Разводящий Апокалипсиса - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 22

Ну вот, подумал Валентин. Еще одно имечко для Не-Билла. Я успешно продвигаюсь к завершению расследования!

— Ну хорошо, — вернулся Валентин к исходному вопросу. — Пусть Емай не был магом, но те боги, которых он призывал — как насчет них? Они бы составили конкуренцию теперешним великим магам?

Куэртен издал короткий смешок:

— Нынешние великие маги! Валентин, о чем вы говорите? Никто из них не способен даже воскрешать мертвых! За последние пятьсот лет маги Побережья не сотворили и грамма тайгла, в то время как Емай одной молитвой создал целый утес! Теперешние великие маги — никто перед Емаем, можете мне поверить. Принц Акино тех лет — вот кем был Емай для людей Побережья!

— Значит, — продолжил Валентин, пропустив мимо ушей подозрительно знакомые примеры Куэртена, — пророчество, сотворенное Емаем, могло иметь весьма значительную магическую силу?

— Не то чтобы значительную, — осторожно ответил Куэртен, — но уж превышающую силу современных великих магов — однозначно.

— Неужели моя догадка верна, — нахмурился Валентин, — и пророчества — те же заклинания?!

— Догадка?! — всплеснул руками Куэртен. — Да я твердил вам об этом все годы нашего знакомства!

Валентин скептически хмыкнул. Как же, как же, подумал он, все, что ты мне твердил — это что против судьбы не попрешь. А что судьба — такое же заклинание, как и пальцовка, это я в первый раз слышу!

— Но раз так, — сказал он вслух, — Темное Пророчество может оказаться таким же субъектом нашей истории, как Избранные или великие маги?

— Наконец-то вы поняли! — воскликнул Куэртен. — Именно субъектом, и притом таким субъектом, с которым никто не в силах сладить! Пророчество Емая обладает силой самого Емая, а равных ему до сих пор не было на Побережье!

— Неужели за семьсот лет сила заклинания не иссякла?

Куэртен покачал головой:

— Семьсот лет пророчество пребывало вне времени, дожидаясь своего часа. Сейчас оно столь же сильно, как и семьсот лет назад. Вы понимаете, Валентин? Столь же сильно!

— Ну, понимаю, — пожал плечами Валентин. Чего ж тут не понять, подумал он про себя. Вон как Баратынский извелся, амперскую катастрофу моделируя. А ларчик просто открывался — пророческая сила вмешалась!

— Если вы действительно понимаете это, мой друг, — произнес Куэртен без тени улыбки, — то я поражаюсь вашему спокойствию. Когда шесть лет назад вы взяли себе имя Фалер, я еще не знал, что Темное Пророчество Емая относится к числу Истинных. В противном случае я приложил бы все усилия, чтобы отговорить вас от такого опрометчивого шага.

— Так вы думаете, что пророчество говорит именно обо мне? — удивился Валентин. — Не о каком-то абстрактном Фалере, а обо мне, Валентине Шеллере?

— Пророчеству нет дела до того, кто первым назовет себя Фалером, — мрачно ответил Куэртен. — Теперь, когда такой человек появился и был узнан пророчеством, ему предстоит сыграть свою роль до конца.

— Вот спасибо, — фыркнул Валентин. — Делать мне больше нечего, кроме как исполнять это дурацкое пророчество!

— Пророчества не нужно исполнять, — ответил Куэртен. — Пророчества исполняются сами.

— Интересно, как это оно исполнится, если ноги моей не будет на Побережье? — поинтересовался Валентин.

— Никак, — пожал плечами Куэртен. — А это означает, мой друг, что очень скоро вы там появитесь.

— Готов держать пари, — улыбнулся Валентин, — не появлюсь!

Куэртен покачал головой.

— Боюсь, мой друг, что вы до сих пор не понимаете, с чем имеете дело, — сказал он, понизив голос. — Пророчество сильно, как сам Емай. Оно способно распоряжаться судьбами миллионов людей. Сопротивляться такой силе — безумие. Ключевые события, предсказанные в пророчестве Емая, неизбежно произойдут — захотите вы того или нет. От вас зависит только, как именно они произойдут. Например, вы можете первым начать Фалеровы войны — а можете подождать, когда враги разрушат ваш дом и убьют дорогих вам людей. Пророчеству все равно, но все ли вам равно?

