Разводящий Апокалипсиса - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 43

Валентин увидел, как Рейлис и Кроче опустили головы и закрыли лица руками, и поспешил последовать их примеру. Созерцание подобного зрелища могло стоить жизни и куда более знатной особе, нежели чужеземному факиру Фалеру. Как выяснилось секунду спустя, Дайен эль Салфор придерживался точно такого же мнения.

Валентин почувствовал сильный удар в голову и пошатнулся, едва удержавшись на ногах.

— Ты слишком поздно закрыл глаза, незнакомец, — сказал Дайен, хватая Валентина за горло. Валентин выпучил глаза и судорожно задвигал руками, изображая полную беспомощность. Как обычно, это помогло — Дайен ослабил хватку. — За то, что ты успел разглядеть, тебя ожидает смерть. Взять его!

Еще двое Псов, появившихся неведомо откуда, схватили Валентина за руки, больно заломив их назад. Валентин затряс головой, изображая полное замешательство и тупую покорность судьбе. Видимо, такое поведение вполне удовлетворило капитана Дайена, и он снова повернулся в сторону Кроче, оставив Валентина скрипеть зубами в умелых руках своих палачей.

— Я надеюсь, — с прежней наглой усмешкой произнес Дайен, — что вы ничего не успели разглядеть. Но вы закрыли глаза руками, а это значит, что вы поняли. Созерцание лица хотя бы одной королевской наложницы карается смертью; этот человек разглядывал их сотнями. Как видите, здесь налицо и шпионаж, и государственная измена. Итак, Альгинус эль Сансан, признаете ли вы человека, стоящего перед вами, свободным — или же попытаетесь повторить свою неудачную шутку о рабстве?

— Он свободен, — произнес Кроче. Он повернулся на сто восемьдесят градусов, чтобы оказаться спиной к королю и его наложницам, и осторожно приоткрыл глаза. — Я пошутил, господин Дайен.

— Ну что ж, Альгинус, я рад, что мы пришли к доброму согласию, — сказал Дайен. — Теперь назовите мне имя второго вашего гостя, нагло оскорбившего честь нашего короля!

— С удовольствием, Дайен, — сказал Альгин Кроче. — Его зовут Фалер.

— Еще одна неудачная шутка? — с угрозой в голосе спросил Дайен.

— Это не шутка, господин, — подал голос молчавший до сих пор Рейлис. — Человек, которого вы только что арестовали, — действительно факир Фалер, Распиливший Сук. Я не раз присутствовал на его представлениях, и я знаю, что говорю.

Ну вот, отрешенно подумал Валентин. А я-то надеялся незаметно улизнуть по дороге. Судя по внезапно помрачневшему лицу, Дайен прекрасно знал, кто такой факир Фалер и что от него можно ожидать.

— Он прав? — спросил Дайен, сжимая левую руку в кулак. — Ты действительно Фалер?

Валентин молча кивнул, изо всех сил изображая покорность. В ту же секунду тяжелый кулак Дайена врезался ему в правую скулу. Из глаз Валентина посыпались искры, рот наполнился кровью.

— Спрашиваю тебя еще раз, — с издевательской усмешкой повторил заметно повеселевший Дайен. — Ты действительно факир Фалер?

Валентин поднял на него исполненный отчаяния взгляд. Терпеть удары и дальше не имело никакого смысла — подобное смирение считалось на Побережье признаком слабости. Бить первым и в полную силу — вот за что здесь уважали, а порой даже и любили. Сейчас единственным способом доказать Дайену, что он имеет дело с настоящим Фалером, был ответный удар. Вот только Валентин совершенно не был уверен, что Дайен воспримет этот удар как аргумент в споре, а не как повод для драки. И потому отреагировал не вполне адекватно.

— Умри, — пробурчал Валентин. — Надоел.

И плюнул Дайену в лицо соленой смесью слюны и крови.

По-видимому, Дайен искренне считал, что имеет дело с самозванцем. Он даже не попробовал увернуться. Улыбка капитана Псов стала еще шире — в предвкушении новых ударов, для которых наконец-то появился предлог, — да так и застыла на посиневшем лице. А потом Дайен эль Салфор упал ничком в черную пустоту и умер.

Валентин расправил руки, проведя ими прямо сквозь державших его палачей, и наступил на мертвое тело еще минуту назад всесильного капитана.

— Фокус-покус, — пояснил он опешившим зрителям. — С вас по два риала, господа. Воскрешение мертвых состоится в конце представления.

