Война Грязных Искусств (СИ) - Райро А. - Страница 76

Но вот Печатью тут, похоже, не пахло.

Измазавшись вдоволь, я наконец выбрался из могилы.

Злой, как чёрт.

Уселся прямо на землю и нахмурился.

Терри не пыталась меня успокаивать. Вместо этого девушка с интересом разглядывала остальные могилы.

— Странное тут место, — пробормотала она. — И имена странные. Вот взять хотя бы этого мистера Смита из Бриттона. Ну что за имя такое? Прозвище? Или вон на том кресте написано «Он любил танцевать» и больше ничего. Или «Крылья возносят нас, смертных, на небеса, а падают оттуда только бессмертные. Так говорил мистер Льюис. Никто не понял, что он имел в виду». Хм… а вот тут, смотри… вообще только два слова: «Его сестра».

Я вздрогнул.

Сестра? Или послышалось?

Или совпадение?.. Мало ли, сколько встречается сестёр?

Но я всё равно вскочил, будто меня снизу пнули.

— Где «Его сестра»?

— Да вот же, рядом. — Терри указала на ближайшую могилу. — Видишь? «Его сестра».

Точно. Там было написано два слова: «Его сестра».

Могила с маленьким крестом находилась рядом с могилой мистера Смита. Возможно, и имелось в виду, что здесь захоронена именно его сестра. А может, не его…

Я подошёл к кресту и провёл ладонью по шершавому камню.

— Ребекка, — прошептал я почти беззвучно. — Укажи мне путь к свободе, и я добуду её тебе.

Под моими босыми ногами опять задрожала земля.

В этот раз Древесный Удав оказался точен и быстр. Могила «Его сестры» вскрылась за считанные секунды, с тихим шелестом песка и треском полопавшихся корней.

Я опять зажёг в руке огонь и спрыгнул вниз. Свет озарил яму — глинистые стены, взрытое дно.

И чёрную шкатулку.

Осев на колени, я уставился на вещицу, потом бережно стёр пальцами грязь с крышки. Да, это была та самая шкатулка, которую я видел в воспоминаниях о Святом отце Ригли. Бог мой, та самая…

— Ну что там, Рэй? — с нетерпением спросила Терри, заглядывая вниз с края могилы.

— Скорпион, — ответил я чуть дрогнувшим голосом. — Мы нашли его.

Я настолько увлёкся поглаживанием шкатулки, что не сразу услышал тревожное бормотанье Терри. Только после того, как она запустила в меня комком земли.

— Рэй, ты слышишь? Нас заметили, Рэй… Там люди с фонарями. Они бегут к нам, и их много…

Глава 5. Закат

Из могилы я выскочил за считанные секунды.

Стиснул в грязных руках шкатулку, готовый защищать её до последнего.

Кладбище уже успели окружить со всех сторон. Поначалу я был уверен, что нагрянула полиция. Её могли вызвать случайные свидетели, но теперь стало ясно, что к полиции эти люди не имели отношения.

Их было человек сорок.

Все в длинных серых балахонах с капюшонами, одинаковые по росту, будто его специально у каждого вымеряли. Даже глазу не за что было зацепиться и выделить хоть одного из незнакомцев по особым приметам. Они предстали совершенно одинаковыми и двигались в унисон. В левых руках держали масляные лампады.

В одну секунду, по чьей-то невидимой и неслышной команде, они бесшумно оголили мечи. Те блеснули в сумерках, отражая свет фонарей.

Терри попятилась ко мне.

— Рэй, кто это?

— Неважно. Придётся их убрать, — быстро ответил я.

С собой у меня был только револьвер с пятью патронами, так что я даже не стал его вынимать. Надежда оставалась на кодо, а его, кстати, тоже было немного. После ударной заготовки порталов сила ещё не восстановилась.

Я уже бегло рассчитал план атаки, чтобы задействовать кодо как можно эффективнее, как вдруг один из незнакомцев справа выкрикнул:

— Это же Теодор Ринг! Теодор Ринг!

Для осведомлённых людей это означало одно: придётся встретиться с ярым сопротивлением кодо, которое не погасит даже дериллий.

И, похоже, эти ребята были отлично осведомлены.

Весь отряд разом сделал шаг назад. А вот оружие в ножны убрал только один из них.

