Развод и девичья фамилия (СИ) - Зика Натаэль - Страница 4

— Дура, это не измены, а вынужденная мера — напряжение снять! — рыкнул Александр. — У тебя вечно то голова болит, то нет настроения, а я здоровый мужик! Зачем, спрашивается, женился, если вместо жены приходится искать разрядку на стороне? Тем более что ты в выборе досуга себя совсем не ущемляешь. И что ты там угрохала, если все пять лет ничем, кроме себя не занималась? По клубам и бутикам ездила. А, ещё на мужской стриптиз.

— Мне всего двадцать семь, а тебе пятый десяток! — фыркнула Стелла, презрительно скривив губы. — Тянет на молодое тело, уж извини! Жалею, что позволяла себе только посмотреть, а до большего не допускала, а надо было не стесняться, ты-то себе ни в чём не отказываешь! Сам по ресторанам и саунам катаешься, а я должна дома сидеть? Один раз за месяц отлучилась на встречу с подругой, и ты меня вышвыриваешь, как нашкодившую кошку?

Стелла завелась, и слышала только себя.

- Ты-то один не останешься, мигом какая-нибудь стерва приберёт к рукам. Не молод, но деньги не пахнут. Надеюсь, она обдерёт тебя, как липку и украсит развесистыми рогами! — Стелла перевела дух и сменила направление упрёков. — Мне теперь что — одиночкой век куковать? Кому я нужна буду с двумя довесками? Обломись, не собираюсь хоронить себя, выращивая твоих детей. Расходимся? Отлично! Сейчас же съезжаю! Квартира на Королёва, машина и счёт, — супруга небрежным движением забрала со стола бумаги, — пойдут мне в компенсацию за пять впустую растраченных лет. Если захочешь развод, то добавишь к ним ежемесячные перечисления, чтобы мне на всё хватало, иначе никакого развода я тебе не дам!

- Не зарывайся! Разводом адвокаты займутся. Захочу — в одних трусах уйдёшь. Не доводи меня, соглашайся на мои условия, пока не передумал! Если бы не дети, я тебе ни копейки бы не оставил. Когда замуж выходила, разница в возрасте тебя не смущала, — мужчина сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не ударить. — Потом, причем тут ты и какие-то компенсации? Квартира и деньги для моих детей! Или ты уверена, что сможешь вырастить их без моей материальной поддержки? Не собираюсь экономить на дочери и сыне, они ни в чём не будут нуждаться.

— Я вырастить? — рассмеялась супруга. — Привыкли мужики все проблемы решать за счёт женщин! Просто классика жанра — они разошлись, он живёт, как сыр в масле катается, баб меняет, на курорты ездит, а она бьётся одна с ребёнком. Хорошо, если не с двумя или тремя. Работает на двух работах, света белого не видит, никакой личной жизни — детей поднимает. Даже не надейся, Воротаев, что сумеешь повесить на меня детей! Хочешь разойтись? Не возражаю, только спиногрызы остаются с папой! У тебя дом, средства, все возможности, а я безработная.

— Ты что несёшь? — севшим голосом произнёс Александр. — Какая же ты после этого мать?

— Такая же, какой ты отец! Я их не одна делала, и своё уже отстояла — полтора года ходила беременная — ещё то удовольствие! А потом рожала — сутки Лизку, и чуть меньше — Артёма. Порвалась вся, два месяца нельзя было сидеть! Что глаза отводишь? Попробуй-ка, роди! Да ты от простого пореза впадаешь в панику, а когда у тебя температура тридцать семь и два — реанимацию вызываешь! После родов два года сплошные подгузники, кашки, колики и режущиеся зубки. Я молода, у меня вся жизнь впереди, а ты хочешь, чтобы я себя похоронила? Потом, дети — твоя инициатива, вот теперь сам их и расти. Можешь оставить себе, сдать в детдом, купить им новую маму — вариантов много, выбирай! А я умываю руки.

Александр сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться. Ему настоятельно требовалось выплеснуть возмущение и что-нибудь разрушить — в щепки, вдребезги, в осколки! Но ничего подходящего под руку не попадалось — всё, что оказалось в близком доступе или жалко, или его потом привлекут по статье 112 УК РФ, за телесные повреждения средней тяжести. Адвокаты, конечно, вытащат, но портить репутацию из-за желания стереть с красивого лица Стеллы злорадную усмешку, не стоит.

Между тем супруга высказалась и, напоследок облив Воротаева презрительным взглядом, хлопнула дверью кабинета. Мужчина с трудом разжал кулаки, отрешённо отметив красные полоски на ладонях — достала, да. Настолько сильно стиснул пальцы, что умудрился травмироваться достаточно короткими ногтями.