Эти слова Валентин произнес, чтобы хоть как-то справиться с волнением. Он прекрасно понимал, в какую рискованную игру дал себя втянуть, и сосредоточил все свои усилия на том, чтобы держаться как можно увереннее. Конечно же, Дайен эль Салфор не был мертв. Валентин всего лишь воспользовался ясновидением, чтобы подключиться к системе управления Смотрелкой. Настоящий Дайен мирно посапывал в своем пенале, изолированный от всего мира, а четверо его подручных, имевших несчастье войти в Смотрелку, потеряли свободу перемещения. Но все эти замечательные достижения не имели никакого отношения к реальности. Там, за пределами Смотрелки, нападение на Псов Негона могло дорого обойтись даже Фалеру.

Ладно тебе паниковать, сказал себе Валентин. Я ж с самим Эриохом драться собрался — что мне какой-то король с его жалкими Псами?

Валентин убрал с лица кровь — хорошо еще, что мордобой оказался столь же виртуальным, как и смерть, — и пристально посмотрел на Кроче.

— А теперь вопрос, — сказал он. — Почему Негон решил арестовать Слейтера именно сейчас?

Мгновение спустя Валентин впервые в жизни увидел, как отвисает челюсть у высшего вампира. Сначала рот медленно приоткрывается, угрожающе ощериваясь клыками, потом обнажаются мелкие острые зубы, а потом становится виден черный, безъязыкий провал кровососущего горла. Впечатляющее зрелище, оценил Валентин. Что ж его так впечатлило?

— Пророчество, — прохрипел вампир. — Джадд упомянут в катренах Негона!

Ну да, конечно, усмехнулся Валентин. Чуть что — пророчество. Хотя в семнадцати катренах, согласен, можно поименовать целую прорву народа. А что Джадд — потенциальный Избранный, так это и без катренов понятно. Любому прослушавшему начальный курс талисмановедения.

— Следующий вопрос, — сказал Валентин, поддевая сапогом лежащее у его ног тело. — Псы Негона отнеслись к вам с поразительным дружелюбием. Дайен приложил все мыслимые усилия, чтобы уйти отсюда только с одним арестованным… ну, — поправился Валентин, — максимум с двумя. Чем вызвана такая любовь со стороны короля?

Кроче захлопнул рот и хмуро поглядел на Валентина.

— Король Эльсана — наш союзник, — ответил за него Рейлис. — Он узнал о нас сразу же, как только мы обосновались на этой земле. Нам ничего не оставалось, как согласиться на его условия. Многие годы Негон поддерживал нашу борьбу с Габриэлем. В свою очередь, мы не раз выполняли его поручения за пределами Эльсана. Сейчас, когда армия Эриоха готова завладеть Побережьем, мы нуждаемся в Негоне, как никогда раньше. Магия Государева Ока подчиняется только ему.

— Магия Ока? — заинтересовался Валентин. — Позвольте, а разве Эриох еще не высосал из него всю Силу?

— Эриох способен отнимать Силу только у живых созданий, — пояснил Рейлис. — Государево Око — сгусток чистой магии, и Эриох не имеет над ним власти. Когда сегодня утром Эриох появился в окрестностях Эльсана, Око нанесло удар — и Эриоху пришлось спасаться бегством.

Валентин приоткрыл рот и с интересом поглядел на Рейлиса.

— Бегством?! — переспросил он, покачав головой. — Что-то раньше я ничего подобного не слышал. Значит, Эриох не так уж силен, раз его победил даже не маг, а всего лишь король Эльсана?

— Негон победил за счет Силы, накопленной в течение сотен лет, — быстро ответил Рейлис. — Но Сила Эриоха растет с каждым днем, а Негон не в состоянии столь же быстро пополнить Силу Государева Ока. Сегодня утром Эриох выдержал прямой удар Ока; если бы вы были магом, вы знали бы, что это значит.

Валентин пожал плечами — факир Фалер не был магом.

— Значит, наш добрый король сообразил, чем все это кончится? — усмехнулся Валентин. — И тут же отправил своих убийц схватить Слейтера. Кажется, я начинаю понимать, что здесь происходит. Вы наняли меня убить Эриоха, чтобы власть над Побережьем досталась вашему союзнику — королю Эльсана?

— Мы хотели только одного, — сказал Кроче. — Устранить Эриоха. Что же касается Негона, то его право на власть неоспоримо. Когда-то короли Эльсана правили всем миром; в жилах Негона течет кровь Срединных Владык!