смешались, точно краски на палитре торопливого художника. Помнила только, что дико озябла. Тирли сшила для меня костюм из полупрозрачной блестящей ткани, он совершенно не защищал, а погода стояла прохладная. Когда я пожаловалась, карлица лишь отмахнулась, мол, трясёт от волнения и ткань тут не виновата. Хорошо, что мы много репетировали, поначалу я делала всё механически, а включаться начала с третьего дня представлений. Дальше покатилось по шаблону.

Гремит голос шпрехшталмейстера, на арену выходит Гульнаро. Вышагивает вдоль бортика, поигрывая мышцами. Публика ликует, рабочие выкатывают на манеж ящик с прорезями в боковых стенках — мой ежевечерний гроб. Слышен звон металла, Гульнаро демонстрирует длинные острые мечи. Гроб вертят, показывая, что в нём нет двойного дна. Воют трубы, тупым гулом отзываются барабаны. Мой выход! Натягиваю на лицо улыбку, выныриваю на манеж. Иду, покачивая бёдрами, в ласковом приветствии развожу руки. Делаю круг по манежу. Лиц не вижу, пятнистая шевелящаяся субстанция заполняет темноту за бортиком. Приближаюсь к ящику, запрыгиваю туда и посылаю в пространство воздушный поцелуй. Гульнаро захлопывает дверцу, скрежещет замочком. Снова слышен звон клинков. Теперь мне нужно переместиться за кулисы...

Номер построен на моём обладании редким даром Привратника. Я обнаружила его в себе благодаря супругу. Барон Кофр тысячекратно сильнее меня, он владеет порталом — одним из десятка в нашем королевстве. Циантин способен преодолевать тысячи километров и проводить вместе с собой других людей. Мне до этого далеко, но, проштудировав книги мужа, я научилась переноситься в место, которое хорошо представляю.