Мужчина вышел вперёд, одним прыжком перемахнул каменный заборчик, огораживающий кладбище, и направился ко мне.

Шёл неспешно и уверенно, давая понять, что намерен разговаривать, а не атаковать. На ходу он стянул с головы капюшон.

Это был юноша, примерно моего теперешнего возраста. Явно родом из Сабаса. Черноволосый, с тёмными раскосыми глазами и развитой мускулатурой (это стало очевидно, когда он оголил шею).

Единственное — парень был не слишком высок для представителя своей страны, почти одного роста со мной. А ещё вместо привычной для всех обуви, он носил кожаные мокасины, украшенные бахромой. Переступал в них бесшумно, по-звериному, будто подкрадывался.

Он остановился в трёх метрах от меня, приподнял лампаду повыше и оглядел моё лицо быстрым принизывающим взглядом; потом — Терри.

Та поёжилась и шагнула ещё ближе ко мне, приткнувшись плечом. Взгляд парня снова вернулся ко мне.

Сабасец еле заметно кивнул, вроде как поздоровался.

— Мне неважно, как тебя зовут, какой титул ты носишь, какие у тебя политические взгляды, и за кого ты воюешь, — сказал он мелодичным голосом.

В его произношении сразу улавливался акцент. Парень смягчал «ж», превращая её практически в «щ».

Он опустил лампаду, покосился на мои босые, испачканные в глине ноги и добавил:

— Скажи мне только одно: зачем ты осквернил две могилы на этом кладбище?

— Не твоё дело, — ответил я.

Парень прищурил глаза. В них угадывалось желание поговорить со мной жёстче и куда менее вежливо.

— Это как раз моё дело, — сказал он с напором. — Земля кладбища принадлежит мне, а ты осквернил её. Поэтому, во-первых, я вправе знать, зачем ты это сделал. Во-вторых, я вправе отрубить твои поганые руки за то, что ты вор. Так карают в Сабасе.

Он посмотрел на шкатулку в моих руках с явным намерением её отобрать.

— Во-первых, мы не в Сабасе, — ответил я в его же манере. — Во-вторых, мне плевать, что ты об этом думаешь. Я взял своё.

— Вряд ли эта шкатулка твоя. Не ты её сюда положил. Поэтому у тебя два варианта. Либо ты возвращаешь на место то, что украл, и приводишь могилы в порядок. Либо я отрубаю тебе руки, а потом — голову.

— Ты уверен, что у тебя получится?

— Не сомневайся. Кацу Хамади и не таким руки отрубал.

Я нахмурился. Вот это новость!

— Так ты Хамади? Потомок Святого отца Ригли? Значит, ты здесь хранишь часть музейных ячеек?

Парень настолько удивился, что не смог сдержать эмоций, хоть и старался. Он ошарашенно на меня уставился, наморщив низкий лоб.

— Откуда ты знаешь про отца Ригли?

Это был сложный вопрос.

Пришлось врать, как всегда.

— Мой предок состоял в клубе Святого отца Ригли. — Я указал взглядом на шкатулку. — А эта вещь завещана мне. Так что всё чисто. Можешь расслабиться, мистер Хамади.

Парень покачал головой, не веря ни единому моему слову.

— Теодор Ринг, принц и имперский наследник, является потомком мистера Смита? — Он усмехнулся. — Ну-ну. Похоже, ты не в курсе, что мне много чего известно о клубе. Твой обман не удался. У мистера Смита никогда не было детей. Такие, как он, бездетны по природе. Ты не можешь быть его потомком, как и никто из ныне живущих. Ты имеешь право на его сокровище только в одном случае. Если сам мистер Смит в тебя переродился, а это невозможно…

Сабасец внезапно перестал улыбаться. Его надменность сменилась потрясением.

Кажется, он начинал догадываться, что к чему.

Во мне же нарастало напряжение. Этот парень знал слишком много. Практически всё, что знал когда-то сам Святой отец Ригли. Даже то, что мистер Смит был чёрным волхвом, а значит, действительно не мог иметь детей.

Видимо, информация о клубе и обязанность Смотрителя передавались в роду Хамади из поколения в поколение до сих пор, а этот Кацу был ответственен за свой участок музея.

Что ж, надо отдать должное Святому отцу хотя бы за то, что он, будучи мёртвым, продолжал блюсти сохранность музейных ячеек.