Несколько секунд просто стоял, опустошённый, будто его выжали, а потом ещё катком проехались. Потом решительно открыл стол и извлёк из нижнего ящика бутылку Hennessy Paradis. Поискав подходящую ёмкость, плеснул напиток в высокий стакан — на два пальца. Ему сейчас не до смакования и соблюдения традиций, коньяк идёт, как лекарство, поэтому, пофиг, из какой посуды пить, лишь бы помог.

Первая порция ухнула в желудок комком, но уже спустя пару минут по организму пошло расслабляющее тепло, и Александр решил закрепить результат. Добавку он уже не стал глотать, будто изнывает от жажды, а медленно прихлёбывал, размышляя над несуразностью ситуации и абсурдностью претензий супруги.

Через минуту мелькнула мысль — может быть, пусть катится, а дети останутся здесь? Наймёт ещё одну няню или двух — чтобы и по ночам за мальками был присмотр.

Подумал и тут же эту идею отбросил — малы ещё. Тёмка вон без мамы спать не ложится, и всё время старается быть с ней рядом. Сколько раз замечал — Стеллка бродит от спальни к гостиной или от гардеробной к ванной, а мелкий от няни убежит и за матерью таскается, как привязанный. Лиза, та больше к отцу тянется, но у него на неё времени совсем нет. Бесконечные «почему?», «эточё?», «чтокупил?» — невозможно ни отдохнуть, ни сосредоточиться. Потом, дети вечно всюду лезут, хватают всё без спросу. Один раз зазевались — Лизка на договоре с финской компанией маркером уродцев нарисовала. Человечков ей приспичило изобразить, твою… Как вспомнит — до сих пор в жар бросает. Хорошо, тогда обошлось, а мог контракт и сорваться! И всё из-за ребёнка. Мало ей бумаги, карандашей да фломастеров в детской, забралась в кабинет. Конечно, он тоже виноват, надо или убирать всё ценное в ящики, или дверь запирать, а тут расслабился. Сколько ей тогда было? Около трёх, Тёмка ещё не ходил, на него няня и отвлеклась.



Нет, решено — лет пять-семь пусть поживут с матерью, а как войдут в разумный возраст, он их у Стеллы заберёт. К тому времени они уже будут разведены, Стелла освободится от обузы и может спокойно устраивать личную жизнь. Он ей, так и быть, отстегнёт подъёмные. И дальше Александр за детьми проследит сам. Отправит их в Великобританию, в лучшую школу-пансион. Кстати, надо заранее позаботиться об этом, забронировать места, а то он слышал, что доля детей-иностранцев в таких пансионах не превышает пятнадцати процентов, при этом, если всё занято, англичане ни за какие деньги не введут дополнительные места. Язык мелкие уже знают, Лизка свободно говорит, Тёма ещё нет, но он и по-русски не всё понятно произносит. Ничего, подрастёт и заболтает так, что не остановишь. Вон, как сестра. Сейчас главное, что иностранную речь оба прекрасно понимают. Хорошо, что в своё время у него хватило сообразительности найти им няню со знанием английского. После обучения в Англии они заговорят с оксфордским акцентом — будет им в жизни дополнительный бонус к полученному образованию.

Довольный, что всё так хорошо продумал, Воротаев допил третью порцию коньяка, прислушался — в доме тихо, все спят. Несколько секунд размышлял, идти в спальню или не стоит, и решил, что прекрасно выспится в кабинете на диване.

Утром мужчина проснулся, на удивление, бодрый и полный сил. Покосившись на часы — есть ли у него время на разговор с женой, а то они вчера так и не пришли к общему знаменателю — Александр наскоро принял душ и отправился в спальню, чтобы выбрать костюм и поставить Стеллу в известность о принятом им решении.

В конце концов, его жена не совсем идиотка, когда замуж шла, они брачный контракт подписали. Знает, что он может её с голым задом оставить, поэтому побегает и успокоится. Как бы то ни было, муж дарит ей квартиру, машину, даёт деньги на всякие женские хотелки. И обязуется оплачивать еду, одежду, врачей, игрушки и что там ещё им может понадобиться. Само собой — он продолжит платить зарплату няне. Если не захочет переезжать в квартиру Стеллы, то он увеличит ей гонорар, потому что с тем образом жизни, к которому привыкла Стелла, няня должна находиться в круглосуточном доступе. Стеллка, конечно, заартачится, дескать, тесно, но ей же самой с няней лучше, поймёт. Ничего, поместятся — квартира четырёхкомнатная. Гаражное место за квартирой закреплено, его секретарша следит, чтобы все счета вовремя оплачивались, так что вопрос — куда девать на ночь автомобиль, тоже не стоит.