Квест в стране грёз (СИ) - Крылов Федор - Страница 106

Он меня понял и тут же откликнулся:

— Все в порядке, Малыш. Они понятия не имеют о вашем проникновении. Их индивидуальная связь нарушена, но охранные системы работают и показывают, что все в порядке.

— Уверен, — коротко ответил я.

Лиза бросила на меня странный взгляд, значения которого я так и не смог расшифровать, и тут же отвернулась.

— Малыш, не теряй бдительности, — предупредил Капитан. — В помещении вы окажетесь беззащитными, а я почти уверен, что там будет засада.

Догнав Лизу, я тронул ее за локоть и кивнул в сторону близкой уже громады производственного корпуса.

— Скорее всего, нас там поджидают, — прошептал я.

— Знаю, — коротко сказала она, а потом, словно не удержавшись, добавила: — Тебе еще не поздно уйти.

Наверное, я понимал ее состояние и причины такого ее ответа, но все же почувствовала обиду.

А потом ее вытеснила печаль.

Наш мимолетный роман, каким бы страстным и искренним он не был, заканчивался, а вместе с ним подходила к концу и моя очередная жизнь.

Очередная, а может быть, и последняя.

Лиза отвернулась и пошла вперед, безошибочно огибая невидимую в тумане глубокую яму. Я последовал за ней.

Больше — никаких чувств, никаких эмоций.

Только холодная, отстраненная готовность к немедленному действию.

Мы приближались к ключевому объекту здешнего преступного предприятия. А значит — и нашей операции.

Операции Команды Смерти.

Погоня сзади.

Стас увидел ее на внутреннем экране шлема, прежде чем она появилась во плоти в дальнем конце коридора.

Он толкнул первую попавшуюся дверь. Заперто.

Приостановившись, чуть понизил центр тяжести, формируя устойчивую широкую стойку. Качнулся к двери — назад и чуть влево. Провел удар.

Подошва впечаталась в деревянную поверхность — чуть ниже дверной ручки и врезного замка.

Дверь была настоящая — из толстых деревянных пластин, и замок в ней был вполне приличный, но сила заднего удара ногой, нанесенного мастером рукопашного боя, достигает полутора тонн, поэтому ничего удивительного не было в том, что дверь не только распахнулась, но и переломилась пополам. Одна половина, рухнув на пол, отлетела в глубину помещения, другая мотнулась на дверных петлях, ударилась о стену и, отскочив, вновь закрылась.

Стас не стал ее трогать. Быстро проскользнул в зияющую чернотой пробоину, мягко ушел в сторону к стене, и, застыв на пару секунд, быстро проверил помещение.

Никого.

А вот коридор становился все более многолюдным. Чуть искаженные эхом, по нему, как по гулкому горному ущелью, прокатились голоса.

— Он там!

— Где? Не вижу.

— Зашел в комнату! По левую сторону.

Несколько пуль, басовито жужжа, словно быстрые, но крупные шмели, пронеслись мимо двери. Две или три из них задели потолок. С него брызнули осколки пластика и стекла. Сразу же в коридоре стало заметно темнее: несколько ламп дневного света оказались разбиты.

— Ты куда палишь, придурок? — возмутился кто-то, в чьем голосе сквозь неуверенность и страх проскальзывали командные нотки.

— А что, ждать, пока он и нас… так же, как этих?

— Отставить стрельбу!

А вот и напрасно, ухмыльнулся Стас. Тот, кто лепил пули наугад, пусть даже в «молоко», был все же чуть ближе, пусть не к успеху, но хотя бы к выживанию, чем его правильный, но безмозглый командир.

Голоса между тем звучали уже значительно ближе.

Быстро присев в нижнюю стойку с упором на колено, он сунул в коридор широкий ствол «изделия», произвел выстрел из подствольника и тут же втянул оружие обратно.

Глухой разрыв гранаты-газовки.

— Вот он!

— Черт!

— Что это?..

Голоса захлебнулись.

Подавшись вперед, Стас выглянул из-за косяка.

Розоватая дымка затопила середину коридора, окутывая три новых неподвижных тела.

— Что и требовалось доказать, — буркнул он себе под нос.