— Ни фига себе, — пробормотал огорошенный Валентин.

Он попытался представить себе, как орды варваров врываются в счастливую страну Эбо, сжигая дома и насилуя женщин. Полный бред — даже если предположить, что талисман принца перестанет действовать, а все мужское население напьется вдрызг. Но говорил же мне Донован — со всей серьезностью подходить к каждому непонятному событию! Почем я знаю, может быть, эти самые шесть измененных, не считая Занга — как раз и есть работа пророчества? Кстати, очень на то похоже — ведь именно Занг отправил меня в горный замок, запустив всю эту амперскую заварушку! Если одного измененного достаточно для катастрофы на Побережье, почему бы шестерым не заварить какую-нибудь пакость в Эбо?!

По спине Валентина побежали мурашки. Пророчество, мать его, пророчество!

— Теперь вы предупреждены, Валентин, — продолжил Куэртен. — Не пытайтесь избежать своей участи, этого вам все равно не удастся. Используйте оставшиеся дни, чтобы как следует подготовиться к грядущим битвам. Поверьте мне, для вас наступает очень беспокойное время.

Ну, напророчил так напророчил, подумал Валентин. Прямо хоть Доновану звони — мол, еще одно неприятное известие. Кстати, а почему бы и нет? Откуда я знаю, о чем еще говорится в этом долбаном пророчестве?!

— Карлос, — сказал Валентин, тоже понизив голос. — А вам не кажется, что Темное Пророчество касается не только меня? Вы знаете семь катренов — а сколько их было всего? Может быть, там и про страну Эбо чего-нибудь есть? Вы уже говорили с принцем?

Куэртен едва заметно улыбнулся.

— Я рад, что вы осознали серьезность ситуации, — сказал он. — Честно говоря, я не думал, что мне удастся убедить вас так быстро. Именно поэтому я решил начать с вас, а к принцу отправиться немного погодя. Надеюсь, я не испортил вам вечеринку?

Валентин пожал плечами:

— В конце концов, я сам виноват, — ответил он. — Не нужно было брать себе этот дурацкий псевдоним.

Куэртен с сомнением покачал головой.

— Иногда мне кажется, — сказал он тихо, — что в тот майский вечер вовсе не вы, Валентин, выбирали себе псевдоним. Это Пророчество выбирало себе Фалера.

Глава 6

Пророчество в действии

— Ну скажете тоже, — пробормотал Валентин, чувствуя неприятную пустоту в желудке. — Эдак у меня и вовсе руки опустятся! Давайте лучше считать, что пророчество не шибко сильнее породившего его пророка. Так, на уровне пары-тройки великих магов. Противник серьезный, но не всемогущий!

— Пусть будет так, — согласился Куэртен. — В любом случае, Валентин, отнеситесь к этому противнику как можно серьезнее. А теперь, предупредив вас, я собираюсь отправиться к принцу. Не желаете составить компанию?

Валентин покачал головой:

— Чуть позже. Вы все равно будете пересказывать принцу то, что я и так уже знаю. А мне с Дианой нужно поговорить, и прямо сейчас. Она наверняка уже рвет и мечет — как же, собрался фалеровы войны вести, а с ней не посоветовался! — Валентин раздраженно махнул рукой. — Но когда вы перейдете к дискуссии, — быстро добавил он, — вот тогда звоните, переговорное кольцо всегда при мне! Примчусь в тот же миг!

— Непременно позвоню, — пообещал Куэртен и, коротко поклонившись, отошел от столика.

Валентин смотрел ему вслед до тех пор, пока его силуэт не скрылся в клубах разноцветного тумана, застилавшего выход. Куэртен не стал пользоваться порталом прямо в гостиной, прекрасно понимая, что такое действие не останется незамеченным. Он действительно не хотел портить вечеринку.

Валентин повернулся в сторону зала, чтобы поискать Диану, и столкнулся с ней лицом к лицу.

— Ну, и что все это значит? — спросила та, хватая Валентина за руку.

Валентин помахал в воздухе свободной рукой и задумчиво поднял глаза к потолку:

— Кажется, я вовремя подал в отставку…

Диана схватила Валентина за вторую руку и притянула к себе.