Посольская школа. Невеста Сокола (СИ) - Мор Дэлия - Страница 39

— Понял, лин Делири, — ответил Сокол. — Что сказать Прусту, когда он приедет в трактир с другом Марко Ведари? Разведчик настаивал, что письмо диких к Ведане — фальшивка. А я, выходит, опроверг его мнение.

— Ничего не говори, — припечатал Кеннет Делири. — С желанием Пруста выгородить Рыжую я сам разберусь.

— Хорошо, — поклонился Сокол.

Поспать почти не удалось, так что настроение на утро у меня было как раз таким, как нужно, чтобы разобраться с Малией. Дети почувствовали это с первого крика “подъём”. Неплохо получилось, почти как у отца. Ни у кого даже язык не повернулся попросить ещё пять минуточек. Старшие помогли младшим умыться, воспитательницы одели и повели всех на завтрак. Овсяную кашу никто не любил, но съели всё, потому что потом каждому достался бутерброд с сыром и сладкое яблоко. После завтрака Елена забрала малышей на подготовительные занятия, а те, кому возраст позволял, отправились на первые уроки в школе под моим чутким присмотром. Дети работников посольства пришли минута в минуту, мои воспитанники к ним присоединились, и Хорс начал лекцию. Я недолго постояла под дверью, вслушиваясь в спокойный голос мастера, напитываясь его уверенностью, а потом дала себе мысленную оплеуху и отправилась на кухню.

Сара делала заготовки для обеда во дворе — чистила картошку и напевала под нос весёлую песенку про солдата и его пастушку. Так что я ещё раз вознесла молитву предкам за моё утреннее везение. Малия осталась на кухне одна. Отмывала котёл от каши и и шипела под нос ругательства.

— У нас в школе не выражаются, — холодно напомнила я. — Вокруг дети, если вы не заметили.

— Вокруг сковородки и сотейники, — фыркнула тётя Лирса и обвела взглядом заваленный посудой стол у мойки. — При детях я не ругаюсь. Не дура, знаете ли.

— С этим я бы поспорила, — я сложила руки на груди.

— Что? — она перекрыла воду, отложила котёл и вытерла руки об передник, оборачиваясь ко мне. — Вы не с той ноги сегодня встали, лина Амелия?

Я поморщилась от тона, с каким он ко мне обратились. Надо же было так произнести уважительное “лина Амелия”, что между строк читались все возможные и невозможные оскорбления.

— А я не ложилась, дорогая Малия, — я улыбнулась, и от напряжения скулы свело. — Угадаете, почему? Впрочем, не стоит. Я сама скажу. Какая-то не очень умная особа решила научить моих воспитанниц, как правильно жить. Подсказала Мисе соблазнить жениха, представляете?

— А жених отказался нести ответственность? — работница вскинула брови. — Так в чём проблема? Отправьте Мису к старейшинам.

“Проблема в том, что ты круглая идиотка!” — хотела сказать я, но в последнюю секунду прикусила язык. Если сейчас опущусь до уровня базарной торговки, то перестану себя уважать. Хотя очень хотелось выцарапать этой гусыне глаза, оттаскать за косы и пинками выгнать из школы.

— Ваше дело, Малия, мыть посуду и учиться колдовать, — делая паузу после каждого слова, проговорила я. — Мыть и учиться, учиться и мыть. Не беседовать с моими воспитанницами, не делиться с ними житейским опытом, не навязывать свою искажённую мораль. Просто мыть поварёшки и ножи. Ясно?

— Искажённую мораль? — она повторила мой жест, сложив руки на груди и прищурилась. — Это говорит мне женщина, заставляющая девушек спать под одной крышей с мужчинами? Вы хотя бы раз задумывались, как им потом замуж выходить? Кто-нибудь поверит, что воспитанницы сумели сохранить себя, находясь через стенку с юношами?

Я задохнулась от наглости своей подчинённой. Она сама толкнула Мису в постель к Тахису, а теперь обвиняла меня бездна знает в чём!