Однако сразу выходить в коридор не стал. Вместо этого, вытащив из кармана миниатюрный, но мощный смартфон, нашпигованный спецпрограммами, приступил к проверке поступающей в систему информации.

Как выяснилось, «жучок», подсаженный им собственноручно на пиджак здешнего босса, все еще благополучно работал.

Стена заводского корпуса, все время маячившая где-то впереди, вдруг выросла, казалось, до самого невидимого неба, заслонив всю панораму перед нами.

Лиза остановилась так внезапно, что я едва не налетел на нее. Чтобы удержаться, я обнял ее за спину, ощутив ладонью мягкий ременной корсет и жесткие ножны.

Совсем недавно я познал эту женщину, но теперь передо мной была незнакомка — холодная, чужая, внутренне отстранившаяся от всего, что некогда было самым главным, самым ценным, самым дорогим в ее жизни.

От всего, кроме любимого сына.

И я чувствовал, что уже не имею на нее никаких прав, даже самых призрачных. Я мог лишь быть рядом, ни на что не претендуя.

Ни на что, кроме возможности умереть, защищая ее.

— Пришли, — шепнула Лиза.

Я вдруг понял по ее голосу, — а может, это передалось мне через кожу, — что в ней, под твердым ледком решительности бурлит и еще одно всепоглощающее чувство — страх. Обыкновенный женский страх.

На мгновение я прижал ее к себе — она словно стала ближе и уж во всяком случае понятней.

Она судорожно вздохнула.

— Я сейчас, — прошептал я. — Сейчас.

Здесь, в непосредственной близости от здания, инфракрасный монокуляр уже кое-что показывал.

Поспешно натянув крепление прибора на голову, я подогнал пряжку на затылке, а потом осторожно снял автомат с предохранителя.

— Кажется, вход там.

Сзади, в отдалении, что-то глухо хлопнуло.

Я узнал разрыв газовой гранаты. Значит, Капитан сопровождает нас. Вернее, страхует. От этого как-то потеплело на душе.

Он тут же дал о себе знать.

— Не стоит совать голову прямо в петлю, Малыш. Налево от вас есть пристройка. От нее исходит сильное инфракрасное и электромагнитное излучение. Похоже на генератор. Возможно, там больше шансов незаметно проникнуть внутрь.

— Попробуем с другой стороны, — тихо сказал я Лизе и, придерживая ее за руку, двинулся налево.

Туман, казалось, обрел фактуру твердого вещества. Кое-где он сбивался в плотные сгущения, вроде комьев ваты. На них уходило так много взвешенной в воздухе влаги, что между этими сгущениями оставалась лишь реденькая дымка, почти прозрачная.

Это создавало жутковатое впечатление хоровода призраков, плывущих вокруг нас в медленном танце.

Лиза остановилась, шепнула со страхом:

— Камера.

В разрыве тумана прямо на нас смотрела со стены камера видеонаблюдения.

— Не обращай внимания, — спокойно прошептал я. — В любом случае оператор нас не видит.

Она резко повернулась. Лицо ее было напряженным и странным. А в голосе, кроме напряжения, прозвучала еще и угроза.

— Кто ты, Малыш?!

Я ждал этого вопроса и боялся его. Разве можно ответить на него так, чтобы уместить в один ответ всю правду…

Она смотрела молча, пристально.

Мне стало ее безумно жаль. С ее вновь обретенным даром или, вернее, проклятием, она была обречена на абсолютное одиночество. И, возможно, последним толчком, направившим ее на этот путь, будет то, что она обязательно сочтет моим предательством.

— У меня есть хозяйка, — сказал я. Сказал потому, что не мог отмолчаться под этим пристальным вопрошающим взглядом. — Моя хозяйка — Смерть.

— О чем ты говоришь? Не пытайся лгать мне.

Плотные клубы тумана окутали нас. Весь окружающий мир исчез. Мы остались одни — два бесконечно одиноких человека, глядящие, как в зеркало, друг другу в глаза.

— Ты знаешь — я не лгу. Ты знаешь — она и твоя хозяйка.

Она отчаянно мотнула головой.

— Не говори так! Я не хочу об этом слышать.

Я улыбнулся, с болью и сожалением. Я так любил ее, но понимал: сейчас я теряю ее навсегда.