Уволила бы ко всем демонам! Клянусь, уволила бы. Но занятия уже начались. Где искать новую работницу?

— Вы знали, куда идёте работать, — выцедила я сквозь зубы. — Не нравится? Собирайте вещи, я попрошу охрану вернуть вас домой. Но учтите, Лирс останется здесь. 

— Я опекун Лирса, — вспыхнула девушка.

— Уже нет. Вы тут только потому, что меня попросил лин Сокол. Из уважения к нему я дала вам работу тогда и не выгоняю сейчас. Но если вы снова попытаетесь вмешаться в воспитательный процесс — вылетите из школы без права на посещения. Племянника сможете видеть только на каникулах. Два раза в год.

Шантажировать Малию ребёнком было неприятно. До тошноты противно, но только так я могла прекратить её бессмысленный бунт. Повезло, что Миса не натворила глупостей в прошлую ночь. Будь Тахис чуть менее сдержан, последствия оказались бы катастрофическими.

Тётя Лирса молчала, глядя в пол. Я видела, как она побледнела. Словно одна мысль о том, что её разлучат с малышом делала больно. Сильный материнский инстинкт, как сказал мне Ксанир.

— Я надеюсь, вы меня услышали, — пробормотала я, растеряв всю злость.

— Да, лина Амелия.

Вот и хорошо. Можно считать, что одну из проблем я успешно решила. На очереди всего пара сотен других.

Пока я разбиралась с Малией и приходила в себя после тяжёлого разговора, ребята уже закончили первое занятие по теории магии и вышли на полигон, где их ждал Магнус. Начать он решил с теста. Гонял учеников по полосе препятствий и засекал время, результаты Миса записывала в журнал.

— Составляете рейтинговую таблицу? — я вытянула шею, заглядывая воспитаннице через плечо.

— Раз в месяц будем сравнивать с начальными показателями, — пояснил Магнус. — Чтобы видеть прогресс каждого ученика по отдельности и класса в целом.

— А почему напротив имён Кондра и Дайса не записаны результаты ни по одному упражнению? — я присмотрелась к ребятам на полигоне и не увидела среди них старших. — Сбежали, паршивцы? На теории были, я лично проконтролировала!

— Наказаны, — усмехнулся мастер. — Не знаю, пока, за что, но распоряжения руководства школы исполняю аккуратно. Старший моет учебные классы, младший косит траву на полигоне. 

— Хорошо, — я улыбнулась. Распоряжение, видимо, передал Сокол. Больше некому, Магнус о ночной пьянке ни сном ни духом. — Сегодня будет только тест?

— Нет, работы слишком много, — мой будущий свёкор забрал у Мисы журнал, кивнул ей на остальных ребят, и она убежала к ним. — У приютских подготовка слабая, но по сравнению с ведьминскими — они бывалые воины. Что парни, что девушки будто только что от мамкиной юбки оторвались и до сих пор не поняли, куда попали.

— Думаете, подтянутся?

— А куда они денутся? — Магнус вскинул брови. — Тяжело придётся и нам, и детям, но мы что-нибудь придумаем. Построю программу с мастерством сплавщика на горной реке, буду лавировать между разными уровнями подготовки учеников, как между острыми камнями.

— А до праздника инициации успеем?

Я прикусила губу. Тяжело впервые было заговорить об этом с кем-то, кроме лины Хельды. Мы мечтали к следующим испытаниям подготовить не только мальчиков, но и девочек. Предвидели недовольство соклановцев, но робко надеялись на поддержку главы и мастеров академии. Бесстыдно пользовались связями, чтобы протолкнуть в массы прогрессивные идеи.

— Должны успеть, — хмуро ответил главный инструктор клана. — Только ты уж побеспокойся заранее о том, кто придёт на моё место. Я свитки с описаниями комплексов упражнений оставлю, ребят подтяну. Но без дисциплины и твёрдой руки все усилия сойдут на нет.

— Увести бы вас из академии, — проворчала я в шутку. — Никто лучше наших воспитанников и воспитанниц к соревнованиям не подготовит.